Фиктивные бывшие. Верну жену - Ария Гесс
Я смотрю на часы, которые показывают восемь вечера. Официальная часть конференции давно закончена, гости расслаблены, и мое постоянное присутствие уже не требуется.
— Мам, если хотите, можете потихоньку подходить к «Панораме». Я думаю, минут через десять я уже освобожусь.
— Правда? Лева будет счастлив! Жди нас!
Я кладу трубку, представляя, как крепко обниму своего четырехлетнего сыночка. Мой маленький мужчина, мой смысл жизни. С улыбкой на губах я поворачиваюсь обратно к залу, чтобы отпроситься у Игоря, и… застываю.
Нет, нет, нет!
Он… нашел меня.
Шум зала превращается в глухой гул в ушах. Кровь приливает к лицу, а в горле встает ледяной ком, который дерет, не желая проглатываться.
Мне становится трудно дышать, ведь в нескольких метрах от меня, у стойки с закусками, стоит он…
Мужчина, словно бумеранг вернувшийся в мою жизнь неделю назад вместе с той болью, тем разбитым состоянием, что оставил! Тот, кого я вычеркнула из своей жизни пять лет назад, но он упрямо это игнорирует. Тот, чье имя я запретила себе произносить даже мысленно…
Марк Яров.
Все те же жесткие, но от этого не менее красивые черты лица, наглая ухмылка, волчий оскал. Дорогая черная рубашка идеально сидит на его атлетичной фигуре. И эти глаза… Темные, почти черные, пронзительные. Мой личный сорт кошмара. Человек, разрушивший мой мир. Что он здесь делает? Он решил окончательно меня добить? Паника начинает затапливать сознание вместе с медленно распространяющейся дрожью по всему телу. Вектор внимания, сфокусированный на его лице, резко меняет направление, когда я слышу за спиной тихий баритон.
— Лика, что с тобой? Ты бледная, — обеспокоенный голос Игоря возвращает меня в реальность.
— Мне… мне нужно уйти, — шепчу я, не отрывая взгляда от Марка, который улавливает мой взгляд и удерживает, не давая отвести глаз, приправляя все ехидной полуулыбкой и нагло приподнимая бокал в мою сторону. Его присутствие действует повсеместно. Душит напором, но в то же время заставляет вспоминать… — Вечер проходит прекрасно, — говорю на автомате, и только после этого отвожу взгляд от бывшего, — организация завершена. Мое присутствие больше не обязательно.
Я делаю шаг, чтобы скрыться, сбежать в какое-нибудь безопасное место, где не будет его глаз на коже, его мнимых рук на теле, воздуха, которым мы дышим вместе, но стоит мне только повернуться, сильная рука ложится мне на талию, удерживая на месте.
— Постой, Анжелика. Что случилось?
Игорь притягивает меня ближе, и я смущенно хлопаю глазами. Такой жест директора не остается без внимания. Сердце с бешенством тарабанит о ребра, когда я медленно поворачиваю голову и сразу же цепляю его пронзительный, хищный взгляд. Марк показательно смотрит на руку Игоря на моей талии, и его челюсти сжимаются так, что на скулах играют желваки. А потом он делает шаг в нашу сторону, и я начинаю биться, как птица в клетке, только бы избавиться от этих навязанных объятий, но босс лишь крепче сжимает пальцы, принимая безмолвный вызов. Только потом я вижу, что он тоже смотрит прямо на Марка.
— Кто это? — тихо спрашивает Игорь, не отводя взгляда и все также прижимая меня к себе.
Каждый шаг Марка отдается гулким ударом в моем сердце. Я не могу ответить. Слова застревают в горле, а на лице, уверена, возникает выражение полной капитуляции.
— Игорь Владимирович, пожалу…
— Лика, я просто спросил, кто это, тебе не нужно бояться, отвечая на такой простой вопрос. Я помогу.
— Бывший муж Лики, — громыхает внезапно резко, и я тут же силой отталкиваю от себя Игоря.
Бывший муж… Он говорит это так спокойно, словно эти слова не вызывают никаких вопросов. Словно мы обычные бывшие муж и жена, и не он тот человек, кто предал меня, и от которого я так хотела сбежать.
И у меня… не получилось.
Марк стоит возле нас, поражая уровнем своей ауры недоброжелательности. Он даже не пытается скрыть свое пренебрежение и с открытым вызовом протягивает руку Игорю, теперь уже полностью игнорируя меня.
— Марк Яров.
Игорь на секунду замирает, а потом возвращает своему лицу строгости и с силой пожимает протянутую руку. Эта та маска, которую видят в нем все сотрудники компании… и никогда не вижу я…
— Игорь Вяземский.
Между ними словно разряд электрический пробегает. Напряжение такое, что можно резать ножом. Я больше не могу этого вынести. Развернувшись, я нагло пользуюсь случаем и выбегаю из зала на улицу, чтобы глотнуть свежего, прохладного воздуха, по пути вызывая такси.
Жадно вдохнув, пытаюсь успокоить бешено колотящееся сердце. Да за что? Какого черта он решил, что может появляться передо мной спустя столько времени и после того, что мы пережили?!
Тело словно помоями облили. Дико хочется помыться, счесать с себя кожу, на которую падал его взгляд. Нехороший взгляд, к тому же.
— Мама! Мамочка!
Вздрагиваю и резко оборачиваюсь. Нервное состояние затормаживает, не дает вовремя обрадоваться самому родному на свете голосу, но сделав глубокий рваный вдох, я прихожу в себя и показываю своему сыночку ту улыбку, которую он всегда видит от мамы. Боль подождет, она уходит на второй план, стоит мне увидеть этого маленького человечка, в котором концентрируется весь мой мир.
Мама идёт возле Левы, который увидев меня, тут же ее отпускает и бежит ко мне со всех ног, раскинув ручки. Опустившись на колени, ловлю его в объятия и прижимаю к себе изо всех сил. Целую в макушку, вдыхая запах волос, пахнущих детским шампунем и… счастьем. Которое оказывается на грани краха после всего одного слова, сказанного хриплым низким, явно недружелюбным голосом.
— Мама?
Я дергаюсь так, словно меня ударили. Прижав к себе сына, поднимаю его на руки и делаю несколько шагов назад, лихорадочно смотря на Марка. Он стоит в дверях ресторана с таким выражением лица… Я никогда не видела его таким. Полное, абсолютное ошеломление, направленное то на меня, то на моего сына.
— Мама? — повторяет он, теперь уже хмурясь.
Я сжимаю Леву в объятиях, пытаясь спрятать, закрыть собой, не дать ему рассмотреть, а он словно мысли мои читает…
— Я уже успел рассмотреть его, Лика, — гневно цедит он, делая шаг к нам. — А теперь скажи мне только одно, — хищно щурится, давя энергетикой. — Он мой?
— С чего ты взял? — ядовито шепчу я, и в моем голосе слышится отчаянный страх.
Марк подходит еще ближе, и
