Нора Филдинг - Приговоренные к любви

— Если вы сейчас же не обслужите меня, я обращусь в полицию! Вас лишат лицензии на право иметь здесь гостиницу! — продолжал бу­шевать Эрик.

Я спустилась вниз, подошла к своему бывше­му жениху и встала в самом центре светового пят­на, образуемого тусклой лампочкой в прихожей.

— Неужто, Эрик, ты обратишься в полицию с жалобой на нас? А может быть, расскажешь там, как купил с помощью мистера Кларка дом в этом графстве? Полицейским очень интерес­но будет послушать. Заодно можешь поведать и о высоких технологиях, которые ты применя­ешь в работе. Голову могу дать на отсечение, что твой рассказ будет иметь огромный успех в по­лиции. Возможно, тебя попросят повторить его на бис в суде.

— Джейн? Откуда ты взялась?

С Эрика спала вся спесь. Он смотрел на меня, словно я была неожиданно появившимся перед ним привидением. Он даже поднес руку к гла­зам, как будто собрался их протереть, чтобы проверить, я это или нет.

— Ты еще помнишь мое имя, Эрик?

Надо отдать справедливость этому талантли­вому аферисту. В растерянности он пребывал недолго. Его лицо осклабилось в улыбке.

— Джейн, какой приятный сюрприз! Ты выш­ла замуж? Где же шатается твой муженек? В та­кую-то погодку? Не иначе как его пригрела ка­кая-нибудь красотка! Не волнуйся, я приду тебе на помощь. Мы можем прекрасно позабавиться в его отсутствие. Правда, котенок?

Эрик направился ко мне. Я отступила, но было поздно. Эрик сумел схватить меня, и я оказалась в его объятиях.

— Пусти, мерзавец...

— Какой ты стала неласковой, котенок! По­мнишь, как мы с тобою...

Я пыталась вырваться, но Эрик держал меня крепко. Я ощущала его дыхание. От него несло перегаром. Он был пьян. Я страшно пожалела, что закрыла Джона в комнате. Пес огромных размеров, несмотря на свой добродушный нрав, производил устрашающее впечатление на всех. В данный момент он был бы здесь очень кстати.

Несколько минут мы молча боролись. От Нэнси ждать помощи не приходилось. Она так и осталась стоять, тупо глядя на нас. Потом по-дурацки хихикнула.

В этот момент снова раздался стук во вход­ную дверь. Видимо, непогода способствует пу­тешествиям. Я находилась здесь уже две недели, и никто не приходил к миссис Кроу не то что­бы по ночам, но и днем. Только хозяева собак появляются в этом доме. Может быть, привезли очередного постояльца? Но обычно владельцы животных заранее договариваются о приеме в гостиницу своих домашних любимцев.

Нэнси вышла из ступора и кинулась от­крывать дверь. Мы с Эриком так и стояли по­луобнявшись. Потом он с неохотой меня от­пустил.

Дверь открылась, и вошел Роберт Арлингтон.

— Здравствуйте! Принимайте нового гостя. Надеюсь, у вас найдется свободная комната?

— Есть собачьи и кошачьи консервы, — не­впопад доложила ему Нэнси.

— Да-да! Здесь кормят собачьей едой! — с охотой поддакнул ей Эрик. Видимо, он решил, что новый гость будет на его стороне, и еще не потерял надежду получить горячую еду и номер.

— Джейн! Вот так встреча! — воскликнул Ро­берт, почти повторив слова Эрика.

Эрик с любопытством на меня посмотрел.

— Ба! Милашка Джейн не промах. У нее везде близкие знакомые, — с гнусной улыбкой про­комментировал он слова Роберта.

Я растерялась по-настоящему. Так же, как и Нэнси, я стояла столбом и тупо переводила взгляд с одного мужчины на другого.

