Кэтрин Эллиот - Женатый мужчина

– Здравствуйте. – Я улыбнулась им обеим.

– Привет, – проговорила Мимси. – Пришли поработать вместе с нами?

– Ну, я не уверена, что сумею сделать что-то подобное, – произнесла я, восторженно разглядывая действительно красивую и сложную композицию из лилий, белых роз и зелени, со вкусом собранных в букет и перевязанных длинной лентой из пальмового волокна.

– Не волнуйтесь, – бросила Мимси. – Нам любая помощь нужна, и все равно, что вы будете делать. Даже хорошо, когда каждую неделю разные композиции, не так ли, Лавиния?

– Конечно, – поддакнула моя золовка.

– Полевые цветы в окружении камыша? – предложила я.

– Великолепно, – просияла Мимси. – Хотя должна вас предупредить, полевые цветы в течение недели могут завянуть, так что придется каждый день приезжать сюда и делать новую композицию.

– Ах так, – поспешно спохватилась я. – Ну, в таком случае…

– Лучше нарвите более долговечных цветов у Роуз в саду. Книпхофии простоят целый месяц. Я как-то разукрасила ими всю церковь, но потом викарий довольно смущенно намекнул, что ему кажется, они слишком «нескромные». Мне так и хотелось ответить: «Ага, они слишком похожи на возбужденные члены!» Только представьте! Несчастные старушки упали бы в обморок во время службы. Но если честно, годятся любые цветы. Только не позволяй Лавинии навалить на тебя слишком много работы, – пробормотала Мимси, когда Лавиния с криком «побольше гипсофилы!» побежала к двери. – Ей только дай волю, она из тебя все соки выжмет.

– О, я в курсе, – прошептала я в ответ и подумала: «Какая же милая эта Мимси». Она и на вид была лапочкой: широко посаженные честные серые глаза, непослушная светлая челка и широкая белозубая улыбка. И как ее-то сюда занесло?

– Раз в месяц будешь приходить, и Лавиния будет довольна, – уголком рта прошептала она. – Обещаю, если хорошо подготовиться, это займет не более десяти минут, но ни в коем случае, если ты хоть каплю соображаешь, не записывайся помогать в воскресной школе или участвовать в выпуске приходского журнала, как сделала я. Мы скажем: «Спасибо, нет» – как учит Общество по борьбе с наркозависимостью.

– Господи, бедняжка, и как ты теперь выкрутишься?

Она поморщилась:

– Я уже завязла слишком глубоко. И знаешь, мне это по душе. Правда, времени уходит куча.

– Могу представить.

– Может, еще папоротник? – пропела Лавиния от двери.

– Кажется, Лавиния, я уже закончила, – Мимси заговорила громче. – Как думаешь? – Она развернула вазу, чтобы показать Лавинии букет. – Можно я теперь пойду домой?

– Замечательно. – Лавиния подбежала к Мимси, льстиво хлопая в ладоши. – Просто идеально. Поняла, как надо делать, Люси? – выдохнула она. – Две большие композиции по обе стороны алтаря, несколько маленьких изящных на скамьях, и потом, если останется время, – она выпятила грудь, – еще большой, парадный букет у входа. Чтобы поприветствовать прихожан. Я запишу тебя на воскресенье через две недели, хорошо?

– Да, – трусливо пробормотала я, – только вот сейчас мне надо бежать, мальчики уже спеклись в машине, сама понимаешь. Рада была с тобой познакомиться, – сказала я, поворачиваясь к Мимси. – Может, как-нибудь увидимся, – с надеждой добавила я, почувствовав в ней родственную душу.

– Конечно, увидимся. В субботу у вас дома.

– Что?

– Разве мамочка тебе не говорила? – Лавиния нахмурилась и повернулась ко мне.

– Говорила что?

– Она устраивает большую вечеринку в твою честь, настоящий пир! Чтобы поприветствовать тебя в нашей деревне, познакомить с местными и так далее.

