Памела Робертс - Голубоглазая богиня

Гарри молча ждал продолжения, но садовник, казалось, забыл о его существовании. Он мог бы сейчас спокойно уйти, но что-то удерживало. Ему хотелось услышать продолжение.

— В драке я практически случайно пырнул одного из них ножом. Случайно не потому, что не собирался, — пояснил он, словно опасаясь, что Гарри осудит его за трусость, — а потому что нож предназначался другому, тому, главному негодяю. — Старик тяжело вздохнул и горестно покачал головой. — Она была так хороша, моя Рейчел…

— Что произошло потом?

— Процесс. Приговор. Пятнадцать лет. Я отсидел восемь. Она не дождалась. Вот и все, — отрывисто закончил садовник, словно уже успел пожалеть о своей внезапной откровенности. Потом грубовато буркнул: — Не обращайте внимания. И не бойтесь, я не рецидивист.

Да я и не думал ничего подобного, — поспешил заверить его Гарри и внезапно прибавил: — У вас слишком добрые глаза, чтобы считать вас убийцей.

Тот уныло хмыкнул.

— Приятно слышать. А вот она, видно, так не думала…

Они оба помолчали, потом садовник откашлялся и сказал:

— Ладно, идите, мистер, мне запирать пора. Извините, что время у вас отнял своей болтовней.

— А как же…

— Никак. Берите цветы, они же все равно уже сорваны, и отправляйтесь к вашей девушке. И не потеряйте ее, как я свою Рейчел.

— Спасибо. — Гарри протянул руку, и двое мужчин обменялись крепким и искренним рукопожатием.

Всю дорогу до супермаркета, а после до дома Гарри думал о рассказе старика-садовника. Он поднялся в квартиру и разыскал вазу для цветов, продолжая думать о том же. Потом поставил мясо тушиться на медленном огне и отправился в ванную принять душ, продолжая думать о том же. После переоделся в чистое белье и вернулся в кухню, по-прежнему думая о том же. И все еще думал, когда веселый голос Лесли ворвался в его мысли:

— Гарри, привет! Как ты сегодня провел день? Как ты себя чувствуешь? Ты не забыл, о чем мы договорились?

— Лес! Ну наконец-то! У меня все в порядке. Я купил пленку, наметил место, где можно устроить лучшее освещение. Обед почти готов. И чувствую я себя нормально.

— Нормально? — Она испытующе взглянула на него. — Совсем-совсем?

— Ну, конечно, еще побаливает, когда вдыхаю глубоко, но в остальном… Скажем, практически нормально.

— Пахнет божественно, — потянув носом, заявила Лесли, передавая Гарри охапку платьев в шуршащих прозрачных чехлах. — Брось, пожалуйста, на диван. Я быстро в душ. Буду готова через пять минут, хорошо? — И она упорхнула, легкая и беззаботная, как колибри.

А он отнес порученные ему вещи в указанное место, аккуратно разложил и принялся накрывать стол в гостиной. Первым, что он поставил на него, была ваза с цветами.

Лесли, вернувшись, как и обещала, в рекордно короткое для женщины время, немедленно заметила ее.

— Гарри, какая прелесть! — Она подбежала и уткнулась в букет носом, глубоко вдохнув тонкий аромат. — О, никакие духи не могут сравниться с этим… — мечтательно протянула девушка, зажмурив глаза от удовольствия.

— Нравится?

— Очень! Я даже не предполагала, что ты такой галантный кавалер, Гарри, — заявила она, подняла голову, обвела глазами стол и добавила: — Удивляюсь, как это тебе удалось дожить до такого возраста холостяком. Любая здравомыслящая женщина сразу поняла бы, что ты не мужчина, а клад.

Он фыркнул.

— Очевидно, мне попадались только дурочки.

Лесли весело расхохоталась.

— Ты смешной. И где же ты, между прочим, нашел такую прелесть?