— Что же ты замерла, котенок? — продолжал издеваться Эрик. — Не знаешь с кого начать? Ночь длинная, успеешь побыть с каждым. Или же хочешь остаться только со мной? Так пошли! Твоя помощница может позаботиться о твоем дружке.

Роберт посмотрел внимательно на Эрика, потом на меня.

— Я бы ушел, но куда-то ехать еще в такую погоду мне абсолютно не хочется. Да и дело у меня здесь есть. С утра нужно решить очень важ­ный вопрос, который не терпит отлагательства. Может быть, кто-то из вас пригласит хозяйку или хозяина? — Роберт говорил тихо, но спо­койно и властно.

— Хозяйка — вот она! Шустрая девчонка! Еще не остыла постель после меня, а она уже нашла себе другого, — измывался надо мною Эрик.

Злая насмешка судьбы! Встреча этих двух людей могла бы никогда не состояться. Но они оба здесь, а я стою, оплеванная и униженная. И кем? Подлецом, который выманил у меня день­ги и квартиру! Подлецом, который чувствует свою безнаказанность и издевается надо мной. Нет! Погоди! Ты у меня сейчас попляшешь! План, по своей несуразности похожий на тот, с помощью которого я пыталась разорвать по­молвку Роберта, снова родился в моей голове. Детали обдумывать было некогда, и я присту­пила к его выполнению.

— Нэнси, — сказала я как могла твердо. — Отведи мистера Арлингтона в одну из комнат, которые ты отвергла. Напои его чаем.

— Я тоже хочу чая. Нэнси, напои и меня, — тут же встрял Эрик.

— Нет, дорогой, — я подошла к Эрику и по­тянула его за руку, — я не могу ждать: так со­скучилась по тебе. Пошли!

Эрик колебался. По его взгляду я поняла, что чай перевешивает мое соблазнительное предло­жение. Я ему не нужна. Какой же я была когда-то глупой! Ведь я думала, что привлекаю Эрика как женщина. А он, вероятно, считал ласки, которые мне расточал, тяжкой повинностью. Я невольно тяжело вздохнула, но надо было что-то делать, и немедленно: из-за чревоугодия Эри­ка мог сорваться весь мой план.

Я кинулась Эрику на шею. Обхватив ее рука­ми, тесно прижалась к нему, целуя его в губы. Одновременно я старалась толкать его вперед, по направлению к лестнице. Наконец я его не­много расшевелила. Выпитое спиртное броси­лось ему в голову. Он забыл о чае и не очень противился моим ласкам.

— Ладно, присоединюсь к вам попозже, сэр. Котенку не терпится. Не могу же я отказать даме.

Эрик игриво подмигнул Роберту и Нэнси, к которым я стояла спиной. Не отпуская свою до­бычу, я обернулась. Нэнси таращилась на меня во все глаза, а Роберт презрительно усмехался. Меня это не тронуло. Мое сердце горело жаждой мщения. Я не могла позволить себе отвлечь­ся даже на Роберта.

Я впилась в губы Эрика и с силой поволокла его за собой по лестнице. Вот и моя комната. Я крепко держала свою жертву за руку — вдруг дру­гие аппетиты возобладают в его душе.

Открыв ключом дверь, я втолкнула Эрика в комнату и быстро шлепнулась на кровать. Не­смотря на быстроту действий, тяжелое пьяное дыхание Эрика, прикосновения его омерзитель­ных губ и рук, я смогла отдать четкую команду:

— Джон, фас! Фас, Джон!

Однажды миссис Кроу показала мне, как можно натравить собаку. У нее тогда жила не­мецкая овчарка — суровая и злая особа, кото­рой требовались специальные условия содержа­ния. Ей была предоставлена индивидуальная ком­ната, и гуляла с ней миссис Кроу отдельно от остальных собак. Рейчел, так звали овчарку, не любила собачьего общества. Сейчас ее здесь не было. Хозяин забрал ее еще до отъезда миссис Кроу. А жаль! Мне бы она в данный момент при­годилась.