– В мою честь?

– Ну да, чтобы ты тут со всеми познакомилась. Полграфства придет! Будет так весело.

– Но у меня планы на выходные. Ко мне приедет подруга Тереза и ее маленький сын…

– Ну и здорово, – промурлыкала Лавиния. – Чем больше народу, тем лучше. Правда, Люси, приглашай и свою подругу. Поговори на всякий случай с мамой, но я уверена, все уладится. Она будет не против.

Глава 9

Неприятности начались уже на следующее утро: Роуз позвонила прежде, чем я успела подготовиться морально.

– Так. Как я понимаю, на выходные ты приглашаешь подругу?

– М-м-м, да. – Я положила книгу и выскочила из кровати, торопливо хватая халат. – Послушайте, Роуз, я как раз хотела вам позвонить и предупредить, чтобы на выходные вы на нас не рассчитывали. Но Лавиния сказала, что вы устраиваете вечеринку, так что…

– Ерунда, – прервала меня она. – Эта вечеринка для тебя, дорогая, чтобы ты познакомилась с нашими соседями. Поэтому, разумеется, вы тоже приглашены. И твоя подруга должна прийти. Как ее зовут?

– Тереза. Тереза Карлуччо. И ее маленький сын, Пьетро.

– Иностранцы?

– Да, итальянцы. Но Роуз, послушайте…

– Хм-м… Арчи лучше не говорить. Хотя он недолюбливает мужчин-итальянцев. Странно, но итальянки, которые носят самые обтягивающие юбки в мире и красятся как будто при помощи шланга высокого давления, его вовсе не раздражают. И надолго она приедет, твоя подруга-итальянка?

– Всего на одну ночь.

– О, всего на ночь? Конечно, конечно, это не проблема. Тогда мы ждем вас в семь вечера, хорошо? И кстати, тут будет вовсе не полграфства, как сказала Лавиния. Скромная коктейльная вечеринка в розовом саду человек на пятьдесят. Ну ладно, пока.

«Значит, это не проблема, – подумала я, опуская трубку. – Еще бы, какие проблемы: ведь Тереза приезжает в МОЙ дом, черт возьми! И я могу приглашать, кого мне вздумается!»

Я сидела, сгорбившись, на краю кровати и пялилась на телефон. Ноздри горели от раздражения. И тут телефон снова зазвонил, перепугав меня до смерти.

– Алло! – рявкнула я, схватив трубку и надеясь, что это Роуз, и я ее испугаю.

– Чего это ты такая сердитая? Я думала, что в сельской тиши расслабляешься, а не злишься!

– Ой, Джесс, извини. Привет. – Я схватилась за лоб.

– Что тревожит тебя так рано, таким прекрасным утром? Только не говори, что эта старая карга, твоя свекровь, – злорадно проговорила она.

– О нет, нет. Она… с ней все в порядке. А у тебя как дела, Джесс?

– Хорошо, что спросила, дорогая моя. А то совсем затихла. Я уже хотела посылать почтового голубя. Ты разве не получила сообщение по мобильному?

– О господи, да, конечно, извини. Да, Джесс, получила. – Господи, она, кажется, обиделась. – И я хотела тебе позвонить, правда, просто у меня не было ни минутки свободной!

– А-а. Надо же, как быстро все забывается.

– Отстань, всего три дня прошло! И дел у меня здесь выше крыши.

– Что, по колени в клевере или коровьих лепешках?

– В клевере, в клевере. Здесь просто чудесно, – с энтузиазмом выдавила я. – Такая красота, куча полей и цветов и… И дом – это что-то невероятное. – Я слегка приосанилась и расправила халат. В глубине души я понимала, что не позвонила Джесс прежде всего потому, что хотела подождать, пока смогу сказать: «Эй, ты только посмотри на меня! Посмотри, какой у меня новый дом, работа, мужчина!» Последние два пункта были дикой мечтой, конечно, но смысл в том, что мне хотелось быть на высоте.