Сводные: игра в ненависть (СИ) - Мармеладова Соня

В кармане завибрировал смартфон. Выудив его, я на чистом автопилоте ответил на входящий. Даже не посмотрел, кто звонит.

— Демьян, забери меня отсюда!

Сердце пропустило пару ударов, а потом глухо ударилось о рёбра, принявшись выписывать мёртвые петли в грудной клетке.

Куда опять вляпалась эта невыносимая девчонка?!

— Где ты? — холодно спросил, выходя из тачки и поставив её на сигнализацию.

— Не знаю… — сдавленно прошептала Уля. — Тут темно… кажется, это подсобка. Мадина втолкнула меня и заперла.

Долбаный Ад! Лично придушу эту рыжую официантку. Если мне не изменяет память, то ёжик не выносит замкнутых пространств.

— Не дрейфь, Егорова, — попытался успокоить, как смог. — Я скоро буду.

— Хорошо, — голос Ульяны звучал напряжённо, но девчонка пыталась храбриться. — Жду.

Скинул звонок и по-быстрому набрал Макса.

— На проводе.

— Хьюстон, у нас проблемы…

Глава 18. Жизнь бьёт ключом и всё время по голове…

«Дорогой дневник, где был мой мозг, когда я выбирала себе профессию? В очереди за фотоаппаратом стоял?»

Мадина

Немного ранее

На ватных ногах я добралась до раздевалки. От нахлынувшей тревоги заложило уши. Если всё правильно поняла… то у них большие проблемы.

Дрожащими руками нашарила в сумке телефон, разблокировала его и набрала хорошо знакомый номер из быстрого набора.

— Вить, это я. У нас ЧП, — выпалила шёпотом, нервно косясь на дверь.

— Говори, — прозвучал в динамике низкий голос владельца бара.

— Я услышала, как двое парней, участвующих у нас в боях, говорили о журналистском расследовании, проводимом нашей новенькой. Ульяной Егоровой. Мол, она может слить информацию какой-то Красновой.

— Кто такая эта Краснова?

— Да откуда мне знать?! Может, редактор новостей или ещё кто… Но она точно «роет» под тебя! — нервно воскликнула и осеклась. Затравленно оглянулась по сторонам, проверяя, что действительно нахожусь в служебном помещении одна.

Потерять вакантное место не хотелось, да и некоторый процент с боёв приятно грел карман. А если клуб накроется? А если её, не дай Бог, ещё привлекут как соучастницу в организации боёв без правил? Что тогда? Тогда отец точно узнает… Вернёт в родной посёлок городского типа и отправит учиться в сельскохозяйственный, как и грозился.

«О, нет! Только не сельхоз!» – меня буквально вся жизнь перед глазами пронеслась.

— Не истери, — раздался в «трубке» спокойный голос Кайманова. — Сегодня важный бой, всё должно пройти гладко… Поэтому… Ты давай там, сопли утри, закрой бар пораньше и задержи эту Егорову. Я подъеду с ребятами, потолкую с ней. Только не спугни. Если девчонка что-то заподозрит, точно сольёт информацию, если она у неё есть.

Шумно сглотнула, медленно успокаиваясь.

— Оставляю служебный вход открытым до приезда твоих ребят, — произнесла послушно и задумалась. — Но знаешь, как бы Егорову искать не начали, её уже третий день сводный брат встречает, а он постоянно таскается в компании Макса Морозова…

— Не кипишуй, — ровно отозвался Кайманов. — Я же не один буду. — Он сбросил вызов, а я, наконец, облегчённо выдохнула и отправилась работать, делая вид, что ничего не произошло. Нужно ещё как-то продержаться пару часов…

***

Ульяна

До конца моей смены оставалось пятнадцать минут. Зашла в раздевалку за телефоном и отлучилась в туалет. Очень нужно было проверить, скинула ли староста в группу методичку для курсовой по истории журналистики. Лучше бы она сделала это сегодня, а если не сделала, то нужно напомнить ей.

Так как в зале пользоваться телефонами было нельзя, я быстро проверила сообщения в уборной, убрала смартфон в карман юбки, помыла руки и вышла.

— О! Я тебя как раз ищу! — воскликнула Мадина, поймав меня в служебном коридоре. По средам обычно было много народу, поэтому мы работали вдвоём. — Тут дело одно важное. Помощь твоя нужна…

— Погоди… — растерянно произнесла я. — Мне нужно смену закрыть. Это реально что-то важное? Мне бы тогда Чадова предупредить, что задержусь.

