Беверли Бранд - Реванш

Саванна отвернулась от них, почувствовав, что с ее ногами опять что-то происходит. Теперь ее лизали обе собаки, их языки скользили по ступням и лодыжкам.

Неожиданно Саванна решила, что с нее хватит. Голод, пот, текущий по спине и ниже, собаки, обращающиеся с ней как с собственным леденцом, унижающий достоинство костюм. Довольно! Если она сделала недостаточно, чтобы получить должность помощника по рекламе, то тогда просто возьмет и отправится на собеседование в обувной бутик и будет счастлива.

– Не понимаю, тут меня даже не спросили о моих сильных и слабых сторонах, как делают в нормальных фирмах, – проворчала она, вставая.

Сделав шаг вперед, она положила руку на голову и на секунду закрыла глаза, поскольку ее опять охватила слабость. И не увидела, что ее ноги запутались в поводках грейхаундов. Саванна почувствовала, будто ее тянут вперед, и захлопала плавниками, пытаясь восстановить равновесие, а затем пронзительно завизжала, поскольку собаки побежали навстречу приближающейся тележке с мороженым, которую толкал по тротуару пожилой человек.

Ошеломленный видом женщины в костюме рыбы, мчащейся прямо на него, мороженщик попытался остановить тележку. Но она была очень тяжелой, а руки у него скользкие, и в результате тележка вырвалась и понеслась под уклон. В этот момент Саванна шлепнулась на асфальт. Она слышала, как мороженщик зовет на помощь, и пыталась откатиться в сторону, но безнадежно запуталась в поводках. Краем глаза она видела набирающую скорость тележку и не могла поверить, что ей придется предстать перед Создателем облизанной собаками и в костюме рыбы. Ее новая, гламурная жизнь заканчивалась, так и не успев начаться.

А затем все потемнело. Но не потому, что, как ожидала Саванна, ее переехала тележка с мороженым, а потому, что на ней оказался мужчина, его руки крепко схватили ее и они вместе покатились в сторону за секунду до того, как по тротуару прогрохотала тележка.

Саванна лежала тихо и не шевелилась, ее лицо утыкалось в грудь мужчины. Она слышала какое-то звяканье, будто ударялись один о другой осколки стекла, ему вторил визг собак, но все это долетало до ее ушей словно через слой ваты. Она глубоко вдыхала запах своего спасителя – смесь дорогого одеколона, мыла и солнечного сияния. Ей казалось, именно так пахнет на небесах.

И только когда мужчина немного привстал, Саванна узнала его, и ее кольнуло разочарование.

Великолепно! Ее принцу в сияющей броне больше подошел бы другой принц, а не принцесса.

– С вами все в порядке? – Майк казался искренне озабоченным ее состоянием.

Саванна почувствовала, как что-то теплое стекает в ее костюм по шее. Она подняла взгляд и увидела большую белую миску, расколотую надвое, – она лежала рядом с ее левым ухом. Неподалеку тек ручеек крабового супа. На земле также валялась другая еда и посуда, и Саванна поняла, что они, должно быть, налетели на поднос с едой, когда Майк покатил ее в сторону от тележки.

Она смотрела в почти безоблачное небо над головой своего спасителя и чувствовала себя даже более несчастной, чем когда ее арестовали в Мэпл-Рэпидз. Она даже самого простого собеседования не может пройти так, чтобы оно не превратилось в стихийное бедствие.

Тодд был прав: из-за нее не стоит преодолевать неприятности.

Майк скатился с Саванны, сел и помог сесть ей. Она захлюпала носом, а он по-прежнему смотрел на нее, будто боялся, что она расшибла голову, когда упала.

– С вами все в порядке? – спросил он еще раз. Саванна кивнула ему и одарила слабой улыбкой.

– У меня все замечательно, – уныло заверила она его.

– Наверное, мне не надо было шутить с официантом по поводу того, что у меня в супе треска? – поддразнил ее Майк.

Кусок краба плюхнулся с ее волос на колени. Она смотрела не отрываясь на маленький белый шарик на своем зелено-синем костюме и вздыхала.

– Я морской окунь, – поправила она его, а затем неуклюже поднялась на ноги. Саванна протянула Майку плавник, и тот тоже встал, отряхивая сзади джинсы. – Спасибо вам за то… что спасли меня, – смущенно сказала она, махая рукой мороженщику.

– Это я у вас в долгу. – Майк улыбнулся так, что и без того ослабевшие колени Саванны подогнулись.

Надо убираться от него подальше, прежде чем она наделает еще больших глупостей. Хотя скорее всего женщины его не интересуют. Кивнув на прощание, Саванна повернулась и пошла мимо перевернутых столов, все время думая: а что, если бы за одним из них сидела Вана со своими гламурными друзьями, ела дорогой ленч и громко смеялась над представлением, устроенным Саванной?

Нас всех не раз спрашивали об этом – на собеседовании при приеме на работу, или же такой вопрос задавала приятельница во время игры в двадцать вопросов. Разумеется, мы знаем, как обратить ваш ответ вам на пользу. Но давайте поговорим в открытую. Какой ваш самый большой недостаток?

A. Я обливаюсь слезами, когда смотрю мелодрамы.

Б. Не могу отказаться от шоколада и пончиков «Криспи крим».

B. Недостаток? Откуда у меня недостатки? Ведь я само совершенство.

Новости для девушек, выбравших ответ «А»: все плачут во время демонстрации мелодрам. Так-то вот. Те, что остановились на пункте «Б», должны усвоить: поедание продуктов, от которых полнеют, не есть недостаток – это право, данное нам Богом. Но правильный ответ – «В». Вы знаете, что вы совершенны, оставаясь именно такой, какая есть.

Глава 9

Ну и как вам понравился ленч в «Жирном коте»? – с самым невинным видом спросила Лиллиан Брайсон своего младшего сына Майка, который сидел напротив нее, удобно вытянув ноги на ковре. Майк имел более классические черты лица и фигуру, чем Сэм. Лиллиан, разумеется, одинаково любила обоих сыновей, но Майк был ближе ей, в основном потому, что последние двадцать лет Сэм провел в подразделении «морских котиков» на Западном побережье и часто исчезал по долгу службы, а потом ничего об этом не рассказывал. Сэм пробыл в армии уже четыре года к тому времени, когда его отец скоропостижно умер от инфаркта в возрасте сорока пяти лет. Его тело обнаружил шестнадцатилетний Майк, спустившийся вниз, чтобы взять с собой в школу несколько больших печений с начинкой, – отец неподвижно сидел в кухне, опустив голову на стол.

Лиллиан боялась, что Майк слишком быстро повзрослеет – не из-за выпавшей на него роли кормильца семьи, а из-за того, что ей не удалось скрыть всю силу охватившего ее горя от смерти мужа и друга. Насколько сильно ее печаль сказывается на младшем сыне, выяснилось слишком поздно. Но далеко не все перемены были к худшему. Из успевающего студента, интересующегося в основном игрой в теннис и общением с друзьями, Майк превратился в серьезного молодого человека и намеревался сам зарабатывать на жизнь, чтобы не стать обузой для матери. Она не знала, почему он поступил в Университет южной Флориды в Сент-Питерсберге – ему действительно нравилось это место или он хотел быть поближе к ней? Лиллиан была так погружена в свое горе, так радовалась, что Майк раз в два месяца навещал ее. Оглядываясь назад, она понимала, что не смогла бы пережить те тяжелые времена без поддержки сына.