Неправильная няня или Уборщица для олигарха (СИ) - Кроваль Яна

Подобный поступок никак не вязался с образом уверенного в себе работодателя, который я нарисовала в своём воображении! Зато он утвердил меня в предположении, что директор напивался неспроста… Вот только узнать причины мне было, увы, не суждено.

Письмо

Боже, как же всё-таки Дарина напоминает тебя! Такая же чуткая, внимательная, заботливая… И мыслит здраво! Вы так похожи… Но она всё равно другая. В жестах, в мимике… И лицо другое. И волосы. И фигура, на самом деле, тоже. Дарина выше. А грудь у неё, кстати, ещё меньше твоей — но, как мы знаем, это ни на что не влияет…

Знаешь. Если бы я верил в загробную жизнь, я бы решил, что наша с ней сегодняшняя встреча — твоих рук дело. Но тебя нет. И тот факт, что я тебе пишу, ничего не меняет.

Ты не вернёшься. А значит, Дарина права, пускай и говорила об алкоголе. В тебе я не нахожу сил для борьбы за жизнь, а только топлю своё горе, пытаясь забыться. И, если смотреть по совести, бороться мне надо не с ней, а с тобой… С чувствами к тебе. Так же яростно и отчаянно… И я непременно попробую. Постараюсь. Завтра же начну… Обещаю!

А вообще, смешно получается. Все эти годы я понимал, что поступаю неправильно. Знал, что надо делать — и ничего не делал, пока кто-то со стороны не ткнул меня в это носом. Притом не напрямую, а лишь сказав пару слов с похожим подтекстом!

Нет. Кажется, Дарина вовсе не ведьма в десятом поколении. Она просто очень проницательный психолог. И весьма одарённый, потому что в её карточке нет ни слова про высшее образование, как полное, так и неполное.

Чёрт! Как это всё-таки сложно — решиться. Точнее, даже не решиться, а сделать последний, роковой шаг… Сразу столько забытого вспоминается. Столько невысказанного. Столько важных тем, которые хочется немедленно обсудить — лишь бы отсрочить исполнение собственноручно подписанного себе приговора… Но я не поддамся слабости. И всё равно скажу это.

Прощай. Спи спокойно. И… С юбилеем тебя.

22

В ту ночь к чтению детектива я так и не вернулась. Тайны реальности оказались куда любопытнее… А так как разгадать их пока не представлялось возможным, я прибралась, вымыла посуду — и отправилась спать с абсолютной уверенностью, что непременно докопаюсь до правды. Ведь упрямства и терпения мне было не занимать… Да и козырь в виде информации в рукаве имелся. К тому же какая-то часть моего воспалённого мозга предательски твердила, что разобрать стену можно и с другой стороны. Не унижаясь перед Игорем Алексеевичем и не рискуя загасить его возможную симпатию… Например, обратившись к наблюдателю. Нет, понятное дело, я не собиралась искать его по всем этажам! И соглашаться на его предложение тоже. Но никто же не мешал мне притвориться заинтересованной, чтобы выведать побольше, верно? А потом и директору всё рассказать. С такими подробностями, что у него и вопроса лишнего не возникнет…

Эх. Жаль, я раньше не догадалась это провернуть! Ну ничего. Исправиться никогда не поздно… Хотя хотелось бы, конечно, поскорее.

С этой мыслью я уснула, с ней же проснулась, отстранённо проследила за сборами подопечного, проводила его в школу и сама не заметила, как очутилась в бизнес-центре. Мне казалось, что я близка к цели, что ещё немного — и всё раскроется… Но, вопреки моим ожиданиям, наблюдатель не торопился попадаться мне на глаза. Не маячил на горизонте и не прогуливался по коридорам. Словно тот шанс действительно был единственным… И это удручало. Настолько, что ни о чём ином я и думать не могла! Меня едва хватало на механическое выполнение привычной работы… И потому я не сразу заметила, что чего-то не хватает. Чего-то угловатого, большого и неудобного, что мне приходилось регулярно таскать за собой из одной подсобки в другую. И на что мысленно я жаловалась практически каждый день… Диминой спортивной сумки с принадлежностями для тхэквондо!

