Взятка - Девни Перри

выехал на своем грузовике с подъездной дорожки и поехал по гравийной дороге.

Мои губы потрескались. У меня болели те места, где у меня уже давно ничего не болело. И я была беззастенчиво удовлетворена. Это было бы идеальное утро четверга, если бы не растущая яма страха в моем животе.

— Потому что Дюк хочет поговорить, — пробормотала я, закрывая дверь.

И я совершенно определенно не хотела этого делать.

Секс был отличным способом избежать разговоров на прошлой неделе.

Это или, может быть, Дюк почувствовал, что мне нужна отсрочка, и что я не была готова. Он дал мне время и так много оргазмов, что я сбилась со счета, но за последние несколько дней его терпение иссякло.

Может быть, если бы я появилась в его доме в пальто, и только в пальто, я смогла бы купить себе еще один день.

Скорее всего, нет.

Завтра у него был выходной, и нашим отношениям исполнялась одна неделя. Мы еще не ходили к нему домой, но я подозревала, что он собирался заманить меня там в ловушку, пока не узнает все, что можно было знать о моем прошлом и о том, как я попала в Каламити.

Я сходила на кухню за еще одной чашкой кофе, затем отнесла свою кружку в гостиную, свернулась калачиком на диване и стала смотреть в окно. Солнечные лучи струились сквозь стекло. Птицы щебетали, приветствуя новый день.

Благодаря Дюку на прошлой неделе я почти не спала, и мои глаза были тяжелыми. Он оставался здесь каждую ночь после бара. С утра он уходил на работу, потом приходил сюда ужинать и проводил ночь, изматывая меня до состояния сна без сновидений. Несмотря на кофе, я засыпала именно на этом месте каждое утро, предаваясь дремоте перед завтраком.

Одной из скрытых жемчужин в схеме «убеги-из-своей-жизни-и-создай-фальшивую-личность» было то, что мне негде было быть. Моя привычка постоянно опаздывать излечилась сама собой благодаря сложившимся обстоятельствам.

Я закрыла глаза, наслаждаясь мирной утренней песней природы, и была готова задремать, когда в кармане моей толстовки зазвонил телефон. Я вскочила, расплескав себе на колени порцию кофе.

— Черт. — Я промокнула его рукавом.

Дюк не узнал еще об одной моей привычке, я постоянно что-нибудь на себя опрокидывала. То, что я невредимой съела чизбургер и картошку фри в баре, было чудом, хотя я и близко не подходила к бутылке с кетчупом.

Я достала свой телефон и не удивилась, увидев на экране имя Эверли. У устройства было только два контакта — ее и Дюка.

— Привет. — Я улыбнулась, отвечая.

— Ты не мертва. Тогда тебе лучше придумать хорошее объяснение, почему ты не позвонила мне вчера и не ответила на мои сообщения прошлым вечером.

О, черт.

— Прости. Я была, эм… занята.

Мы с Эверли договорились свести контакты к минимуму, по крайней мере, пока я устраиваюсь на новом месте и утихает буря в СМИ вокруг моего исчезновения.

Я обещала связываться с ней каждую среду, о чем забыла вчера, потому что, очевидно, регулярный дневной сон и секс были не только хорошим способом избежать разговоров, но и забыть, что ты не позвонила своей лучшей подруге.

— Занята? — спросила она. — Чем? На прошлой неделе ты сказала, что тебе безумно скучно.

— Насчет этого. Я вроде как нашла что-то — кого-то, — чтобы заполнить свое время. Ты помнишь Дюка?

— Горячий коп из Йеллоустоуна? Да. Его лицо трудно забыть. Подожди. Ты уехала из Монтаны? Ты в Вайоминге?

— Нет, я все еще в Монтане. Оказывается, он шериф здесь, в Каламити.

— Не может быть. — Она рассмеялась. — Только с тобой могло такое произойти. Итак, я полагаю, вы двое встречаетесь? Ты ведь трахалась прошлой ночью, не так ли? Вот почему ты не отвечала на мои сообщения.

Я хихикнула.

— Я определенно собиралась потрахаться.

— Сучка. Как тебе удается скрываться и при этом заполучить горячего копа в первую же неделю? Ты и твои счастливые случайности.

Эверли часто поддразнивала меня по этому поводу, но это не помешало острому чувству вины ударить сильнее.

Когда дело касалось моей карьеры, у меня была одна счастливая случайность за другой. Мы с Эверли обе хотели стать певицами. Когда мы были маленькими девочками, мы пели вместе, играя на качелях или расчесывая волосы нашим Барби. Благодаря удаче я нашла свой путь в центр внимания. Тем временем она гналась за той же мечтой, и удача отнеслась к ней холодно. Но она не позволила этому сбить себя с толку. Она работала не покладая рук и не собиралась сдаваться.

Может быть, если меня не будет рядом, слава упадет ей на колени.

Я надеялась на это. Эверли была талантливой певицей. У нее был природный талант. Она не увлекалась сочинительством песен, как я, но она любила петь, и, если бы она нашла песню, которая вознесла бы ее на вершину, она бы воспарила.

И ужасы, которые я пережила, те, свидетелем которых она была воочию, удержат ее от повторения моих ошибок. От доверия не тем людям. От того, чтобы позволить миру перевернуться с ног на голову настолько, что ее единственным выбором было бежать.

Далеко бежать. Быстро бежать.

Но мне повезло. Я побежала прямо в объятия хорошего человека.

— Это еще не все, — сказала я. — Он, эм, знает, кто я.

На линии воцарилось молчание. Я отодвинула телефон от уха, ожидая ответа.

— Что? — взвизгнула она. — Как ты могла сказать ему? Это полностью противоречит нашему плану. О чем ты только думала?

— Я ему не говорила. Он остановил меня в тот день, когда я приехала сюда.

— Господи, Люси. Ты опаздывала?

— Да. — Моя лучшая подруга хорошо знала меня. — Дюк никому не скажет.

— Откуда ты знаешь? Он может скормить тебя таблоидам. У тебя есть план отхода? Что ты собираешься делать, если в Монтане появится куча репортеров?

— Нет, у меня нет плана отхода. Но Дюк не такой. Он не скажет.

— Ты уверена?

— Да. — В моей голове не было ни капли сомнения.

Дюк не предал бы меня.

— Он еще не знает, что произошло, — сказал я ей. — Но я планирую рассказать ему. — Сегодня вечером, если только я не смогу обменять оргазмы на большее количество времени.

Она глубоко вздохнула.

— Мне это не нравится. Я не пытаюсь быть злой, так что не злись на меня за то, что я собираюсь сказать.

— Что? — Я собрался с духом.

— Ты слишком доверчива.

Она имела в виду Меган. И она не ошиблась. Я была слишком доверчива.

Эверли никогда не нравилась моя ассистентка. Я списывала