Афера по букве закона (СИ) - Еленина Юлия

— Итак, — голосом властного босса сказал мой протеже, — можно кофе, пока я ознакомлюсь с материалами?

А не охренел ли он? Наверное, эта мысль отчетливо читалась на моем лице, потому что Леша тут же отреагировал:

— Я приготовлю.

Пока Ботаник перелистывал страницы, в квартире стояла почти гробовая тишина. Только звук кофемашины и шуршание бумаги. Наконец Леша поставил на столик три чашки и спросил:

— Ну что, Ваня, твой свежий взгляд успел заметить?

— Итак, есть версия ограбления, — начал Ботаник, — при этом у парня пропадает только телефон. И мне не кажется это случайностью. Как я мог заметить, при нашей встрече в офисе не только я записывал разговор. Момент второй: одно точное попадание. Константин Иванович точно все описал в отчете, и как я могу судить по статистике, обычные грабители такие точные удары не наносят. Там скорее хаос, возможно, даже несколько ударов. А это больше похоже на военную подготовку.

— Да, — согласился Леша, — я уже тоже об этом подумал.

— И даже мне не сказал? — возмутилась я.

— Ну, я не успел, — виновато развел он руками.

— Убью, — пообещала с улыбкой и снова посмотрела на Ботаника, наблюдавшего за нами с интересом.

— Мне можно продолжить? — спросил он.

— Валяй, Ванюша, — махнула я рукой.

— При этом, как я понял, мы имеем связь Романова с Верещагиным, хотя последний утверждает, что бармен подрабатывал у него в курьерской службе. Верещагин же в свою очередь нацелился на Гончарова, вот только загвоздка: это нечестная конкурентная борьба или что-то личное? А для последнего нет оснований. Знакомы они не были раньше, в силу разницы в возрасте девушек не делили. Тогда что? А тогда наш серый кардинал, который, возможно, — поднял палец вверх Ботаник, делая акцент на последнем слове, — стоит за Верещагиным, и есть связующее звено. Надо найти этого человека, если он существует. Но в то же время мы не знаем, есть ли связь между Романовым и этим серым кардиналом. Может, мы действительно не там ищем.

— И есть еще девушка, пропавшая почти тридцать лет назад, — напомнила я. — Леша, ничего не хочешь сказать по этому поводу?

— Да я сам толком ничего не знаю, — тут же ответил он.

— Тогда расскажи, что знаешь, — лукаво улыбнулась я и, наклонившись к его уху, тут же рассказала, что ему за это будет. Причем рассказала очень красочно.

Сработало! Не стоит мужика отлучать от тела, надо, наоборот, дать ему то, что заинтересует. А я заинтересовала.

— Ладно, — согласился Леша, — что знаю, то и расскажу.

Леша почесал бровь и наконец-то начал говорить:

— Я мало что знаю о девушке, пропавшей тогда. Причем узнал я от него, — кивнул на Ботаника.

— От меня? — удивился мой протеже.

— Ты как-то вскользь обронил, что к тебе приходил странный парень со странной просьбой. Не знаю почему, но я заинтересовался тогда этой историей. И нет, тогда ни Верещагина, ни Гончарова никто не разрабатывал, — поднял Леша руки, заметив мой свирепый взгляд. — А потом, видимо, судьба так распорядилась, что все оказалось связано.

— Судьба?! — заорала я. — Я тебе сейчас покажу судьбу!

— Остановись, Ивонна, не выпускай когти, — отшатнулся мой благоверный. — Если ты вырвешь мне язык или яйца, то в ближайшее время я не смогу говорить.

— Продолжай, — прищурившись, благосклонно кивнула я.

— Примерно в те годы пропало десять девушек в возрасте от восемнадцати до тридцати лет, и это только в городе, область я не шерстил. Твой отец, — предупредил Леша мой вопрос, — жил тогда здесь. Мы-то еще под стол пешком ходили, а он мог что-то слышать или знать. Вот поэтому я и встретился с ним, когда он только прилетел. Да, в четыре утра, но это не противозаконно.

— Я так понимаю, — снова встрял Ботаник, — что у тебя были фото всех этих девушек. Ты хотел узнать, не знакомы ли они Зигмунду Давидовичу? Но ведь тогда еще не были связаны все дела.

— Чуйка, Ваня, чуйка. Поработай ты в следственном комитете с мое, и не так бы думать стал.

Все-таки зря я списывала Лешу со счетов и записывала его в стриптизеры и экстрасенсы. Ментовская чуйка его редко подводила.