— О, это целая история, романтичная, между прочим, — сообщил Гарри, раскладывая по тарелкам салат.

— Расскажи! — тут же потребовала она.

— Не сегодня. Не обижайся, но это довольно необычно, и я хочу кое-что обдумать. Расскажи лучше, как провела день.

Лесли принялась с воодушевлением описывать события, произошедшие в магазине, яркими красками рисуя портреты клиентов, — их в этот день было четверо, две девушки и одна пара.

— Рейчел сказала, что завтра не придет. Она собирается подольше поспать, потом проехать по редакциям, дать объявления о вакансии. Она сегодня пыталась уговорить меня остаться у нее постоянно, но я отказалась. Сказала, что мы можем задержаться на две, максимум натри недели. Не знаю, правильно или нет? — Она пытливо взглянула на Гарри, и он кивнул в ответ.

Слава богу, еще целых две недели с ней, а если повезет, то и все три! Это ли не счастье? К тому же пока они заняты каталогом, он не будет чувствовать себя паразитом, присосавшимся к ней. И за это время он сумеет обдумать свое будущее и попробовать сделать первые шаги в том направлении, о котором размышлял после сегодняшней встречи с садовником.

— Мне это подходит, даже больше чем просто подходит. Но, возможно, тебе захочется раньше продолжить путь? — вслух произнес он.

Нет-нет-нет, — тут же возразила Лесли. — Я с места не двинусь, пока не буду уверена, что твои ребра в полном порядке. И учти, не на основании простого осмотра. Тебе придется еще раз сделать рентген.

— Тебе бы сестрой милосердия быть, Лес, — усмехнулся Гарри, которому было более чем приятно ее внимание к его здоровью.

— Вот уж нет, — ответила она. — У меня сроду терпения на это не хватит.

— Ни за что не поверю. Ты столько со мной нянчишься… — возразил он.

— Так это с тобой, — тихо заметила Лесли и внимательно посмотрела ему в глаза. — Я ведь помню, что ты для меня сделал…

Он горько усмехнулся.

— Да-а, сделал, это точно. Заставил пуститься в бега, целыми днями сидеть за рулем, обслуживать постороннего тебе человека, теперь вот работать, чтобы прокормить его.

Она опустила вилку и твердо заявила:

— Гарри, я бы хотела, чтобы ты раз и навсегда прекратил эти разговоры. Мы оба прекрасно знаем, как обстоит дело на самом деле. Я по недомыслию взялась за работу, которая мне совершенно не подходит. Не потому, что не могу с ней справиться, а потому, что она мне неприятна. Я не отношусь к тем женщинам, которые наслаждаются вниманием десятков мужчин одновременно. И уж особенно таким, которое я получала, выступая в клубах. Я действительно, как и говорила тебе, владею некоторыми приемами самозащиты и могу постоять за себя, по крайней мере мне так кажется. Но ты, Гарри… — Она проглотила комок, застрявший в горле, и заставила себя продолжить: — Ты показал мне, что на свете еще существуют рыцари. Во что я, как подлинно современная девушка, не верила уже лет с десяти. Ты заставил меня поверить в то, что благородство еще не окончательно исчезло с лица земли, что умение делать деньги не самая главная добродетель в мужчине.

Гарри молча взял ее руку, поднес к губам и поцеловал. Лесли сидела и смотрела на него широко раскрытыми и подозрительно поблескивающими глазами. Губы ее слегка приоткрылись, грудь высоко вздымалась. Она наслаждалась, желая, чтобы это мгновение длилось вечно, и в то же время ждала, нетерпеливо и жадно, того, что могло и, будь на то ее воля, должно было последовать за этим почтительным поцелуем. Воспоминания о том вечере, как она прижималась к нему всем телом, и о том, что ощутила в ответ, неотступно преследовали ее все эти дни, хотя Лесли и загнала их в самый отдаленный уголок сознания, поклявшись не форсировать события.