Янтарные бусы - Алёна Берндт

– Ну… не только о разводе… Постой, а почему ты мне не сообщила, что заявление подаешь?!

– А что, должна была у тебя разрешения спросить? Вообще-то это мое право. А в чем дело? вы же с Леной и вашей дочкой теперь можете воссоединиться и жить счастливо.

– Все равно могла бы и поставить меня в известность. В общем-то, об этом я и хотел с тобой поговорить… Лена не хочет переезжать в Богородское, хотя там у них не очень хорошие условия, здесь намного лучше – все же отдельное жилье… Боится, что ей здесь жизни не дадут, сочтут разлучницей.

– Так ты их в наш дом уже перевозишь? Быстро вы все решили! А еще меня упрекаешь, что про развод тебе не сказала! Меня-то ты не посчитал нужным поставить в известность, что в моем доме уже почти на пороге другая женщина стоит!

– Ну зачем ты так… ты же понимаешь, что так все получилось… Мне и так сейчас непросто пережить все это, так что лучше не начинай!

– Я? А при чем здесь я, что я начинаю? Это не я пришла к тебе, для себя я все решила и вообще тебя видеть не хочу.

– Вот я про это и хотел поговорить. – Олег отвел в сторону глаза. – Ты же все равно одна, сама для себя… не хочешь ли ты уехать? Может быть, в город? Я могу тебе помочь с этим! Так для нас всех будет лучше, ты же сама должна понять! Мы сможем жить без тени прошлого, не будем видеть друг друга… Да и в городе проще личную жизнь устроить! Ты еще не старая, найдешь себе кого-то… Да и нам будет легче… особенно дочке, она же ни в чем не виновата.

– Твое желание быть примерным отцом похвально, – холодно ответила пораженная цинизмом Олега Люба. – А то, что Лене стыдно показываться здесь людям на глаза – так этого ей стоило ожидать, чего она хотела? Да, в глазах людей она разлучница, разбившая семью. С этим ей, да и тебе тоже, придется смириться. А насчет уехать… Почему бы тебе не взять в охапку свою новую семью и не уехать отсюда в город? Я тоже могу тебе с этим помочь – вещи собрать, например! Олег! Ты вообще понимаешь, что ты несешь?!

– Нас трое! – резко ответил Олег. – Нам всем придется кардинально менять свою жизнь, а ты одна! Тебе уехать отсюда проще!

– Никуда я не собираюсь уезжать! А если кому-то здесь не нравится – тот пусть и уезжает! Все! Разговор окончен, больше мне нечего тебе сказать!

Люба быстро зашагала прочь от почти бывшего мужа, очень стараясь не расплакаться. Все это было так горько и тяжело… Да, она и сама не могла представить, как же они будут теперь все жить. Как она сама будет смотреть на Олега, когда он будет идти по улице с Леной… Как Люба будет встречаться с ней в магазине или еще где-то.

Неудивительно, что Олег не захотел разговаривать дома, ведь объявить Любе такое в присутствии Ивана Савельевича… да, последствия для него могли оказаться весьма плачевными! Но эта просьба – уехать… Мало того что Любе придется смириться с тем, что теперь в том доме, где она сама клеила обои, вешала тюль и шторы, наводила порядок и уют, будет теперь хозяйничать Лена… Так еще человек, которого она столько лет считала самым близким, просит ее уехать, скрыться с глаз и не мешать его новому счастью… Не чувствуя ног и рук и не ощущая весеннего благоухания вокруг себя, Люба шла по тропинке к дому.

Дед Иван встретил Любу у калитки, обеспокоенный ее долгим отсутствием, хотя ей было далеко не впервой задержаться на работе.

– Любань, ты чего так долго, я уже хотел было идти за тобой, – дед пристально прищурился на внучку. – Что случилось? Обидел кто?

– Нет, дедуль, никто не обидел, – Люба вздохнула и устало опустилась на скамью возле калитки. – Просто… сил нет… Олег приходил, поговорили. Я сказала ему, что подала заявление на развод.

– Что же он, как крыса по темноте, крадется да прячется? – сердито сказал Иван Савельевич. – Отчего не прийти днем, как все добрые люди, и не обсудить все спокойно! Подлая душа! Все, теперь я тебя стану встречать после работы, и не возражай! Хочет поговорить – пусть днем приходит! Все, пойдем ужинать, остыло все давно!

Не стал Иван Савельевич выспрашивать внучку, о чем был тот ее разговор с Олегом, сам понимал – ничего хорошего в такой ситуации сказано не могло и быть… И искренне жалел внучку – непростое испытание выдалось на ее долю, а помочь… чем тут поможешь?

А вот сама госпожа Смирнова по подворотням прятаться не привыкла и приехала поговорить с «непутевой невесткой» солнечным воскресным утром. Люба, у которой был выходной, как раз хозяйничала в огороде позади дома, найдя некоторое успокоение в обустройстве грядок для нового урожая. Услышав, что перед их калиткой остановилась машина, она сразу поняла, кто приехал, и ни на секунду не усомнилась в правоте своей догадки. Поправив на себе старую мамину кофту, в которой было так удобно копаться в огороде, и отложив в сторону лопату, Люба пошла встречать непрошеных гостей. Дед Иван, затопив поутру печь в бане, отправился в магазин и на почту, и, к сожалению, в сей момент поддержать Любу было некому.

– Люба, здравствуй! Хорошо, что я застала тебя дома! – Галина Николаевна вошла в калитку по-хозяйски и сердито посмотрела на Любу. – Я приехала с тобой серьезно поговорить.

– Здравствуйте, Галина Николаевна. Ого! Ваши слова звучат, как угроза, – насмешливо ответила Люба. – Ну, я надеюсь, мы быстро все проясним и не станем тратить впустую время. Проходите в дом.

Галина Николаевна высокомерно оглядела скромную обстановку, сняла шейный платок и присела на стул, сложив на коленях руки.

– Ты почему так поступила с моим сыном? Я так старалась, так боролась за ваше общее счастье, а что теперь? Теперь эта проходимка не отпускает его к нам и меня на порог не пускает! Я даже поговорить с сыном не могу наедине – она везде лезет!

– Что же вы такое говорите, дорогая Галина Николаевна! Ведь вы же сами хотели, чтобы у вашего сына была нормальная семья, дети, все, как у всех! Вот, мечта сбылась, у вас теперь