Бывшая. Моя. Настоящая (СИ) - Ковалевская Алиса

Дима ничего не ответил. Лишь снова смял её губы и притянул Киру к себе. Он хочет её. А все остальное… Все остальное – неважно.

Глава 24

Проснулся Дима от непонятного шума за окном. Затуманенным ото сна взглядом посмотрел на часы… Начало третьего… дождь упругими струями стучал по стеклу, а в помещение спальни потоками врывался свежий, наполненный кислородом, прохладный воздух. Ливень настолько беспощадно лупил в окно, что казалось, будто сегодня стихия разгулялась еще хлеще, чем в позапрошлую ночь, и теперь вовсю наслаждается своей властью над ночным городом. Молотов прислушался к своим ощущениям… Было что-то новое, и он ясно знал, что.  Рядом, уютно свернувшись возле его бока, спала Кира. И это было действительно нечто странное. Его чувства были совершенно новыми, не такими, какими они были раньше, даже в те времена, когда они были вместе. Он вдруг ясно осознал, что несет ответственность за эту маленькую девчонку, поднимающую в нем такую гамму чувств.

- Ты чего не спишь? – Кира вдруг подняла на него взгляд.

- Не спится, - ответил Лима.

- Если хочешь, я могу уйти к себе.

- Лежи уже, - бросил Молотов, натягивая на её плечо одеяло.

Кира лежала на боку, подложив ладошки под щеку. Волосы её разметались по подушке, и Дима едва удержался, чтобы не провести по ним пальцами. Надо же, он чуть не лишил себя этого.

- Как ты узнал? – еле слышно спросила Кира.

- О чем? – не понял Дима.

- Об этих видео.

- Ну, последнее твое выступление, допустим, мне услужливо прислали, - криво усмехнулся Молотов. – А остальные сам нашел… Может не всю коллекцию собрал, конечно, но мне и этого вполне хватило, чтобы понять, какая ты, Кира.

- Ну да, шлюха самая последняя, - договорила она невысказанное Димой.

- Если ты сама считаешь себя шлюхой, то почему другие не должны тебя ею считать? – грубовато отозвался он.

Кира, придерживая одеяло на груди, села в постели и уставилась сквозь темноту в стену.

- Я тебе верил… Даже представить не мог, что ты на такое способна.

- Я правда ни с кем не спала, - отозвалась она тихо. - Я просто танцевала, - прошептала она. Я не шлюха, Дим… Не шлюха. Я всегда тебя любила и сейчас люблю только тебя.

Дима откинул одеяло и встал с постели. Включил свет.

- Любишь!? – Он резко развернулся и посмотрел на неё. – Ты мне говоришь, что я презираю тебя! А как еще?! Мне противно от осознания того, что ты жила со мной, клялась мне в любви, а сама трахалась где и с кем придется, едва выходила за порог нашей квартиры! – обдал он ее холодом своего взгляда. – Да, мне мерзко… Мерзко от того, что после всего этого ты снова лезешь ко мне, и затираешь про любовь! Какая к черту любовь?! – процедил Дима.

- Я никогда не спала ни с кем из них. Я тебе об этом говорила. И это правда. Клянусь тебе. - прошептала Кира. – Никогда тебе не изменяла.

- Не верю, Кира! – воскликнул Молотов. – Ты вся завралась! А я видел достаточно для того, чтобы ты не делала из меня идиота.

- Я тебе никогда не изменяла, Дим, - повторила Кира, твердо глядя ему в глаза.

- Да даже, если предположить, что ты не трахалась с ними, - жестко выговорил Молотов. – Даже, если так… Ты сиськами голыми трясла перед толпой возбужденных мужиков, ты задницей перед ними виляла! Как я должен это понимать, объясни мне! Может тебя заставляли, а, Кира?!

- Нет, - покачала она головой.

- Может, ты им денег должна и так расплачивалась? – приподнял бровь Дмитрий, усмехнувшись.

- Нет, - снова качнула головой Кира.

- Ну а что тогда? – снова отошел он от постели. – Скажи, что они такие плохие, а ты не виновата!! Я же поверю! Как дурак поверю! – рыкнул он. – Ну же, Кира, давай, соври! Ты же можешь! Давай!

- Пожалуйста, послушай, - слезы все же потекли из её глаз. – Выслушай меня!

- Ну, слушаю! – пронзил Дима Киру взглядом.