— Да на пять минут, не переживай, — Мадина остановилась у металлической двери, отперла замок, распахнула дверь и улыбнулась. — Заходи.

— Э-э… — непонимающе протянула я, неуверенно шагнув внутрь. — А что тут?

— Сейчас всё узнаешь, — произнесла напарница и внезапно толкнула меня. С такой силой, что я запнулась и полетела в темноту. Врезалась в полки со всяким хламом, сверху упало что-то металлическое и грохнуло об пол, издав пронзительный звон. Наверное, ведро.

Дверь захлопнулась, лишая меня узкой полоски света… в замочной скважине повернулся ключ.

— Ничего личного, Ульян, — раздалось из-за двери. — Но ты посиди пока тут. Тихо, ладно? Не создавай себе ещё больше проблем.

Ещё больше проблем? Меня заперли в подсобке, я ушибла плечо и в голову едва не прилетело ведро, куда уж больше? Вопрос риторический…

Естественно, кричать я не собиралась, хотя очень хотелось, как и звать на помощь. Меня колотило от выброса адреналина, но разум не окончательно меня покинул. Конечно, кто-то может меня услышать, например, повара (хотя они далеко, так что вряд ли), но смогут ли они меня выпустить? Ключи у Мадины, как я поняла.

А не сделаю ли только хуже для себя? Если напарница что-то задумала (а она задумала, ведь заперла меня здесь для какой-то цели), то она приложит все возможные усилия, чтобы меня не выпустили. Надо подумать…

В кармане юбки завибрировал телефон. Удивлённо его достала и посмотрела на экран. Староста скинула пособие. Отлично, ведь я просто могу позвонить сводному…

После короткого разговора с Чадовым, решила сбросить сообщение Мише. Чем больше народу знает о моём местоположении, тем лучше.

… в коридоре раздались громкие шаги, принадлежащие не одному человеку. Сразу нескольким.

Может, сводный со своим отмороженным другом спешат на помощь? А если нет? Слишком уж быстро.

Поставила телефон на беззвучный режим и закинула его под металлическую конструкцию с инвентарём. Если найдут у меня, хуже будет.

Дверь распахнулась, в глаза ударил ослепительный свет. Я зажмурилась, прикрываясь рукой. Пока моргала, кто-то вздёрнул меня за шкирку и поставил на ноги.

— Молча шагаешь, а закричишь, шею сверну, как котёнку. Усекла? — раздался грубый бас прямо над ухом. Я кивнула, начиная дрожать от очередного выброса адреналина. Вот попала, так попала… — Выходи давай, — меня толкнули в спину…

Я пролетела метра полтора, вывалилась из подсобки и ударилась о массивную грудную клетку двухметрового амбала.

— Тихо себя веди и не дёргайся, — равнодушно велел он. — Руки за спину заведи.

Очередной приказ, и я послушно его исполняю, потому что знаю: дёргаться и вырываться бесполезно. Куда мне против таких верзил? Вырубят, на плечо закинут и понесут, а так есть шанс на своих дойти. Правда, не знаю куда…

… на запястьях защёлкнулись наручники. Меня взяли под локоть и потащили. Только успевай ногами перебирать почти в воздухе…

— Ради твоей безопасности, — пробасил амбал, волоча меня за собой. — Наручники отбивают мысль о побеге. Потом снимем, если хорошо вести себя будешь.

Я и вела себя хорошо, потому что понимала всю плачевность собственного положения.

Меня провели сквозь кухню, на которой уже почему-то никого не было. Неужели Мадина отпустила всех поваров и других сотрудников раньше? А как она с Алиной об этом договорилась?

Из склада с овощами через узкую дверь мы вышли в такой же тесный коридор. Протиснулись по нему, амбал со скрежетом толкнул ещё дверь и потащил меня по ступеням вниз.

Кажется, я начала понимать, что происходит. Меня ведут в подпольный бойцовский клуб, вход в который я никак не могла найти, а он, похоже, под прилегающим зданием. Оно и не удивительно. Так запрятан.

А участники, интересно, заходят так же? Или есть ещё один вход?

Внизу, где уже собирался народ и активно делались ставки, меня обыскали. Оставалось только радоваться, что скинула телефон. Точно бы проверили звонки и переписку.