В прошлый раз мне удалось уговорить подопечного взять её с собой на фехтование, но в этот я даже не помнила, была ли она в прихожей! Или в машине. Или у кого-то в руках… И прекрасно понимала — второй ошибки пацан мне не простит. Особенно теперь, когда Игорь Алексеевич был настороже, и мы, по сути, уже балансировали на грани провала. Малейший перевес — и нам крышка. Притом обоим…

Опасная ситуация. Очень опасная. Неудивительно, что на её фоне отсутствие незнакомца вмиг потеряло всякую актуальность! Какие заговоры, какие проблемы компании, когда собственное будущее висело на волоске? А с ним — все несбывшиеся мечты и грандиозные планы…

Да. Пожалуй, чем дольше я работала няней, тем сильнее привязывалась к Копыловым — и тем отчаяннее боялась получить расчёт. Не из-за денег или подарков. Не из-за всегда убранной и чистой квартиры. Не из-за вкусного ужина, приготовленного чужими руками из качественных продуктов. Нет. Из-за отношения. Да, на меня смотрели свысока, ругали, не слушали и подначивали. Да, я была всего лишь прислугой. Но именно в доме Копыловых, именно рядом с ними мне было хорошо, тепло и спокойно. Несмотря на все их заморочки. Так, словно там и был мой настоящий дом…

Неудивительно, что оставшиеся этажи я домыла в три раза быстрее, чем рассчитывала изначально — и стремглав помчалась на стоянку, молясь, чтобы Виктор был на месте.

Повезло. Был. И, что самое главное, сразу же согласился отвести меня к подопечному домой, только в дороге уточнив причину спешки. После чего пообещал подождать — и салон погрузился в томительную тишину.

Не знаю, о чём я думала в тот момент. Кажется, ни о чём. Лишь шевелила губами и беззвучно повторяла: "Быстрее, быстрее, быстрее!" Всё боялась опоздать. Слишком поздно вернуться обратно — и получить заслуженный разнос от Игоря Алексеевича. Поэтому, не успела машина остановиться, я тотчас отстегнулась — и пулей выскочила на улицу. Влетела в подъезд, поднялась, открыла дверь и, не обнаружив в прихожей никакой сумки, закричала:

— Наргиза!

Не стесняясь и не сдерживаясь. Прямо на всю квартиру.

Я резонно полагала, что предусмотрительная горничная, обнаружив нашу забывчивость, намеренно спрятала форму от чересчур наблюдательного Игоря Алексеевича, чтобы защитить меня от его гнева. И потому самым логичным и быстрым способом получить сумку, не тратя время на суетливые метания по дому, было обратиться непосредственно к первоисточнику… Однако ответом мне стало гробовое, в прямом смысле мёртвое молчание. Из чего я сделала вывод, что Наргиза куда-то ушла. Вероятнее всего — в банк… Правда, в таком случае оставался вопрос, кто помешал ей запереть дверь?.. И потому прежде, чем свернуть к Диминой спальне, я решила заглянуть к горничной.

Мало ли. Вдруг она меня просто не услышала?

В общем, разулась, поднялась по лестнице… И нос к носу столкнулась с Наргизой.

— О! Вот ты-то мне и нужна! — неподдельно обрадовалась я. — Без твоей помощи ну никак не обойтись! Слушай…

На этом женщина испуганно округлила глаза и мелко затрясла головой, будто умоляя меня о чём-то. Но я, признаться, не придала её знакам особого значения. Только отметила, что в глазах собеседницы не плещется отчаяние, а на лице нет следов истерики. Значит, с мамой и сыном всё в порядке. А остальное вполне могло подождать до вечера.

— Короче, я не помню, взяла ли Димину форму для тхэквондо, — продолжила, сбросив оцепенение. — Ты её не видела?

Тут горничная залепетала что-то на своём генетически родном языке, несколько раз мотнув в сторону хозяйской части квартиры. Чем сильно меня обескуражила…

— Не понимаю, — нахмурилась. — Ты можешь нормально сказать? Что случилось?

— Думаю, Наргиза предлагает вам поискать сумку где-то в недрах Диминой спальни, — прервал нас насмешливый голос.

И я, повернувшись на звук, с ужасом обнаружила в коридоре генерального директора! Собственной персоной. В свободной футболке и тренировочных штанах он стоял, демонстративно сложив руки на груди, и не отрываясь смотрел на меня. Хотя в это время был просто обязан торчать в офисе! Если бы являлся рядовым сотрудником, конечно…