Луиза Бэгшоу - Карьеристки

— А я хочу в итальянский, — капризно сказала Топаз.

— Ну а я хочу в китайский, — дружелюбно ответил Натан. — Я же плачу.

— Но ты же босс, — не смолчала Топаз.

Он завернул на Хестер-стрит и направился к Бауэри, не обращая внимания на ее слова.

Топаз смотрела в окно на проплывавшие мимо многоквартирные дома с красивыми пожарными железными лестницами, сдаваемые в аренду. За стенами офиса она чувствовала себя гораздо свободнее, особенно там, где кафе битком набиты народом, где торгуют китайские магазинчики и царит почти европейская суматоха. Во всяком случае, глядя в окно машины, можно выкинуть из головы его, гладко выбритого, красиво подстриженного, с легкой проседью, сидящего рядом с ней, Натана Розена.

Они подъехали к ресторану.

— Итак, что ты хочешь? — спросил Натан, когда одна из ручных тележек подкатила к ним.

— Булочки, креветки в тесте и паровую свинину в тесте, — протараторила Топаз, смирившись с китайской кухней. От аппетитных запахов рот наполнился слюной.

Натан положил себе в тарелку много чего: он выбирался в подобные заведения три раза в неделю, не пил спиртного, мороженое считал самым большим удовольствием в жизни и вправе был позволить себе наесться до отвала.

Если говорить о сексе, он, конечно, испытывал страсть к Росси. И когда они шли вверх по лестнице, а ее юбка слегка натянулась, он не мог с собой справиться.

— …я думаю, было бы интересно выбрать шесть знаменитостей и всем задать вопрос, что они читали в школе…

— …и провести конкурс среди спортсменов-мужчин, Нат, на титул секс-гиганта: «Я всю ночь готов заниматься любовью».

Розен, делавший какие-то пометки и продолжавший жевать, буквально подавился булочкой.

— Росси! — в шоке воскликнул он.

— А почему бы и нет? Секс отлично продается. Особенно мужской. И я предлагаю сделать вынос на обложке «Уайтлайта». В Англии в прошлом году, когда я еще училась, некоторые журналы таким образом увеличили тираж вчетверо!

Натан записал. Просто фантастика, сплошной поток идей. Откуда она их берет? Он поговорил о ней с Генри Бирнбаумом, ибо просто обязан был это сделать. Появилось вакантное место редактора отдела очерков в журнале «Женщины США». И Топаз Росси — самая подходящая кандидатура. Правда, вряд ли кто-то слышал о редакторе со стажем работы всего в один год. Ну что ж, теперь услышат.

Натан смотрел на Топаз, она наклонилась к нему, голубые глаза возбужденно сверкали.

— Я думал, мы поговорим о колонке, а не о том, что бы ты сделала на месте руководства концерна «Америкэн мэгэзинз», — сказал он.

Топаз пожала плечами.

— А у тебя проблемы с колонкой?

— Нет.

— Надеюсь, тебе нравится реакция читателей?

— Очень, — признался Натан. — Журнал никогда не получал столько писем.

— Ну и что тут обсуждать? — спросила Топаз.

Он посмотрел на нее.

— Дорогая леди, мне бы стоило разложить тебя на коленях и отшлепать.

Топаз почувствовала волнение.

— Одни обещания, — фыркнула она, коснувшись его ноги под столом.

Натан из последних сил боролся с собой.

— Оставь, — проговорил он, стиснув зубы.

— Оставить что? — Топаз невинно посмотрела на него.

Они не отводили глаз друг от друга.

— Я пойду возьму чек, — пробормотала Топаз, вскочила и побежала к стойке. Потом почти бегом пронеслась по лестнице, вылетела за дверь и остановилась на тротуаре в ожидании Натана. Она вытащит его из этого чертова ресторана!

Розен появился через две секунды, схватил ее за плечи и прижал к стене.

Прямо на улице он целовал ее, вдавившись всем телом, мягкие груди податливо распластались под его тяжестью, Топаз чувствовала дикое желание Натана, его готовность…

Он нежно раздвинул губы Топаз и кончиком языка провел по внутренней стороне верхней губы.

Топаз застонала.

Он оторвался от нее, заглянул в глаза — удивленные, взволнованные и испуганные.

— Топаз Росси, — прошептал он ей прямо в ухо — я собираюсь заняться с тобой любовью и буду делать это до потери пульса.

Топаз напряженно сидела в темноте такси, пытаясь ничем не выдать себя перед шофером. Натан просунул левую руку под полу ее пальто и проник в трусики, двумя пальцами нежно поглаживая кожу.

— Мы едем в башню «Америкэн мэгэзинз», мне надо еще кое-что сделать.

Они вошли в мраморный холл, Натан поддерживал Топаз, подбирая ключи. Как только двери лифта закрылись, он, уже не в силах сдерживаться, обнял ее. Топаз почти теряла сознание от страсти, ее тело отзывалось на малейшее прикосновение. Обеими ладонями Натан гладил ее бедра, стискивал, приближаясь к интимному месту, но не прикасаясь.

— Натан, пожалуйста, ну пожалуйста…

Молча он вывел ее из лифта, провел через полупустой офис «Вестсайда». Топаз с трудом переставляла ноги.

Натан открыл кабинет и не прикоснулся к выключателю. Неонового света города вполне достаточно. Он оглядел комнату, папки с делами, погашенный экран компьютера, потом взглянул на Росси, прислонившуюся к двери, ее тело тянулось к нему. Очарованный Розен видел безупречную молодую кожу, влажные полураскрытые губы, голубые глаза, горевшие желанием. Боже мой, мечта любого мужчины. Он так хотел ее, что в самом низу живота заболело. Боже, чем это может кончиться!

Ведь он поклялся не прикасаться к ней.

Но Топаз всячески давала понять, что хочет его.

Она его соблазняет.

— У тебя очень красивое платье, но оно еще лучше смотрелось бы на полу, — хрипло сказал он. — Раздевайся.

Топаз раздевалась, пальцы дрожали, она видела, как Натан Розен смотрит на нее, приковывая взглядом к месту. И новая волна чувственности накрыла ее, когда она поняла, что способна сделать с этим мужчиной. Топаз намеренно медленно расстегнула лифчик, позволяя увидеть волосы шоколадного цвета под мышками, и неспешно переступила маленькие шелковые трусики.

— Ну? — с вызовом спросила она. Сделала пируэт, демонстрируя себя и дразня его.

Розен едва верил своим глазам. Он не мог больше сдерживать свое желание, оно ему не подчинялось.

— Иди сюда, — выдохнул он.

Топаз пересекла комнату, потянулась к нему, ее рука нащупала выпуклость под брюками. Натан схватил Топаз за плечи, его руки заскользили по гладкой коже. Она нашла пуговицу на брюках, расстегнула и ощутила под пальцами затвердевшую, как камень, горячую плоть, которую стала торопливо гладить. Дыхания Натана она не слышала, может быть потому, что он почти не дышал.

Розен хрипло простонал, не в состоянии управлять собой. Он гладил, мял ягодицы Топаз, тискал твердые полные груди с распухшими сосками, потом медленно, осторожно повернул и пригнул к столу.