Джиджи Грэйзер - Мужеедка

В своем холостяцком седане на паркинг влетел Тедди, ударил по тормозам так, что те взвизгнули, выпрыгнул из машины, будто укушенный гремучей змеей, схватил ракетку с мячами и направился к ним, источая раздражающую стариковскую энергию. Ее папаша превратился в одного из тех типов, которых можно обнаружить на теннисных кортах и школьных спортплощадках по всей стране. «Я еще ого-го! — словно бы кричат эти старикашки на каждом шагу. — Я еще кое на что способен!»

— Эдвард! — поприветствовала его мать.

— Лапуля! — отозвался Тедди. Он всегда звал мать «лапулей». — Блистаешь, как всегда.

Неизвестно, о чем подумала ее мать, но на щеках у нее появился румянец.

«Брр», — пробормотала Кларисса про себя. Тедди поцеловал матери руку.

— А я как выгляжу, Тедди? — спросила у отца Кларисса.

Тедди внимательно посмотрел на нее.

— Ты не приболела, детка?

— Понятно. Огромное спасибо. — Кларисса вздохнула. — Пойдемте на корт. У нас всего сорок пять минут, чтобы решить мою судьбу.

Сначала Кларисса играла на стороне матери против отца, затем поменялась. С тем же успехом она могла бы читать «Стар», сдирать лак с ногтей или придумать иное столь же приятное и полезное занятие — ни один из родителей ни разу не подал мяч в ее сторону. Отец с матерью вообще забыли о присутствии дочери на корте. В конце концов, Кларисса уселась на лавочку, глядя, как мячик летает туда-сюда, и, дожидаясь, когда родители соизволят сделать передышку.

— Ну, ты меня и расчихвостила, лапуля, — заявил отец, приложившись к большой бутылке «Эвиан», которую затем передал матери.

— Ты мне фору даешь, Эдуардо, — улыбнулась мать и элегантно отпила из горлышка.

Кларисса закатила глаза.

— Покалякали, и будет. Можно, наконец, обсудить мое счастливое будущее?

Родители переглянулись, явно изумляясь неожиданной помехе в лице единственной дочери.

— А это не может подождать? — осведомился Тедди. — Мы почти закончили сет.

— Нет, Тедди, это не может ждать, — возразила Кларисса. — Я хочу, чтобы вы на пару устроили ужин в честь нашей помолвки с Аароном.

— О боже! — завопила мать и повисла у Клариссы на шее.

— Пирожочек! — обрадовался Тедди и тут же в приступе отцовской заботы сдвинул брови. — А ты хорошо знаешь этого парня?

— Достаточно хорошо, чтобы за него выйти. Итак, в субботу, десять человек, у мамы дома, ровно в восемь. — И Кларисса поспешила подняться с места, пока никто не начал ныть или возражать. — Не подведите… — добавила она, отряхивая юбку. — Ваши будущие внуки рассчитывают на вас.

Кларисса обняла родителей, послала им воздушные поцелуи и двинулась прочь. У нее еще было полно дел.

— Я думал, твои родители развелись, — сказал Аарон.

— Да, но они по-прежнему спят друг с другом, — ответила Кларисса и подхватила один из тысячи завернутых в ветчину дынных шариков, которыми мать усыпала серебряные блюда.

— Так по какому поводу ужин? — спросил Аарон.

Из кухни послышался какой-то шум.

— Я проверю… что там такое… — с готовностью вскочила Дженнифер и отважно устремилась на кухню.

Кларисса взглянула на Грэйви, утонувшую в кресле, с коктейлем и цветком в волосах, — зрелище столь же нелепое, сколь и действующее на нервы.

— Повод? — переспросила Грэйви.

— Ну да, повод, — повторил Аарон. — Ради чего нас созвали?

Грэйви покосилась на Клариссу.

— Повод…

— Ради бога, Аарон, разве нельзя устроить ужин безо всякого повода? — вывернулась Кларисса. — Грэйви, умоляю, вытащи этот цветок.

— Тебе нравится мой цветок, Аарон? — спросила Грэйви.

— Очень мило… празднично…

— И цветочно, — подсказала Грэйви.

— Празднично было пять минут назад, а теперь убого, — возразила Кларисса, под пятью минутами имея в виду прошлогоднюю моду. В тот момент, когда она закинула в рот очередной шарик с ветчиной, гадая, какой смысл смешивать мясо с фруктами, и прозвенел звонок. Послав Аарону улыбку, Кларисса поспешила к двери. На пороге возникли Злыдня Сьюзи с… Саймоном.

— Дорогая моя! — воскликнула Сьюзи.

Кларисса ухватила ее и затолкала в кладовку рядом с входной дверью.

Озадаченный Саймон невольно вскинул руку; на большом пальце у него красовалось кольцо.

— Сейчас вернусь, — пообещала Кларисса. — Классные ботинки.

Саймон опустил взгляд на свои ноги, а Кларисса захлопнула дверь.

— Черт возьми, что на тебя нашло? — прошипела Сьюзи, когда Кларисса втиснулась в кладовку и зажгла свет. Здесь по-прежнему висели зимние куртки и отцовские пальто, словно в ожидании хозяина; Клариссе даже захотелось обшарить карманы.

— Как ты посмела притащить Саймона на мое обручение?! Это объявление войны! У нас есть правила.

— Сама сказала, что можно привести друга, — шипела Сьюзи. — Саймон — мой друг. Ну-ка, выпусти меня немедленно.

— Саймон — не друг. Саймон — глава из учебника истории Клариссы Реджины Альперт… Точнее, целых три главы.

— Аарону с Саймоном все равно пришлось бы встретиться. Не понимаю, с чего ты завелась? Разве что до сих пор по нему сохнешь… — Сьюзи улыбнулась с видом довольного боа-констриктора. — А если по нему сохнешь, так нечего выскакивать за другого.

— Ладно, — уступила Кларисса. — Рассажу их по разные стороны стола. — Она потянула на себя дверь.

— Кларисса! — окликнула Сьюзи. — Саймон классно целуется, правда? Лучше всех на свете!

Кларисса любезно ответила на улыбку Злыдни и выскользнула из кладовки.

А потом захлопнула дверь и заперла ее снаружи.

— Детки! Выпивка у всех есть? — Один глаз у Тедди полностью заплыл; так называемые волосы (в конце концов, он ведь за них заплатил!) с левой стороны стояли торчком. Он выглядел дряхлым солдатом разгромленной армии.

— У меня пусто. — Кларисса вбежала следом за отцом, на ходу поправляя юбку от Дольче и Габбана.

Вопли Сьюзи, хоть и слабые, все же были слышны. Подлетев к стереосистеме, Кларисса погромче врубила мамулиных кубинцев и затрясла головой, как автомобильная собачка на приборной доске. Грэйви вопросительно подняла свежевыщипанные брови, но Кларисса сделала вид, что ничего не заметила.

— Кто… — начала Грэйви.

— Соседи, — отрезала Кларисса.

— Позвольте мне вам помочь, мистер Альперт. — Аарон поднялся с места.

— Нет-нет, — Тедди положил руку ему на плечо, — у тебя все впереди. Наухаживаешься еще за много лет, — добавил он, имея в виду свою дочь.

Аарон взглянул на Клариссу, и та сморщила нос. Аарон прищурился, от чего стал казаться чуточку близоруким и еще более симпатичным.