Sos! Мой босс кровосос! - Наталья Юнина

вы ж сами так говорили про мозги.

— Не могу я пока тебя трахать. Мозг в смысле.

— Почему?

— У тебя гормоны не в порядке. Подождём пока в норму придут. Что я зверь, что ли, гипотиреозную трахать? Мозги в смысле. Ну так что, какие мысли на этот счет?

— Понятия не имею.

— Женщина обычно что делает?

— Ноет, — ляпаю первое, что приходит на ум.

— Можно подумать, это делают только бабы. Ещё.

— Болтает.

— Мужики поболее пиздуны бывают. Ещё.

— Рожают.

— Располагают, Снежана, — раздраженно бросает Кротов. — Располагают к себе мужчин. И договориться с противным мерзким дедом красивой девушке в сотни раз легче, чем красивому мужчине.

— То есть договариваться с ним буду я?

— Не исключено.

Своей последней фразой Кротов четко дает понять, что на этом наш разговор закончен. Я наспех завтракаю и без двух минут десять появляюсь с чемоданом на ресепшене. К счастью, кроме своего начальника и его охраны больше никого не встречаю.

— Садись, сука, — «суку» Кротов произносит с особым удовольствием. Поднимаю на него взгляд.

— Ладно, я ляпнула не подумав. Извините меня. Я просто терпеть не могу извиняться. Не называйте меня так, пожалуйста.

* * *

За всю поездку на машине Кротов не произносит ни звука. Увлечен какими-то бумагами. Когда мы останавливаемся в лесу, я не сразу понимаю зачем. Первая мысль — захотели в туалет. Но Кротов зачем-то открывает дверь с моей стороны и как-то странно на меня смотрит.

— Тебе особое приглашение нужно?

— Спасибо за заботу, но мне не надо в туалет. Я сходила в отеле.

— Эклер ты мой ненаглядный, мы еще не настолько близки, чтобы ты докладывала мне об этом. Мы приехали, если ты еще не догнала.

Когда мы подходим к заброшенному с виду дому, до меня вдруг доходит.

— А море где?

— Просится созвучный ответ, но я уже исчерпал на сегодня лимит матов.

— То есть его тут нет?

— Есть. В минутах десяти отсюда.

Я стою как дура с открытым ртом. Как он собирается строить лучший отель в лесу? А самое главное, как он собирается тут жить? Бред какой-то. Перевожу на Кротова взгляд. Он странно выглядит. Счастливым, что ли. Улыбается, причем искренне. Осматривается по сторонам и принюхивается. — Чувствуешь?

— Что?

— Какой чистый воздух.

— Ну вообще-то пахнет навозом.

— И свежим воздухом, — тут же добавляет он. — Слышишь?

— Птички поют. Жаль, что нет моря. Но ручей журчит.

— Тут нет ручья.

— Но что-то журчит.

Когда через пару секунд перед нами становится один из охранников, счастье на лице Кротова сменяется недовольством. Ясно, а вот и источник «ручейка».

— Да вашу ж мать. Одна про навоз, другой… суки, взяли такой момент испортили.

— Извините, Даниил Леонидович, но тут в принципе мало что можно испортить. Вы не перепутали адрес? У меня для вас плохая новость — вы тут долго не протянете, — не выдерживаю я.

— Мы, дорогуша. Мы.

Глава 17

Глава 17

Полный капец. Первое пришедшее на ум слово, когда нехотя, но я все же оказываюсь в доме с Кротовым. Единственный плюс в этом жилище, разве что пространство. Снаружи дом казался маленьким, а внутри есть где разгуляться. Правда при условии, если убрать весь хлам и паутину. Мамочки, а сколько же здесь пыли.

Прикидываю в уме сколько у Кротова людей и выходит, что спальных мест не хватит. На первом этаже есть старинный обшарпанный диван и кровать советских времен с железными спинками, придвинутая аккурат к стене. Без матраса. И на этом из спальных мест все. Правда есть еще второй этаж.

Перевожу взгляд на Даниила. Пока я тут морщу нос от увиденного, этот ненормальный стоит со странной полуулыбкой, неотрывно смотря на кровать.

— Что ты об этом думаешь?

— Думаю, что мне впервые захотелось выпить и спеть.

— Что?

— Валерьяночки и… потолок весь в пыли, дверь скрипучая, под старинной софой, тьма вонючая, а из окон дворов навозный… инеееей.

— Ничего ты не понимаешь. Это же ностальгия и… батут.

— Я слышала, что от плесени бывают галлюцинации, но не от пыли. Стесняюсь спросить, где вы увидели батут?

— В Катманде.

Он проводит по спинке кровати и садится на основание. Вид у него как у обдолбанного счастливца. Он еще и начинает подпрыгивать. М-да…

— Вы говорили, что я обустраиваю быт. Предлагаю все это выбросить и купить новое за ваши деньги. Согласны?

— Нет, — ну вот сам здесь и будешь спать.

— Вы бы встали с нее. Эта кровать небезопасна.

— Это самая что ни на есть безопасная кровать, бестолочь.

— Хорошо. Сидите. Но я чур ночую в машине.

— Видала? — тычет мне фигой в лицо. — Кровать не вздумай выбрасывать. Диван, согласен, надо заменить. А сюда матрас и хорошее белье. Ты ж девочка, сама разберешься, как сделать симпатичнее. Но кровать не трогай.

На втором этаже оказываются две маленькие комнаты и аналогичные кровати, правда здесь со старинными матрасами. И, как и предполагалось, санузла тут нет. Я хоть и привыкла жить в коммуналке и к борьбе за туалет, да и к уличным условиям аналогично, но никогда бы ни подумала, что придется вернуться к этому снова добровольно.

Ну ладно я, но неужели этот холеный товарищ будет жить в таких условиях? Бред какой-то. А вот и подтверждение, что ему здесь не место. Ему кто-то звонит и, судя по тому, что Кротов злится и выходит на улицу в поисках лучшей связи, я права. Не его это стихия.

Оглядываюсь по сторонам, прикидывая, где находится море. И все же вынуждена признать, что, если бы не встреча с Савицким, я была бы более благосклонна к этому месту. Смотрю, как Кротов возвращается ко мне и по глазам вижу, сейчас какую-нибудь гадость скажет.

— Я через пару дней вернусь, — ах ты, козел хитрожопый. — Вам должно хватить