Марианна Монтейро - Нежность

– Куплю себе носки! – отрезал Фернандо.

Вероника не нашлась, что ответить. После разговора с Альдонсо Риверой она успела купить продукты, но на остальные магазины времени уже не оставалось… Поэтому больше она ничего не купила.

Фернандо вышел, громко хлопнув дверью. Вероника с тоской посмотрела ему вслед.

Валентина полистала книжку, потом вздохнула и обратилась к матери:

– Мама, ты мне почитаешь?

Лицо Вероники просветлело.

– Обязательно, моя милая, – сказала она. – Давай почитаю… – и женщина подсела к дочери. – На чем вы тут с папой остановились?

Вероника вставила чистую кассету в магнитофон и включила его. Несколько секунд она молча смотрела на медленно движущуюся тонкую ленточку пленки, потом выключила магнитофон.

– Что за ерунда, – пробормотала Вероника. – Я и не думала, что так трудно начать вести звуковой дневник. Слова как будто разбежались и потерялись…

Она глубоко вздохнула, собралась с мыслями и снова включила магнитофон.

– Говорит Вероника Монтейро, – сказала молодая женщина и запнулась. Она почувствовала сильное желание выключить магнитофон и вообще выбросить эту идею из головы. Но вспомнила о дочери и заставила себя продолжать: – Это само собой понятно, кто же, кроме меня, может говорить… Ведь это мой магнитофон, моя кассета и моя дочь, которая будет слушать эту пленку…

Вероника несла полную чушь, потому что обнаружила, что голова ее становится совсем пустой, как только кассета начинает крутиться.

Но отступать она не собиралась и продолжала:

– Сегодня шестое октября, я сижу в гостиной, а мою дочь Валентину сеньора Рамина кормит на кухне. Валентина не желает обедать и капризничает… – Вероника прислушалась к звукам, доносящимся из кухни. – Нет, сейчас я не могу говорить, по той простой причине, что мне надо пойти и самой покормить дочку, а не диктовать на пленку послание в будущее…Думаю, ты меня отлично поймешь Валентина, когда будешь прослушивать эту кассету!

Вероника вздохнула и выключила магнитофон. После этого решительным шагом направилась на кухню.

Ночью Веронике приснился страшный сон, и она проснулась в холодном поту.

– Фернандо! – воскликнула Вероника и начала тормошить мужа.

Монтейро заворочался.

– Что такое? – недовольно пробормотал он.

Жена еще пребывала под впечатлением сна. Валентина, ее Валентина тяжело заболела, ее любимая дочь находится при смерти!

Сон был таким реальным, что сильно смахивал на явь.

– Ты уверен, что Валентина спит?

– А что ей еще делать? Она в своей кроватке, у нее выключен свет!

– Фернандо, я что-то беспокоюсь! – упрямо повторяла Вероника. – Сходи в детскую, посмотри, все ли в порядке у Валентины!

Монтейро сел и зажег лампу на тумбочке.

– Три часа ночи! – воскликнул муж. – Что ты такое придумала?!

– Посмотри, все ли в порядке с Валентиной! – твердила Вероника.

– Но я хочу спать…

Она вскочила с кровати.

– Тогда я сама посмотрю… – она босиком побежала к двери.

– Не беспокой ее! – раздраженно кричал Фернандо жене вслед. – Оставь ребенка в покое! Перестань преувеличивать! Нельзя так носиться с ребенком, каждый вечер заглядывать, тревожить! И все из-за того, что тебе снятся какие-то кошмары…

Он смотрел на открытую дверь. Вероника уже стояла на пороге детской комнаты.

– Фернандо! – долетел до него испуганный голос жены. – Фернандо, она не дышит!

– Господи Боже мой!

Он вскочил с постели и в одно мгновение оказался рядом с женой.

Вероника тяжело дышала.

Фернандо прищурился. На детскую кроватку падал луч света, и было видно, как Валентина, положив руку под щечку, улыбается во сне.

Фернандо пробормотал ругательство и на цыпочках приблизился к кроватке.

За его спиной всхлипывала Вероника.

Фернандо наклонился над дочерью и прислушался. Тишину детской нарушало только ее спокойное посапывание.

Фернандо усмехнулся и вернулся к жене.

– Она сладко спит, – сказал он ей на ухо. – Если не веришь – убедись сама.

Вероника, все еще не оправившись от испуга, подошла к дочери и прислушалась к сонному дыханию. Выражение страха на ее лице сменилось счастливой улыбкой.

Она виновато посмотрела на мужа.

– Господи, Фернандо, я так переволновалась…

Муж прошипел в ответ:

– Это не причина для того, чтобы будить дочь посреди ночи. Ты испугаешь ее!

Когда они вышли в гостиную и закрыли дверь детской, Фернандо обнял жену. – Нельзя так изводить себя, – сказал он. – Так можно и с ума сойти…

– Не знаю, – плакала на плече мужа Вероника. – Не пойму, что со мной происходит…

Гонсалесы предложили устроить пикник в ближайшие выходные. Вероника поддержала идею – она хотела помириться с Фернандо.

– А не позвать ли нам супругов Альтамирано? – спросила она. – Мы с ними давно не виделись!

– Ничего не имею против, – отозвался муж.

Вероника с удовлетворением отметила, что Фернандо в первый раз за последние три дня улыбнулся ей. На это она и рассчитывала, предлагая позвонить Альтамирано.

…Они расположились на пологом берегу небольшого озера. Фернандо бросал камешки в воду и о чем-то говорил с Михелем. Вероника устроилась в складном кресле. У ее ног на растеленном одеяле сидели Леона и Мерседес.

Роман Альтамирано разводил костер. У него под ногами вертелась маленькая Валентина, пытаясь помочь.

Вероника не случайно попросила Фернандо, чтобы он взял на пикник это кресло. У нее были причины с особым вниманием относиться к своему здоровью и не сидеть на холодной земле.

Она знала, что забеременела во второй раз. Сейчас Вероника обдумывала, как об этом сказать мужу.

Фернандо и Михель подошли к костру, который уже развел Роман. Монтейро положил руки на плечи дочери и заботливо спросил:

– Тебе не холодно, Валентина?

– Нет, – ответила та.

– Успокойся, Фернандо, – сказала, не вставая с кресла, Вероника. – Она так хлопотала у костра, что просто не могла замерзнуть…

Временами с озера налетал прохладный ветер, он и служил причиной для тревог Фернандо.

– Папа, я пойду к Леоне и Мерседес! – сообщила о своем желании Валентина.

Она называла женщин по именам и на «ты». Это позволяли сами сеньоры Гонсалес и Альтамирано, которые души не чаяли в дочери Вероники и баловали ее.

– Фернандо, у твоей дочери проявляется женская натура! – рассмеялся Роман. – Ее тянет в женскую компанию…

– Она просто устала от твоей компании, – пошутил в ответ Монтейро. – Иди, посиди, милая, – сказал Фернандо дочери. – Но если тебе станет холодно, попроси маму, чтобы она уступила трон!