Что-то в тебе - Дж. Натан

нашла его здесь со мной?

— Шей?

Я рассмеялась.

— Кейсон?

— Можно тебя завтра поцеловать?

Хоть от его вопроса в моем животе запорхали бабочки, я честно ответила:

— Нет.

— Но если бы я поцеловал, ты бы поняла, что это не алкоголь говорит.

Я закрыла глаза, раздумывая, хотела ли я, чтобы он завтра вновь спросил меня об этом. Может, мне было просто одиноко? Может я запуталась? Может совсем с ума сошла?

— Значит, посмотрим, что будет завтра.

Я стала ждать его ответ, но Кейсон только мягко захрапел. Наверное, это к лучшему. Потому что каждый раз, когда он просил разрешения поцеловать меня, я чувствовала, что моя решимость слабеет, а это нехорошо.

ГЛАВА 24

Шей

Утром, когда я проснулась, меня обнимала рука Кейсона. Я разволновалась. Он вспомнит свои слова? Будет шокирован, когда поймет, что проспал всю ночь здесь? Будет ли все так же плохо, как тем утром, когда я проснулась в его кровати?

Я не собиралась оставаться и выяснять это.

Задержав дыхание, я медленно отодвинулась от него, стараясь не делать резких движений, и помаленьку выползала из-под его руки.

Кейсон застонал.

Я замерла и уставилась на него в надежде, что не разбудила.

Не разбудила.

Выдохнув, я продолжила выбираться из-под его руки и подальше от самого Кейсона. Мое тело скатилось с края кровати, я медленно повернулась, а его рука мягко упала на кровать. Я замерла и взглянула на Кейсона, чтобы убедиться, что он не проснулся, но Кейсон продолжал спать. Выдохнув еще раз, я встала на ноги и на носочках вышла их комнаты, тихо закрыв за собой дверь.

— Что ты делаешь?

Распахнув глаза, я резко обернулась, замеченная на месте преступления Жизелью.

— Ой, я…

Ее взгляд переместился на открытую дверь комнаты Кейсона и пустующую комнату, а потом вернулся на закрытую за моей спиной дверь.

— Мой брат там? — спросила она.

— Это не то, на что похоже.

Ее лицо озарила улыбка.

— Всегда так. — Она развернулась и пошла в ванную. — Завтрак наверняка будет интересным, — объявила она, закрывая за собой дверь.

Я прислонила голову к двери, вдруг обеспокоенная завтраком. Хорошо только то, что спущусь я туда первой.

— Когда вы собираетесь ехать? — спросила миссис МакКлауд, ставя передо мной на кухонный стол чашку кофе.

— Не знаю, — ответила я, радуясь, что она ничего не сказала о моей пижаме, поскольку у меня не было возможности переодеться, так как я сбежала на первый этаж. Я отпила кофе.

— Не знаешь, во сколько Кейсон вернулся вчера?

Я подавилась кофе, но прокашлялась, чтобы не привлекать к себе внимание.

— Поздно, по-моему.

— Он в могилу меня сведет, клянусь. Я поседею еще до шестидесяти из-за его несчастных случаев на доске и похождений по миру, а он ничего мне не говорит.

— Именно поэтому существует краска для волос, — сказал Кейсон, заходя на кухню, подходя к маме и оставляя поцелуй на ее щеке.

Я опустила глаза, не зная, что делать.

— Я спрашивала Шей, во сколько ты вернулся, — повторила миссис МакКлауд.

Я подняла взгляд как раз, когда Кейсон посмотрел в мои глаза.

— Поздно, — ответил он. Ничто в выражении его лица не выдавало, помнил ли он об этой ночи. Но одно уж точно — Кейсон знал, где проснулся.

— Хорошо провел время? — спросила я, пытаясь придать голосу беспечность.

— Неплохо, — протянул он, но что-то в его манере говорить вызвало трепет у меня в животе. — А как ты вечер провела? — спросил он меня.

Я проглотила внезапно подступившее волнение.

— Прекрасно. Посмотрела фильм с твоими родителями, а потом сделала домашку.

Он не сводил с меня взгляда, выражение лица оставалось бесстрастным.

— Звучит захватывающе.

Мама ударила его кухонным полотенцем, привлекая к себе внимание.

— Смотри мне. Мы вот с твоим папой знаем, как веселиться.

— С каких это пор? — спросил он.

Его мама закатила глаза.

Кейсон вновь взглянул на меня.

— Будешь готова ехать через час?

Я кивнула.

— Конечно.

— Так быстро? — спросила миссис МакКлауд.

— Увидимся на Рождество, — заверил ее Кейсон.

— Я говорила о Шей.

Я подавила улыбку, а Кейсон застонал.

— Неприятно, мам.

Она захихикала, и я вновь ощутила острое желание стать частью обыкновенной семьи. Частью этой семьи.

ГЛАВА 25

Шей

Час спустя мы с Кейсоном ехали в его джипе, и я не сводила глаз с заснеженных гор вдалеке. Их верхушки скрывались за облаками, а утреннее солнце заливало все ослепляющим светом.

Мои мысли вернулись к выходным у МакКлаудов. Я никогда не проводила время в счастливой семье, которая вместе ела и болтала о всяких пустяках. Они смеялись, улыбались друг другу и по-настоящему наслаждались временем проведенным вместе. Мой разум ощутил настоящий шок от такой реальности. Мне казалось, что телевизионные шоу показывали неправду, когда в них снимали счастливые семьи, но МакКлауды разубедили меня. Счастливые семьи существуют.

Я раздумывала над временем, проведенным с Кейсоном в горах. Несмотря на то, что я безнадежна, он все равно не сдавался. Несмотря на все наши прошлые преткновения, он всегда становился упрямым, когда дело касалось меня. За выходные я заметила это же упрямство в каждом из членов его семьи и теперь считала его обаятельным качеством. Кроме мамы, никто обо мне так не заботился. Однако с Кейсоном я ощутила то, что не совсем понимала. От природы я ученый. Я не позволяла сердцу брать верх. Всегда полагалась только на разум. Мне нужны доказательства, прежде чем я разрешу себе поверить в то, что еще не видела. Но я сходила с ума, пытаясь определить, изменился ли Кейсон, или же в эти выходные промелькнул настоящий Кейсон — тот, которого он не хотел открывать людям.

— О чем думаешь? — спросил Кейсон, прерывая молчание.

Хоть его взгляд не отрывался от дороги, я взглянула на него.

— Как приятно я провела время с твоей семьей.

— С моей семьей? Я тоже вхожу в этот список?

Я пожала плечами, сожалея, что он не заговорил о том, что сказал этой ночью. Кейсон и вправду не помнил? Или он сожалел и притворялся, что обо всем забыл, чтобы сохранить свое лицо? Какого черта я хотела, чтобы он помнил?

— Мы отлично провели выходные, Шей. Не закрывайся снова в своей раковине.

— Раковине?

— Ты в ней прячешься. Хотел бы я, чтобы другие тоже узнали ту Шей, которую узнал я.

— О, правда? Зачем это?

— Потому что ты совершенно не та девушка, которая колотила в дверь Коры, требуя выключить музыку.

— Ой, я точно та девушка. Я все еще ненавижу невоспитанных