— Подожди, — остыла я, — ты хочешь сказать, что заинтересовался пропавшей девушкой, потому что сработала твоя чуйка? А потом просто связал ее с Романовым?

— Ну да, обычное стечение обстоятельств.

— И что тебе сказал отец? — поднявшись с дивана, я начала мерить шагами комнату.

— Он сказал, что ничего не помнит, — пожал Леша плечами.

— Да гонит он!

— Я по выражению его лица понял примерно то же самое.

— Он никогда ничего не забывает. Назвать ему имя человека, которого защищал двадцать лет назад, вспомнит все детали дела. Вплоть до даты рождения всех свидетелей и их места жительства.

— И что сейчас говорит твоя чуйка? — недоверчиво спросил Ботаник.

— Иногда случайности неслучайны, — изрек Леша.

— Какая глубокая философская мысль, — кивнула я, но на мой сарказм только получила два неодобрительных взгляда. — Да ладно, не надо так смотреть, — вернулась на диван. — Так что там со случайностями?

— Смотрите, — Леша откинулся на спинку. — Романов приходит к тебе, Ивонна, но попадает к Ване и упоминает некую пропавшую тридцать лет назад девушку. Ваня вскользь говорит мне о странном клиенте, и почему-то меня заинтересовывает этот случай. Я все пытался добраться до архивов, но добрался незадолго до гибели Романова. И я ведь не знал сразу, что это тот самый парень, который к вам приходил. Ты еще не кололась и фыркала, — повернулся ко мне, — а ведь мы могли договориться.

— Договоришься с тобой, — буркнула я и попыталась передразнить Лешу: — Ивонна, не лезь туда, Ивонна, не лезь сюда. Ивонна, я тебя в подвале на цепь посажу.

— Извините, вы отвлекаетесь, — снова вклинился Ботаник со своей миротворческой миссией.

— В общем, оставим прелюдию, — подытожил Леша. — Наш любимый папуля ничего не сказал, но я понял, что кого-то он узнал на этих фото.

Поднявшись, я начала мерить шагами комнату, думая. И в один момент остановилась, открыв рот.

— И какая бредовая идея посетила твою голову? — почти в один голос заявили Ботаник с Лешей.

— Нам нужно покопаться в прошлом Гончарова, — уверенно сказала я.

— А он тут при чем? — не понял мой протеже.

— Ты что-то связала с тем визитом Михаила Юрьевича, когда собиралась меня в шкаф отправить, — кивнул Леша.

— Да, Гончаров тогда был странным и как будто хотел чем-то поделиться, но в последний момент передумал. Причем это было что-то из прошлого. Я пока не представляю сама, как и что, но у меня тоже есть чуйка. Романов пришел ко мне из-за пропавшей девушки, сам Романов как-то связан с Верещагиным, а мой новый друг Станислав Ильич гадит Гончарову.

Пока все бессвязно и много белых пятен, так что история полностью не вырисовывается. Я даже не знаю, одна там история или две. Ну хотя бы труп в багажнике точно не имеет к Романову отношения. Отделили мух от котлет, так сказать, но все равно еще много вопросов.

И первый, самый, пожалуй, главный: чем Гончаров так насолил Верещагину?

Хотя скорее не ему самому, а тому серому кардиналу, который стоит за спиной Станислава Ильича. Или у меня снова фантазия разыгралась.

Еще вопрос: какое отношение Верещагин имеет к пропавшей девушке, если он тогда был подростком и даже не жил здесь?

— Ивонна, у тебя сейчас голова лопнет, — серьезно заметил Леша. — Надо больше фактов. Факты, факты… Их вечно не хватает.

— Может, милейшая Ольга Сергеевна сможет пролить свет хоть на что-нибудь? — предположила я, вспомнив, что хоть один человек в офисе Верещагина не смотрит боссу в рот.

Звонить пока не буду — лучше поздно вечером. Мало ли, до какого времени в офисе работники сидят. О сверхурочных я знаю не понаслышке.

— Есть одна загвоздка, — голос разума нашей компании покачал головой. — Ты представляешь, что с нами сделает Гончаров, если узнает, что мы копаемся в его грязном белье?

Вот черт! Об этом я как-то не подумала. Но можно же попытаться как-то незаметно, только по бумагам, не подключая людей, которые могут донести. Например, подключить того же Эда. Хотя, думаю, если и были в биографии Михаила Юрьевича порочащие его факты, то он их быстро подтер, как только стал известным и обеспеченным человеком.