Контракт на молчание (СИ) - Гейл Александра

Ох, как же не хотелось привлекать к себе внимание. Но, чувствуется, у мужчины талант. С одной попытки нашел едва ли не самую юную и неопытную сотрудницу «Айслекс». На лбу у меня, что ли, написано? Я поднимаю взгляд и встречаюсь глазами с ледяными серыми глазами мужчины.

— Валери, сэр.

По залу проносится одобрительный смешок. Потому что если он рассчитывал заполучить полное имя, то нужно было уточнить. За месяц работы в «Айслекс» меня научили четко отвечать на поставленные вопросы. Ха.

— Валери…

— Фамилия тоже довольно распространенная, сэр. И вы не могли бы убрать руку с моего стула?

Он делает то, что я сказала, но одним взглядом обещает мне неприятности. Что ж, я абсолютно уверена, что под меня накопать будет непросто. Служба безопасности компании уже пыталась. А уж тут… Ну, если у них не стоит камеры в кабинете Эперхарта, запечатлевшей поцелуй, все вообще чисто!

Наткнувшись взглядом на улыбающегося моей наглости босса, я отчего-то краснею и отпечатываю некоему Веласко:

— Благодарю, сэр.

После чего прилипаю спиной к стулу. Финли, не скрываясь, показывает мне поднятый вверх большой палец.

— Вы слышите? — вдруг настораживается Коннор, первым различивший странные звуки.

— Это вертолет, — предполагает его девушка. — Так вот почему мы стоим.

Стоим? Я даже не заметила! Через несколько секунд звук становится совсем отчетливым. Вертолет, видимо, зависает прямо над нами, посеяв волнение в толпе. После визита неприятных мужчин, которые то ли военные, то ли юристы военных — так сразу и не разберешь, — можно ожидать чего угодно. Однако проходит еще несколько минут, и в зал буквально врывается девушка. Невероятная, безупречная до кончиков светлых волос, которые никогда не знали сечения, и ногтей, от которых не отслаивается гель-лак. Ни на кого не обращая внимания, она подиумной походкой направляется к сцене, без колебаний на нее забирается и… повисает на шее у Эперхарта, с воплем: «Райан, дорогой, поздравляю!», после чего завершает все звонким поцелуем в щеку. В полном ауте не только зал, но и мужчины, ожидавшие произвести максимальное впечатление на этом вечере.

И… я так понимаю, мы видели уже все интересные части мероприятия. Можно расходиться.

По обескураженным смешкам соседей по столику я понимаю, что сказала это вслух.

Несмотря на спасение в лице Бриттани Лоуренс — той самой обещанной супермодели, как несложно догадаться, — вечер рассыпается на глазах. В первую очередь это касается не гостей, а организаторов. Боуи с Эннис, погрузив военных в вертолет Бриттани, теперь бегают по огромному лайнеру, силясь понять, когда и как проникли на него военные, а Эперхарт, принимая поздравления, напряженно зыркает по сторонам, будто ожидает, что из куста фикуса выпрыгнет еще один сюрприз. Я бы на его месте поставила на Сибил, которая уже забралась в гигантский торт и ждет своей фурор-очереди. До последнего ожидала, что этой мегере каким-то чудом удастся слинять из Гонконга раньше времени. Например, уцепившись зубами за полозья вертолета Бриттани… которая, к слову, спутница Эперхарта на этот вечер, на минуточку. Выглядит все это не очень. В смысле для Сибил. Бриттани, напротив, крайне органична в образе хозяйки. Но посочувствовать Сибил после прошлого брифинга никак не получается, тем более что и мои симпатии вовсе не на ее стороне.

Нам с Клинтом следует поздравить Эперхарта. Потому что все поздравляют. Уж тем более все менеджеры. От мысли, что сейчас я должна познакомить Клинта с боссом, мне самой хочется спрятаться в кустах или торте. И сидеть там, пока не причалим! Я бы так и поступила, но ведь от смешков не отобьюсь. Ребята начнут, а босс добавит. Он такой. Ведь не всерьез он мне советовал не показываться ему на глаза до понедельника?

Мысли мечутся в голове, отскакивая раз за разом от черепной коробки, набирая скорость и дезориентируя меня все больше. А вот ноги упрямо шагают вперед. И Клинт еще, который держит меня под руку и которому мои метания непонятны.

