Ли Райкер - О Сюзанна!

— Она считает, что Клэри была убита по заказу. Я считаю, что нет.

— И это все?

Джеб постарался избавиться от внезапно вставшего перед глазами образа Сюзанны, но с ребенком, его ребенком в животе. Глаза ее светились любовью к нему, Джебу. Он выпрямился в кресле. Образ вызывал в нем отнюдь не боль, а желание. И сожаление.

— Разве этого недостаточно? Мы с Сюзанной Уиттейкер совершенно не подходим друг другу, как ты справедливо указывала с самого начала. Мне не стоило проводить с ней время в Нью-Йорке. Сейчас она совершенно не хочет вспоминать о тогдашней метели… и обо всем, что связано с ней.

— То-то ты с тех пор ходишь как во сне.

На это Джеб ничего не ответил. Схватив гитару за гриф, он прижал ее к бедру, ударил по струнам, виртуозно извлекая необычайно сложные аккорды — начало песни, которую пытался написать в тот день, когда встретился с Сюзанной. Бриз вслушалась:

— Красивая мелодия. Ее надо включить в альбом.

— Тогда тебе придется написать текст. У меня нет слов.

Она подошла к нему.

— Ты не сохнешь по этой женщине, нет? Ты ведь провел с ней ночь или две?

Он взял еще один аккорд.

— С тобой я тоже провел ночь или две.

— Это было давно. И ты не в себе не из-за меня.

— Это уж мое дело. — Он помолчал, желая переменить тему. — Мне не нравится толпа в постели. Бриз присвистнула:

— Тогда начинай с Мака. То, что происходит между нами, касается только нас.

— Не обманывай себя. — Не в состоянии закончить мелодию, Джеб вновь положил гитару на пол, зная, что не сможет взять ее в руки до тех пор, пока она не выплывет из туманного ниоткуда на сцену. Гитара была такой же, как и дюжина других гитар, которые он возил с собой. Некоторые из них для него вручную изготовили фанаты. Внешне они, конечно, отличались друг от друга. Одна, например, была сделана из красного дерева с простыми медными колками, а другая — из древесины редкого черного грецкого ореха, инкрустированной полудрагоценными камнями.

— Это касается не только тебя с Маком, — наконец сказал он. — И ты прекрасно все понимаешь, так что давай оставим эту тему. Еще минута, и я врублю третью скорость.

— Мне бы хотелось на это посмотреть.

Джеб заворчал, готовый начать ссору, но в этот момент дверь отворилась и на пороге появился Мак Нортон — высокий, темноволосый, с бочкообразной грудью, — гитарист и руководитель группы музыкантов. Нынешний любовный интерес Бриз. «Если только это вообще можно назвать любовью», — подумал про себя Джеб. Подняв голову, он встретил мрачный взгляд Мака.

— Ты готова? — обратился Мак к Бриз, и его глаза потеплели.

Она посмотрела на Джеба:

— Более чем.

— Я хотел бы поговорить с тобой. Мак. — Чтобы Нортон не мог смотреть на него сверху вниз, Джеб встал. — Иди попудри носик, дорогая, — с интимными нотками в голосе обратился он к Бриз, чтобы задеть ее посильнее.

— Пошел ты к черту! Я останусь здесь.

Мак обнял ее за плечи.

— Кажется, нам с Джебом есть что сказать друг другу. Машина ждет снаружи. Подожди меня там десять минут.

— Ты меня не прогонишь…

— Уже прогнал, — сказал Джеб.

Бриз посмотрела на него с ненавистью:

— Свинья! — Она бурей пронеслась к выходу и хлопнула за собой дверью.

— Теперь она неделю будет придумывать тебе разные имена, — сказал Мак.

— Меня не волнует, как она меня называет. Главное — что я действую в ее же интересах.

— Звучит неплохо. — Мак слабо улыбнулся. — Я, видимо, не вхожу в их сферу.

— Нет. Стоит ли напоминать, где ты получаешь деньги? И по нынешним временам неплохие.

Руки Мака сжались в кулаки.

— Ты мне угрожаешь?

Джеб подошел к стереосистеме и вставил туда компакт-диск. Комнату наполнили мягкие гитарные переборы и чистый голос Триши Иервуд.

— Мы уже давно вместе, Мак. Играем всякую ерунду и мечтаем о будущем. На завтрак едим сандвичи с арахисовым маслом и запиваем пивом. — Он улыбнулся. — Помнишь то Рождество, когда мы работали в «Уол-Март»? Ты — в «Аутомотив», я — в «Тойз»? — Он посмотрел на Мака. — Теперь мы кое-чего достигли. Не разрушай этого.

— Ты делаешь мне последнее предупреждение?

— Пожалуй, да.

— А если мы не послушаем твоего совета?

— Бриз — великий менеджер. Ты же хороший музыкант, Мак, но я могу сейчас поднять трубку, — Джеб махнул рукой а сторону стоявшего на столике возле софы телефона, — и еще до начала сегодняшнего концерта найти нового гитариста. Я этого не хочу, но могу так сделать.

Глаза Мака потемнели.

— Тогда увольняй меня. Если я уйду, Бриз уйдет со мной.

— Нет, не уйдет.

— Не зарекайся. Ты думаешь, что она к тебе будет всегда лояльна из-за того, что вы с ней спали, когда ты начинал? Ты красивый парень, Джеб, и бесспорный чемпион в этой области, но со мной она сейчас счастлива.

Джеб стиснул зубы.

— А как с твоей семьей?

Мак отвел взгляд.

— Ты прав, мы зашли довольно далеко.

— Недавно ты купил дом возле Нэшвилла, белый кирпичный дом в колониальном стиле с английским парком. Твоя жена говорила мне, что дом ей нравится, — детям тоже.

— У нас с Пегги есть разногласия. Это связано исключительно с разъездами.

— Я это знаю.

— Она чувствует себя одинокой, — сказал Мак. — Из-за моего долгого отсутствия она вышвырнула меня из дому за несколько недель до того, как я сошелся с Бриз. — Он помолчал. — У тебя самого есть женщины то здесь, то там. Бриз говорила мне, что в Нью-Йорке…

— Я не женат. Я этим никому не причиняю боль.

Долговязый гитарист подошел к окну.

— Боль? Когда Бриз Мейнард лишилась своей группы, она лишилась души. Может быть, я помог ей снова найти ее кусочек.

Джеб провел пальцем по шраму на верхней губе. Его бесило сознание упущенных Бриз возможностей.

— Она должна петь, а не трахаться с тобой. — Он посмотрел на стереосистему. — Иервуд —:замечательная исполнительница, прекрасный стилист, но у Бриз Мейнард лучший голос из всех, кого я слышал, — за исключением моей мамы. Разница между ними в том, что Бриз знает, что делать со своим голосом. Так же, как Иервуд и Реба Макинтайр. Но она его не использует. — Он нахмурился. — Это и приводит меня в бешенство.

— Она не хочет петь. — Мак отвернулся от окна. — Не каждый способен стать звездой, как ты. И не каждый к этому стремится. Мы даем друг другу то, что можем, так что сделай нам послабление, а?

Джеб постарался не заметить прозвучавшее в словах Мака осуждение. Если он стремится быть звездой, то у него есть на это свои причины, а не только талант.

— Ты ее любишь?

— По-своему. — Мак посмотрел ему в глаза. — А ты?