Мира Хьюстон - Сладкоежка

Жорж крутанул ее стул.

— Слишком поздно, прелесть моя.

— Ой! Я чувствую ветерок на затылке, — с ужасом прошептала Роза.

— А ты не чувствуешь, что твоей шее стало легче?

Роза поискала глазами отражение Франчески в зеркале.

— Пожалуй, ты права. Я давно должна была это сделать.

Жорж прищурившись посмотрел на молодую женщина.

— Ты будешь следующей.

Франческа покачала головой.

— Я уже проходила через такое. Короткая стрижка и окрашивание лет десять назад.

— Теперь можно снова попробовать.

Чик-чик.

Роза еще раз ойкнула.

— Осторожно с ушами, а?

— Я еще ни разу не пускал кровь, — самоуверенно заявил Жорж. Он перебирал пальцами то, что осталось на голове Розы, щелкая ножницами то здесь, то там. Потом остановился, посмотрел на себя в зеркало, усмехнувшись. — Я могу только жалить языком.

— Точно, — кивнул его коллега, работающий рядом.

Франческа встрепенулась.

— Пожалуйста, не рассказывайте никому про мое приключение, будьте добры.

— Все, что угодно, для подруги Аделины, — кивнул Жорж.

Она не верила ему ни минуты.

Роза пошла сушиться, а Франческа направилась в зал ожидания. Она наблюдала, как Жорж послал воздушный поцелуй платиновой блондинке с прямыми безжизненными волосами в короткой юбке и обтягивающей кофточке. Скука. Потом полистала журналы, в одном из которых нашла снимок Аделины на благотворительном приеме.

Через полчаса к ней присоединилась Роза. Она подошла и покрутила головой.

— Ух ты! Здорово! Жорж действительно маг и волшебник.

— И у меня длинная шея. Кто бы мог подумать! — Роза взяла Франческу под руку и добавила, понизив голос: — Но, как известно, красота требует жертв. Его услуги страшно дороги.

— Но они того стоят.

Сестры вышли через стеклянные двери на улицу. Небо было голубое, воздух чист и прозрачен. Проходящая мимо них модно одетая женщина бросила одобрительный взгляд на прическу Розы.

Та посмотрела на свое отражение в стекле. Стрижка визуально изменила форму ее лица и шеи. Она выглядела элегантно как никогда.

— Да, Жорж Тома того стоил.

— Жорж Тома, — повторила Франческа со смешком. — А ты знаешь, что он приехал с Сицилии, а не из Франции, как говорит? Аделина знала его как Бобби Кармана, когда они вместе начинали в модельном бизнесе. Она рассказывала, что однажды он так плохо покрасил ей волосы, что пришлось подстричься. Но потом одна актриса скопировала ее стрижку — и родилась сенсация. Жорж и Аделина до сих пор сожалеют, что им ничего не перепало за идею.

— Я не сенсация, но стрижка действительно мне идет. Раз уж я сама это говорю — значит, так и есть, — заявила Роза.

— Ты выглядишь превосходно.

— Как раз к открытию моей пиццерии. — Она взглянула на Франческу. — Ты придешь?

— Конечно.

— С Джо?

— Ммм…

— Ты должна. Он принял приглашение и не похож на человека, который обманывает.

— Что ты скажешь на то, что мы не можем не тянуть руки друг к другу?

Роза усмехнулась, когда налетевший ветерок взъерошил ее короткие волосы.

— Возможно, тогда я получу кольцо… но ты получишь Джо. В любом случае проигравших не будет.

Франческа рассмеялась, внезапно почувствовав облегчение. Она могла выиграть, проиграв!

— Что ж, похоже, я готова потворствовать ему в его… желаниях.

Она подумала, что Роза начнет читать лекцию по поводу договора, пристойности и тому подобных вещей. Но вместо этого сестра просто любяще кивнула своей коротко стриженной головой и как школьница запрыгала вниз по ступенькам лестницы в конце тротуара.

8

— Не могу избавиться от ощущения, что ты сердишься на меня, — сказала Франческа, со своего любимого стула наблюдая за работающим Джо.

Он посмотрел на нее. Молодая женщина выглядела очень элегантно в строгом голубом платье и с белыми жемчужными серьгами в ушах.

— Я права или нет?

— Ничуть.

Она откинулась на спинку стула, положив ногу на ногу так, что стали видны гладкие бедра, тронутые легким загаром. Утром в ее огромное окно заглядывало солнце, и Франческа не преминула воспользоваться возможностью позагорать.

На несколько секунд шум в кухне стих. Франческа встала, одернув юбку. Общий вздох разочарования пронесся в воздухе перед тем, как повара снова занялись работой.

Джо снял с плиты кастрюлю с сиропом за две секунды до того, как тот успел подгореть. Он научился быть предусмотрительным в присутствии этой женщины.

— Тогда почему ты не разговариваешь со мной как прежде?

— Разве мы разговаривали? — удивился Джо.

Ну да, разговаривали. Он рассказал ей больше, чем какой-либо другой женщине. Почти излил перед ней душу и теперь сомневался, правильно ли поступил. Франческа знала, что с ним творится, но продолжала показывать, что не собирается никому принадлежать. Не требовалось быть семи пядей во лбу, чтобы понять: ему не пережить исчезновения еще одной дорогой его сердцу женщины из его жизни.

Хотя пока Франческа оставалась лишь другом. И она ему нравилась. За исключением моментов, когда он смотрел на нее. Тогда он только хотел ее. Короткое голубое платье могло свести с ума любого.

— Я работаю, — сказал Джо. — Перестань отвлекать меня. — Он добавил в сироп эссенции или нет?

— Но нам нужно обсудить десерт для благотворительного обеда. Я связалась с Феличе и ее секретарем. Они хотят чего-нибудь особенного.

— Как насчет парфе?

— Я не знаю, что это такое.

— Взбитые сливки и яично-молочная смесь, ванилин и кофе, какао и фисташки, фруктово-ягодное пюре. Вариантов масса.

— Очень изыскано, а что еще? Шоколад…

— Опять шоколад? Он тебе еще не надоел?

Краем глаза Джо заметил ее смущение. Происшествие в кухне стояло между ними как мигающий красным светофор. Кто всегда нажимал на тормоза?

— Это же не для меня лично, — сказал этот «кто».

— Конечно, это для сотни людей, занимающих солидное положение в обществе, которые не злоупотребляют едой, и шоколадом в частности. Может, напитки с шоколадом?

— Интересная идея. Возьму на заметку, — быстро ответила Франческа. — А что, если подать наш фирменный десерт? И еще что-то специально для центрального стола, что бросалось бы в глаза. Так хочет Феличе. Могу я положиться на тебя в этом вопросе?

Джо чуть было не ответил: «Это моя работа», — но сдержался, решив ее помучить.

— Можно поэкспериментировать.

Франческа колебалась.

— Ну… хорошо.

— Аделина не разрешала мне это делать из-за инцидента в одном ресторане, где я раньше работал.