(Не)военная тайна, или Выжить в тайге и не забеременеть - Вероника Касс

суперудар. Её вампирша впилась своим зубастым ротиком в шею своей маман.

– Да ты можешь помолчать? Хоть когда-нибудь, Вика!

Блин. Блин. Блин.

Как же Курковой удавалось одновременно продумывать свои действия, жать на определенные комбинации клавиш и нести при этом какую-то чушь просто с ужасной скоростью. Мне такое не дано.

И, конечно же, я проиграла, пала смертью храбрых.

Второй тур я тоже проиграла, в противники мне достался Курков, который не смог справиться с Праздником. И я честно на месте его мужских бойцов представляла Калинина. Радовалась каждому нанесенному удару, но, увы, это мне не помогло.

Бой за первое место между Праздником и Викой я даже смотреть не стала, и так все понятно. Александр в этой игре и правда чемпион, причем он все равно выиграет, подсунь ему любого персонажа, потому что знает приемы каждого.

На улице было темно и очень свежо. Хотелось гулять, дышать и наслаждаться чистотой лесного воздуха. Но комары-мутанты не давали этого сделать. Они жужжали как ненормальные и, кажется, были готовы кусать даже мое лицо.

Романа на улице не было, и свет в его окнах не горел. А я так надеялась встретиться с ним опять.

Ну ничего, Настя, утро вечера мудренее. Тем более такое долгожданное утро первого официального рабочего дня.

И, конечно же, я проспала. Нагло, бессовестно и так по-дурацки глупо. Я забыла зарядить телефон, который, при отсутствии связи почти обделенный моим вниманием, начал держать заряд по несколько дней.

Но именно сегодняшней ночью он сел, так и не разбудив меня мелодией своего будильника.

Это так странно, когда тебя будит твой же начальник, причем не по телефону, а стуком в твою дверь, которую он сам же и чинил. Да, наши отношения давно вышли за рамки служебных, еще даже не став таковыми.

– Анастасия Анатольевна, – насмешливо протянул он, – а я думал, что ты сегодняшний день крестиком в своем календаре пометила. А ты, оказывается, забыла.

Последние слова он произносил, не отрывая взгляда от моей пижамной майки. Да. На улице наконец-то потеплело, и я поменяла свою зимнюю пижаму на летнюю.

И да, эта майка была шелковой и кружевной, а шортики еле прикрывали стратегически важные места. Мне понравилась реакция капитана на мой вид.

– Роман Юрьевич, телефон сел. Пара минут, я буду готова, – сказала я, взявшись за края майки.

Калинин шумно сглотнул, так что я увидела, как дернулся его кадык, развернулся и, с силой захлопнув мою дверь, ушел вон.

Я заливисто рассмеялась. Какое хорошее начало дня.

Быстро-быстро умылась и оделась по форме, которая пылилась в шкафу со дня моего приезда на Ольховскую.

Роман был в канцелярии, я слегка стукнула кулаком по дверному косяку и зашла внутрь. Капитан поднял на меня взгляд, открыл рот, но так ничего и не сказал. Потом он сомкнул губы, тряхнул головой и опять уставился в свои журналы, как будто меня тут и не было.

– Роман Юрье…

– Помолчите, Анастасия, и не отвлекайте меня. Стол ваш вам я уже показывал, ваши журналы и документы тоже. Так что не мешайте, – все это звучало довольно сухо, и мужчина при этом даже не смотрел на меня.

Как маленький, честное слово.

– Товарищ капитан, – в кабинет заглянул Курков, – с нами по рации Каблуков связался.

– Что там? – напрягся Роман, и я предпочла слиться со стенкой, Антон был тоже хмур и даже не заметил меня.

– Говорят, у них не получилось на Урале переехать, они даже рисковать не стали.

– А почему нам никто не сообщил, что они уже в пути?

– Товарищ капитан, вы что, не знаете Каблукова? Может, он опять хотел к нам нежданчиком. – Я не сдержалась и засмеялась, Курков заметил меня и, отдав воинское приветствие, продолжил: – Простите! Хотел, наверное, нарушителем через ограду пролезть.

– А что, такое уже было? – удивилась я, пытаясь представить, как тот немолодой мужчина, который сообщил мне о том, где я буду служить, лезет через высокую систему. Представлялось как-то слабовато.

– Сейчас что? – грубо перебил мой вопрос Калинин, не дав Антону на него ответить.

– Сейчас они ждут, когда им с Соснового лодку резиновую привезут.

– Клоуны, – ругнулся Роман.

– Каблуков приказал встречать их на уазике с другой стороны.

– Передумал пешком идти? – приподнял брови и рассмеялся Калинин. – Что там Котов? Вещи собрал? Машина готова? Майор готов? – Курков закивал. – Скажи ему, что через три минуты выезжаем.

Антон скрылся за дверью, и Роман, поднявшись с места, прошел мимо меня. Я как немое привидение последовала за ними, наблюдая за тем, как капитан взял в дежурке рацию и вышел из заставы. И все это – по-прежнему не обращая на меня никакого внимания.

Ну уж нет!

Я сорвалась с места и, добежав до выхода из заставы, распахнула внутреннюю дверь. В этот же момент открылась наружная дверь. Калинин вернулся обратно, я шагнула в тесное помещение предбанника, и обе двери с шумом хлопнули, отрезав нас от всего остального мира.

– Пожелай мне удачи с этими самодурами, Настенька, – хрипло произнес Роман, сделав маленький шажок в мою сторону.

Я же ответила ему более смелыми действиями: сократила между нами, казалось бы, бесконечное расстояние до пары сантиметров и, притянув его к себе за китель, поцеловала.

Я, оказывается, скучала. Поцелуй был в точности таким же сладким и страстным, как я запомнила. Неделя прошла, а я каждый день в мельчайших деталях воскрешала в голове это волшебство, и сейчас оно повторялось вновь. Мягкие и уверенные губы со вкусом шоколада, крепкие руки, сжимающие меня в своих объятиях, и запах – крышесносный, сладковатый запах парфюма, вызывающий ощущение защищенности. Я обняла Романа за шею и зарылась пальцами в волосы, уронив его кепку на грязный заставский пол. Я подумаю об этом потом… когда мы отойдем друг от друга и сможем дышать. Сейчас же, наслаждаясь этими мгновениями, я не могла сделать и вдоха, в груди распирало что-то такое большое и доселе неизвестное. Мне хотелось часто-часто вздыхать, но не получалось. Получалось только крепко хватать своего мужчину за волосы, больно их оттягивая в надежде проучить за то, что он на целую неделю лишил меня этого волшебства.

На улице послышались шаги, и я отпрянула от Романа, но он не сразу смог меня отпустить, сначала пару секунд смотрел мне в глаза поглощающим душу взглядом.

– У тебя даже губы шоколадные, – сбивчиво произнесла я.

– В верхнем ящике моего стола лежат конфеты, угощайся, принцесса, – улыбнулся Роман, затем коротко поцеловал меня в губы и лишь потом шагнул в сторону.

Когда Калинин нагнулся за кепкой,