Влюблённый социопат (СИ) - Эвелина Шегай

челюсть с такой силой, что желваки заиграли на скулах, — не думай, что я с тобой закончил. Это ты не понимаешь, с кем связался, дотронувшись своими погаными руками до моей Лии».

— Греби ушами в камыши, вантусный обсосок! — вдруг воскликнул Гери из-за соседнего столика, обращаясь к пострадавшему. — Сам причепился к миледи — сам зашкварно огрёб.

— Пошёл нахер, — зло прошипел Андре. Он резко поднялся из-за стола, плюнул окровавленной слюной под ноги Гери и, раздавая гневные взгляды возбуждённым внезапным шоу зрителям, поспешил к выходу. Кто-то ему вслед кинул: «лошара», и он, тут же обернувшись, выкрикнул в ответ: — Сам мудак!

После того, как он скрылся за дверью, гул из голосов ещё долго не спадал. Всем не терпелось обсудить увиденное.

— Лиа?.. — осторожно позвал её Нейл.

Она оторвала взгляд от лужицы крови на столе и перевела на него. В её глазах на мокром месте стоял испуг и непонимание. И боялась Лиа его. Когда он подался вперёд, чтобы коснутся её кисти, она рефлекторно отодвинулась назад, ещё сильнее прижав руки к груди.

— Может, в медпункт сходим? — мягко спросила Юна. — Успокоительное тебе бы сейчас не помешало. Пойдём, Лиа.

Девушки поднялись из-за стола, и Лиа даже позволила приобнять себя за плечи.

«Она не должна была этого видеть, — раздражённо подумал Нейл. — Я должен был сдержаться при ней».

========== Глава 11. Время огненного пойла ==========

Стоило им выйти из столовой, как Лиа притормозила в холле и аккуратно убрала со своего плеча поддерживающую руку подруги.

— Мне не нужно в медпункт. Я лучше прогуляюсь вокруг корпуса, подышу свежим воздухом.

— Мне пойти с тобой? — обеспокоенно поинтересовалась Юна.

— Нет. Хочу побыть одна.

— Ты себя не накручивай. Нейл просто хотел тебя защитить, но переусердствовал в этом, — усмехнулась она и добавила: — Он довольно эмоциональный человек, хоть и пытается это скрыть.

— Да, я это понимаю, но… — Лиа растерянно замолчала.

Как передать то всепоглощающее чувство собственной беспомощности, которое она инстинктивно испытала, увидев, с каким хладнокровием Нейл впечатал лицо Андре в столешницу. Сама Лиа была не способна на насилие: насколько бы сильно ни ненавидела человека, но причинить ему боль попросту не смогла бы. А Нейл — другой; с такой лёгкостью шарахнул человека лицом, точно надоедливое насекомое прихлопнул. И даже увидев ужасающее последствия своей вспышки злости, совершенно не переменился в лице, точно был неудовлетворён результатом.

— Ладно, я тогда пойду, проверю, как дела у пострадавшего, — улыбнулась Юна. — Смотри не заблудись.

На улице Лию обдало холодным, осенним ветром. Лицо зарумянилось, а руки инстинктивно попытались посильнее укутать вмиг озябшее тело в безразмерном свитере. Она сошла с протоптанной и тщательно расчищенной дорожки на слегка присыпанную жёлтыми листьями землю и медленно побрела к частоколу деревьев. Но стоило ей оказаться в густой тени, как её стала пробивать мелкая дрожь. Зубы привычно застучали, а руки и ноги превратились в ледышки, что утратили всякое ощущение собственного существования.

В холоде было нечто волшебное, что могло заморозить мысли и разбить их на мелкие осколки. Именно поэтому Лиа так любила окунаться в пробирающую до костей прохладу. Она отключалась от всего и могла лишь чувствовать, как сотни тонких невидимых игл протыкали кожу; наблюдала за исчезающим облачком пара и ощущала, как постепенно падает температура собственного тела, точно и сама мучительно долго растворялась.

Позади послышался шорох, и прежде чем Лиа успела развернуться, на её плечи опустилась тёплая ветровка.

«Нейл?» — поворачиваясь, мимолётно подумала она.

Вот только вместо загадочного юноши с выразительными чёрными глазами стоял добродушно улыбающийся Гери. Он поправил съехавшую на макушку шапку и выдал привычную тарабарщину:

— Даров, мать. Ты как — грузишься? — оглядевшись по сторонам, Гери поёжился. — Шарахаешься в такой колотун в одной дырявой тряпке.

— Да всё нормально, — сконфуженно отозвалась Лиа и внимательно на него посмотрела. — «А он что тут забыл?»

Смущённо почесав затылок, Гери продолжал крутить головой и рассматривать всё подряд, словно боялся встретиться с ней глазами.

— Ништяк авторитет ушатал того Геракла сушёного. Я уже и сам чуть не подорвался упырю табло вскрывать, но твой друган в масть подлетел, — он на миг замолк и сильно покраснел, — но ты это. Если опять причепиться чипушило какой, маякни. Если чё, я на подхвате.

— Я тебя не понимаю. Ты можешь говорить на более доступном языке, без сленга?

— Ну ты — тележка, — ещё больше смутившись, удручённо протянул Гери. — Говорю… если кто будет приставать… обижать. Ну, это, зови.

«Будто мне одного горе-защитника не хватает», — саркастично отметила про себя Лиа, но вслух высказала более дружелюбное: — Буду иметь в виду.

— Лады. Сгоняем в одно местечко? У меня есть нычка с огненным пойлом, а то ты чё-то совсем кислая.

— Можно, — устало поддакнула она, наблюдая за тем, как Гери растерянно осматривается по сторонам. И когда, наконец, сдвинулся с мёртвой точки, шагнув в противоположную санаторию сторону, углубляясь ещё сильнее в лес, Лиа, последовав за ним, приглушённо пробурчала: — Возможно ещё осталась нервные клетки, подлежащее спасению.

Снова стал собираться туман. Но в этот раз очень низкий и плотный. Он белёсой пеленой укрыл земляной ковёр, с каждой минутой становясь всё гуще. И со временем ноги впереди идущего Гери стали утопать по щиколотку в почти осязаемом облаке — это смотрелось настолько диковинно и в то же время волшебно, что дух захватывало. Лишь однажды Лиа видела нечто подобное: на свадьбе у тёти, когда во время их с женихом танца весь зал заволокло тяжёлым дымом, что клубился по полу. Однако тот дым был искусственным, созданным специальным генератором. В то время как туман на земле был природным явлением, столь редким, что до конца не верилось в его существование.

— Думаешь, дружбан перегнул палку? — вдруг заговорил Гери, всё ещё идя на пару шагов впереди. — Всё это левые загоны. На его месте многие так же отреагировали. А если бы я утупка мокрожопого ваншотнул — то мял бы он харю в нокауте.

— Как же иначе, — не сдержала смешка Лиа и, сама того не ожидая, улыбнулась.

Гери обернулся и на миг застыл, ошарашено глядя на неё. Затем тоже заулыбался и весело подзадорил:

— Чё лыбу давишь? Не веришь, собака пушистая?

— Что ты. Как я смею? Конечно, верю.