- В школе я всегда была посмешищем, - начала Кира, упираясь лбом в колени. – Девчонки втихаря хихикали надо мной, а парни смотрели, как на пугало… У нас все время не было денег… Я ходила в старых шмотках, в том, что нам отдавали, редко в чем-то купленном мне специально… А дети, Дим, жестокие, - грустно усмехнувшись, покачала Кира головой. – Они просто видят тощую высокую девку, одетую в хрен знает что, и все… Им плевать на остальное, главное что этот «картофельный мешок» надет не на них… И в старших классах было то же самое… Травить меня не травили - боялись всегда, знали, что если чего, я накостылять могу, не хуже любого пацана, - печально улыбнулась Золотова. – Но и нормального у меня, такого, как у других, не было. Я даже на выпускном не была своем… - Она замолчала.

- Что-то я не улавливаю связи. - Молотов уселся в кресло.

- Мальчишки обходили меня стороной… Я же никогда не была красивой, Дим, - обвила она колени руками. – Никогда во мне не было женственности особой, грациозности… А в школьные годы… Хм, незнакомые меня иногда с парнем путали. Нескладная, манеры не те, грубая, разве что голос выдавал девчонку… А я девочка, Дим! Мне хотелось нравиться, понимаешь? – посмотрела она на Дмитрия.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ну, допустим, – вздохнул он.

- На выпускном я не была… Платье было для меня непозволительной роскошью, - всхлипнула Кира. – Да что там платье, какой-нибудь мало-мальски подходящий для этого дня наряд и то стоил слишком дорого… А все пошли встречать рассвет… Красивые, нарядные… Все ходили с ленточками, а я мыла дома полы… убирала, нянчилась с братьями, готовила… Понимаешь, Дим?! Вся моя жизнь была такой! Серой, без праздников и внимания! – взмахнула она руками. – Каждый день я только и слышала, что я должна помогать, должна заботиться о младших детях, а потом должна работать! В пятнадцать, Дим! – посмотрела она Молотову в глаза. – В пятнадцать, - добавила шепотом. – А я хотела, как все девчонки… Поцелуев хотела, свиданий… Первой любви…

- Ну, мне кажется, что последнее желание ты успешно воплотила в жизнь, - язвительно заметил Дмитрий. – Причем, как я понял, ничуть не позже, если не раньше своих одноклассниц, и твоя неприглядная одежда этому помехой не стала.

- Я тебе все врала, а ты и рад верить, - усмехнулась Кира, вновь прикрывая глаза. – Хотела опытней показаться, чем есть.

- То, что ты врала, меня уже не удивляет, - с сарказмом отметил Молотов. – Только я тебя снова не понимаю…

- Первый парень, с которым я встречалась, бросил меня, наговорив кучу гадостей, - тихо произнесла Кира. – Я тогда только в Москву приехала… На первом курсе училась. Доверилась ему, а он попользовался мной и выкинул, словно вещь ненужную, - всхлипнула Золотова. – Мне тогда восемнадцать было… И он, скотина, первым у меня стал. А потом ржал, что я целка, что трахаться не умею, что выгляжу как чмо последнее… Что никогда ничего не добьюсь и что лучше мне сразу свалить туда, откуда приехала, что Москва не для меня… А потом тебя встретила и побоялась, что тебе тоже такая не нужна. Так боялась потерять… Поэтому и сказала, что все у меня большой опыт. А у меня кроме того ублюдка не было никого никогда… Кому такая нужна была-то?!

- Бред какой-то, - покачал Дмитрий головой. – То есть сказать, что ты стелешься подо всех подряд с малолетства, было, по-твоему, лучше?

- Я не знаю! – воскликнула Кира, судорожно всхлипывая. – Я просто хотела быть с тобой, понимаешь?! А кому нужна провинциалка с кучей родственников, которым необходимо постоянно помогать деньгами!

- У тебя железная логика, Кира. Ты так боялась меня потерять, что отжигала с десятком-другим мужиков за моей спиной!

- Мне просто хотелось внимания, понимаешь?! – воскликнула Золотова.

- А я тебе его мало уделял? – зло прищурился Дима.

- Мне нравилось, что меня хотят! – не обращая внимания на его вопрос, продолжила Кира разговор, который ей давался с огромным трудом. – Мне нравилось, что они видят во мне желанную женщину, что мечтают о сексе со мной. Я их возбуждала, я наслаждалась этим, черт побери! – сжала она ладошки в кулаки. – Я была с тобой, а поверить в то, что ты мой я не могла. Ты был слишком красивым для меня, слишком богатым, слишком умным и заботливым. А я кто?! Я каждый день искала в себе хоть что-то, чем могла тебя привлечь, а найти не получалось. Я доказывала себе, понимаешь, не им, а себе, что я женщина! – с трудом выдавил Кира. – Я танцевала не для них! Это было нужно мне! Мне самой, понимаешь?!