Марианна Монтейро - Нежность

– Прошу внимания, – сказал Михель. – Коктейль готов!

Его супруга захлопала в ладоши.

– Ура! – воскликнула она. – Постой, постой… Вероника, что ты сказала?

– Подставляйте бокалы! – воскликнул Михель.

– Я снова беременна, – повторила Вероника.

Леона встретила ее слова с энтузиазмом.

– За это следует выпить! – объявила она.

Вероника вздохнула.

– К сожалению, беременность относится к тем событиям, которые сама виновница торжества не может отметить таким образом…

– И тем не менее, – подозвала участников пикника Леона. – Роман, Мерседес, идите сюда!

– Охотно! – подойдя и наполняя бокал коктейлем, отозвалась Мерседес. – Что у вас слышно?

– У нас сейчас будет тост… – торжественно провозгласила Леона.

– Тост? – спросила Мерседес. – Какой?

Фернандо поднял бокал, глядя Веронике в глаза.

– За семейную жизнь! – торжественно сказал он. – За дружбу. За детей…

– Эй, приятель, так не полагается, – с шутливым укором проговорил Роман. – Ты сказал сразу три тоста, так не годится. Оставь на потом…

– Не мелочись! – ответил Фернандо. – Потом мы выпьем за наших прекрасных женщин!

В следующее воскресенье решили сходить в ресторан. Заняли столик на шестерых.

После того, как официант принес заказ, Мерседес сказала:

– Друзья, я предлагаю провести что-то вроде психологической игры. Это напоминает тесты… анкеты…

– Ты что, решила открыть новую фирму и проверяешь, подойдем ли мы в качестве компаньонов? – пошутил ее муж.

– Нет, – Мерседес погладила его по руке. – Просто я подумала, что мы мало знаем друг друга.

– И много там вопросов? – поинтересовался Фернандо и зевнул, прикрыв рот ладонью.

Ему вовсе не хотелось проводить этот вечер в компании Гонсалесов и четы Альтамирано, но на походе в ресторан настояла Вероника, которая не хотела оставаться наедине с мужем.

– Вот увидите, как это интересно, – продолжала уговаривать Мерседес, не ответив на вопрос Фернандо. – В результате получится характеристика, которую сам себе даст каждый из нас.

– И с кого начнем? – поинтересовался Михель.

– Все могут отвечать одновременно, – объяснила Мерседес. – Достаточно на листке бумаги написать пять-шесть слов, определяющих ваши основные качества. Именно они будут характеризовать каждого из нас. Потом прочитаем друг другу.

– Хорошо, – Фернандо встал. – Интересная идея! Сейчас дам вам бумагу…

Он начал рыться в карманах. Через несколько минут каждый получил по листку и по ручке.

– Слава богу, в силу моей профессии в этом пиджаке нашлось достаточно письменных принадлежностей, – сказал он. – Не то, что носков у меня дома… – последовал косой взгляд на жену.

Вероника ничего не ответила. «Посмотрим, что ты напишешь! – подумала она. – И тогда, быть может, я дополню тебя парой эпитетов…»

– Готовы? – спросила Мерседес. – Тогда начали!

Все взялись за ручки и принялись писать: кто с улыбкой, кто нахмурившись.

– С кого начнем? – осведомилась Мерседес спустя пять минут.

– Я согласен быть первым! – предложил Роман.

Жена вопросительно посмотрела на него.

– Почему ты? – спросила она.

– Потому что, как я понял, в роли основного экзаменатора выступаешь ты, любовь моя. И кому, как не мне, быть первым? Я ведь не боюсь тебя!

Мерседес засмеялась и махнула рукой.

– Идет, начинай!

Роман вытянул руку с бумагой и стал читать:

– Мексиканец… – он сделал паузу и посмотрел на слушателей.

– Почему ты написал первым это слово? – удивилась Мерседес.

Роман пожал плечами.

– Ну, потому, что я живу здесь. Потому, что это отличная страна. Я горжусь тем, кто я есть.

– Как патриотично! – похвалила Леона. – Я и не знала, Роман, что ты так красиво умеешь говорить…

– Да, надо уговорить моего ненаглядного, чтобы он дал согласие избираться на должность мэра Мехико, – пошутила Мерседес под общий смех. – Хорошо, читай дальше, Роман….

– Продолжаю! – кивнул Роман. – Итак, слушайте: мексиканец, женат, адвокат, отец, голодный…

Мерседес подвинула к мужу тарелку с салатом.

– Спасибо, – кивнул с улыбкой Альтамирано. – Сейчас зачеркну последнее определение…

Он с улыбкой принялся исправлять написанное.

– Так лучше? – спросил Роман, показывая жене новый вариант.

– Гораздо! – одобрила та.

– А теперь я, – нарушила наступившую тишину Вероника. – Безработная, мать, хороший характер…

– А как насчет того, что ты замужем? – Фернандо прищурился.

– Это входит в понятие «мать», – нашлась Вероника.

– Хорошо, – сказала Мерседес. – А теперь посмотрим, что написал Михель. Или ты, Леона, предпочитаешь прочитать первой?

– Нет, спасибо, – ответила сеньора Гонсалес. – Уступаю очередь мужу.

Михель принял серьезный вид, откашлялся и начал:

– Капиталист, лицо вытянутое, высокий, вес – сто шестьдесят фунтов…

– Милый, – поморщилась Леона. – Ты должен был написать о себе…

– О себе? – удивленно Михель поднял брови. – А о ком же я написал?

Он осмотрел присутствующих.

– Ну ладно, – сказал Гонсалес. – Замечу честно. Я бабник…

– Это, пожалуй, слишком честно! – воскликнула Леона.

– Слишком честно – не бывает! – возразил ей муж.

– Ну, хорошо, – Леона подняла руку. – Интересно послушать тебя, Мерседес.

Сеньора Альтамирано посмотрела на колени, где лежал листок с написанными ею словами.

– Блондинка, журналист, живу в настоящее время с сеньором Романом Альтамирано…

– Ничего себе! – прервал супругу муж. – Разве ты не моя жена?

– Я эту мысль выразила другими словами! – с улыбкой парировала Мерседес. – По-моему, вышло неплохо… – она снова посмотрела на листок.

– Она же не написала, что собирается покинуть тебя, – вставил Фернандо.

– Не понимаю! – повысил голос Роман. – Какие могут быть другие слова? Для тебя, Мерседес, существует емкое определение – жена!

Вероника поморщилась.

– Пожалуйста, тише, Роман, – попросила она. – На нас оглядываются…

И правда, многие посетители ресторана заинтересовались происходящим за их столиком.

Альтамирано послушно понизил голос:

– Меня огорчило твое определение семейного положения, Мерседес, – проговорил он.

– Как и меня – тот факт, что ты бабник, – парировала жена.

– Умоляю, не выясняйте свои отношения в таком многолюдном месте, – попросила Вероника. – Неужели мы для этого собрались сегодня?

Мерседес кашлянула.

– У нас остались Леона и Фернандо. Кто из вас следующий?

– Я, – отозвалась Леона. – Я красивая, мать, домработница, счастлива…