Принцип неопределенности (СИ) - Екатерина Рыжая

Ян Полонский и Никита Михеев. Тот самый Никита, который сейчас стоял передо мной. Мой Рыцарь, в которого я успела влюбиться, и который никогда не будет моим.

— Узнала. — Это было не утверждение. Он просто озвучил данный факт и легкомысленно пожал плечами. Но в его тоскливом взгляде не было ни следа беззаботности. Мне почему-то показалось, что мы подумали в эту секунду об одном и том же. Хотя, конечно, это не так.

— Узнала. А как ты нашел меня? Ян? — В голове так и не могло уложиться, что последние недели я регулярно флиртовала с одним из самых сексуальных парней отечественного шоу-бизнеса.

— Милана. И наше пари. Как оказалось, заключая его мы говорили об одном и том же человеке. Забавно правда? — Никита горько усмехнулся и на секунду прикрыл глаза, успокаиваясь. — Я сначала подумал, что это Мила общалась со мной в чате, пока не услышал от нее историю об общей подруге детства Ульяне. Которую они называют Солнце. Знаешь, а тебе подходит. Раз мы выяснили, что я не маньяк, ты позволишь себя подвезти?

— Думаю, что с учетом того, кто твоя жена, ты точно не потащишь меня в кусты, чтобы изнасиловать. — Мой слова были намеренно грубыми и резкими. Я хотела причинить ему ту же боль, которую испытывала сейчас, когда поняла, что человек, в которого я влюбилась снова оказался женат. Он дернулся, как от удара, и беспомощно сжал кулаки, но промолчал.

Уже по мотоциклетному шлему я догадалась, что он приехал сюда не на машине. И совсем не удивилась при виде черного спортивного байка, который стоял на парковке за углом. А вот когда Никита молча протянул мне единственный шлем я потеряла дар речи. С учетом плохой погоды он с легкостью отдал мне практически основное средство защиты, прекрасно понимая, что в случае аварии он пострадает сильнее. Я назвала ему свой адрес, и он согласно кивнул головой, показывая, что знает где это. Перед тем как сесть на мотоцикл Ник расстегнул плотную куртку. На мой вопросительный взгляд он кратко ответил:

— Кожа мокрая. Твои руки буду скользить.

С этим было трудно поспорить, но от мысли, что мне придется касаться его через тонкий трикотаж водолазки, меня бросило в жар. Я завороженно смотрела на то, как он грациозно оседлал байк и приглашающе кивнул головой. Мне не удалось забраться на железного коня с такой же легкостью, но Никита терпеливо дожидался, пока я не смогу устроиться поудобнее. Мои руки робко обняли его за талию. От этого прикосновения он вздрогнул и инстинктивно напрягся под моими пальцами.

— Крепче. Поверь, я не сломаюсь. — Он посмотрел на меня через плечо. Его глаза потемнели от сдерживаемого возбуждения, которое было отражением и моих чувств. Капля дождя упала с мокрой челки на щеку и соскользнула ниже на губы. Мне остро захотелось слизать ее. Слизать каждую каплю с его идеального лица, а потом и тела. Словно прочитав мои мысли, Никита негромко выругался, а затем положив свои горячие ладони на мои руки, вынудил прижаться к себе теснее. Через легкую ткань я пальцами чувствовала рельеф его пресса и жалела, что не могу забраться под водолазку и прикоснуться к обнаженной коже.

Ник отвернулся, заводя мотор. Его сердце настолько оглушительно билось в груди, что ощущалось даже через слои одежды. Или это было мое? По крайней мере, мой пульс точно зашкаливал на критической отметке всю короткую дорогу до моего дома, хоть мне и хотелось, чтобы мы вечно ехали вдвоем сквозь дождь, давая мне возможность надышаться им на всю оставшуюся жизнь.

***

Мы приехали слишком быстро несмотря на то, что я ехал в объезд, самой дальней дорогой. Я спиной ощутил, как Ульяна тяжело вздохнула, прежде чем оторваться от меня и неуклюже соскочить с мотоцикла. Она сняла шлем и пыталась пригладить взъерошенные волосы, а в моих мечтах Солнце растрепанная сонно улыбалась мне на разворошенной постели. Возбуждение не отпускало меня с того момента, как я увидел ее в темном баре, и вряд ли мне удастся быстро успокоиться.

— Вот, это мой подъезд. — Она невесело улыбнулась, махнув рукой в сторону. — спасибо, что подвез. С такси действительно были проблемы.

Я прекрасно понимал, что должен ее отпустить. Попрощаться и уехать, пряча все мечты о ней в самый дальний уголок души. Но расстаться с ней так быстро было выше моих сил.

— Мне очень жаль. — Я слез с байка и медленно подошел к ней, любуясь нежным лицом.

— Жаль, что подвез?

— Нет. Жаль, что мы не встретились с тобой раньше, когда все было гораздо проще.

— Сейчас тоже все просто. Ты женат, а я никогда больше не буду иметь отношения с несвободным мужчиной.

— Ты мне очень дорога. Я никогда бы не унизил тебя подобным предложением. — Каждое ее слово ранит меня, но даже эта боль не отрезвляет. — Даже не буду просить тебя ждать, потому что знаю, что не разведусь, а мучить тебя безнадежными мечтами не хочу.

— Я понимаю. От таких, как Регина, не уходят. В нее влюбляются даже девочки, что уж говорить про мужской пол.

— Дело никогда не было в любви. Не думай, что слащавая картинка в социальных сетях имеет хоть какое-то отношение к реальности. Это шоу-бизнес, фабрика иллюзий. — Мне впервые было сложно подобрать слова. Ульяна пыталась делать вид, что ей все равно, но дрожащие губы выдавали ее с головой. Возможно, она побежит с моей историей к журналистам, но все равно я не хотел, чтобы она думала, что у меня есть какие-то чувства к жене. — Меня связывает контракт. Разорвать его практически невозможно. Так что я обычный дурачок, угодивший в типичную ловушку.

— То есть ты не влюблен в нее? — Она широко распахнула карие глаза и нервно стиснула пальцы.

— Нет. Знаешь мне даже кажется, что я даже умудрился влюбиться в другую. — Я осторожно погладил ее по щеке. Все мои предположения оказались точными — ее кожа на ощупь была словно нежнейший бархат.

— Но наши чувства не помогут. — Ульяна печально вздохнула и закусила губу. — Нам стоит воздержаться о общения, чтобы не усугубить ситуацию. Не думаю, что когда-нибудь теперь вернусь в чат, это будет слишком больно. Видеться мы практически не будем. Ян мой друг, но не думаю, что нам обязательно видеться всем вместе, словно мы большая дружная семья.

Я понимал, что она говорит разумные вещи, но мысль, что мы больше никогда не увидимся разрывала меня. Ее хуже было предположение, что однажды она придет к Полонскому с новым парнем, а