— А вот и Валери с довольно распространенной фамилией. — До Эперхарта мы дошли быстрее, чем ожидалось. — Неужто мисс Хадсон за сутки отрастила большие злые зубы?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сэр, — пытаюсь я его урезонить одним веским обращением и тяжелым взглядом.

— Я что-то пропустила? — тут же вклинивается, не скрывая любопытства, Бриттани.

— Веласко пытался насесть на мисс Хадсон, но она показала завидный характер, который я бы предпочел видеть в применении к подведомственным ей арабам. Но тут он тоже пришелся очень кстати.

— О! — восклицает девушка и мигом протягивает мне руку для пожатия, на которой раскачивается браслет стоимостью как несколько моих неустоек по контракту. — Бриттани Лоуренс, и коснитесь меня на удачу! Я когда впервые увидела этого человека, чуть не поседела от страха. Хочу заразиться от вас смелостью.

— Да? — Я, конечно же, пожимаю ее ладонь, не без труда подавляя порыв кивнуть на Эперхарта и доверительно сообщить, что оказалась в точно такой же ситуации с ним. После первого разговора с этим человеком я буквально еле устояла на ногах! Удивительно, но Бриттани располагает к откровенности. — Валери Хадсон. Это Клинт Дексворт, мой жених, «плюс один».

— Райан Эперхарт, — скупо кивает босс.

— Ммм, очень приятно, — с улыбкой протягивает Бриттани и вдруг стреляет глазами на мою руку, где красуется помолвочное кольцо. — Удачи вам с вашей боевой невестой.

Рука Клинта по-хозяйски обвивается вокруг моей талии, и я, конечно же, заливаюсь краской. Заче-ем? На официальном мероприятии подобная демонстрация совершенно излишня. Впрочем, собственнические жесты Клинта всегда были, это не новость. Но откуда-то ощущение, будто мы студенты, милующиеся под грозным взором преподавателя.

Во взгляде босса, устремленном на Клинта, я замечаю неприкрытое любопытство. И какие бы выводы он ни сделал, уверена, скоро со мной ими поделится, потому что они будут неприятными. Эперхарт вообще не склонен говорить о хорошем. Наверное, он пригласил Бриттани для того, чтобы закрыть эту нишу. У нее, кажется, с радушием как раз никаких проблем.

Ах да, нужно же поздравить.

— Мистер Эперхарт, — начинаю я чопорно и отчего-то чувствую себя какой-нибудь экономкой из романа Диккенса. — Мы поздравляем вас и «Айслекс» с юбилеем.

Надо что-то еще добавить, но всегда, когда дело доходит до поздравлений, моя, в сущности, неплохая фантазия сужается до горошины, подсказывая сплошь шаблонные фразы, которые даже произносить стыдно! И… я понятия не имею, как это изменить.

Так, ладно, поздравила. Теперь нужно что-то сделать. Что в таких случаях делают? Руку пожимают? Обнимают? Целуют в щеку, как Бриттани? Вот уж точно нет! Мои мучения Эперхарт, к счастью, разрешает сам, банально поднимая бокал. И почему я не догадалась? Мама, как ты могла не научить меня всем этим премудростям? Как?

Раздается мелодичный перезвон, но никто не делает глоток. Потому что если Эперхарт и Бриттани выпьют хоть по капле со всеми собравшимися, то никакие медики этих двоих уже не спасут. А мы… мы люди маленькие, повторяем за великими.

— Как вам остров, мистер Дексворт? — лениво тянет, к моему ужасу, босс. А я так надеялась сбежать!

— Прекрасен. Но было бы куда веселее, если бы Валери не приходилось замалчивать малейшие подробности по работе.

К моему удивлению, шпильку Эперхарт проглатывает легко и непринужденно. Даже объясняется:

— Вы сами видели, как на нас наседают. Увы, я бизнесмен, а не патриот, и в этом мы с господами военными расходимся во мнениях. Много лет они не оставляют надежду переубедить меня, но едва ли все сотрудники так тверды в своих принципах, как я сам. И, между прочим, молчать о должностях и ответственности нас вынуждает беспокойство о персонале. К слову, менеджеры под обстрелом в первую очередь, потому что знают большую часть наших контактов. Хуже будет, только если для показаний в суд вызовут непосредственно руководящий состав.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Менеджеры? Но разве Валери брали не на должность личного помощника? — удивляется Клинт.