Король интриг - Алёна Снатёнкова

часто ко мне приезжают. Любаня может нагрянуть. Как я докажу всем, что с кем-то встречаюсь, если у меня на двери невидимая табличка висит «холостяцкая берлога»? Заедем к тебе, ты вещичек в пакет соберешь и у меня оставишь. И никаких бабушкинских пижам. Этого в моей квартире точно быть не должно.

Каких пижам? Но думаете, мне дали возможность спросить? Со стула подняли, шапку на голову натянули по самый нос, в куртку меня засунули и вперед толкнули. Мол, иди дорогая, я за тобой пойду.

— Отличный вид сзади.

— Суханов! — сердито рычу в ответ, снова юбку опуская.

— Да это комплимент. Рычать от таких слов необязательно. Знаю я, как девчонки радуются, когда я им так говорю.

Двинуть ему, что ли? Ну, чтобы знал, что другая половина девчонок может ему сделать за такие слова.

— Так, — разворачиваюсь, и парень прям влетает в меня. Еще чуть, и я бы полетела на пол, но оперативный Назар успевает поймать меня. Ага. К себе прижимает, пристально смотря в глаза.

— Что?

Не смотри на меня.

Не смотри.

Да и тебе, Полинка, отвиснуть нужно. Чего замерла, как мышь перед встречей с котом?

— Говорю… — кхм. Кхм. Что с голосом?

— А я слушаю.

Издевается, гад.

Отбрыкиваюсь, направляя на него указательный палец.

— У нас с тобой, Суханов, чисто деловые отношения. Никаких комплиментов, никаких подколов и всего прочего. Понял? Иначе я тебя раньше времени брошу. Будешь сам с Любаней своей разбираться, без арендованной девушки.

— Это и есть кризис в отношениях? Как-то быстро он у нас с тобой наступил, тебе не кажется?

Господи, этого человека хоть что-нибудь сможет исправить?

Глава 23

— И всё равно не верю, — бубнит себе под нос Суханов, останавливаясь на светофоре. — Быть такого не может.

Кхм, если человек сам с собой спорит, нужно ли в это вмешиваться? Мне как бы не очень хотелось. Подумаешь, разговаривает… Главное же что? Правильно. Меня в этот момент не трогает, не подкалывает и вообще внимания не обращает.

Лепота.

Ан нет, покосился. Глаза прищурил, губы надул и пялится, как на вафельный рожок в сорокоградусную жару.

— Не-е-е. Невозможно.

Да ёпрст.

— Ладно, Суханов, ты своего добился. Слушаю… Чему ты там не веришь, скептик блондинистый?

Пришлось повернуться к нему передом, а к окну задом. Делать разворот в машине, когда на ногах сумка огромная лежит, крайне сложно. Но будто кого-то волнуют мои проблемы?

— Разве может быть, что я тебе не нравлюсь?

Ы-ы-ы.

Пф. Я-то думала, он там про алмазы какие-то говорит, а он про камешки лепечет.

Не понравилось, значит, что я ему возле кафе сказала. А чего ожидал, собственно? Подлетел ко мне и давай глазки строить, как кот в марте месяце. Конечно, я его на землю родную спустила. В позу модели встала, руки по бокам выставив, и четко так, внятно сказала:

— Кончай кривляться, чешуйчатый. Ты не в моем вкусе.

Теперь хоть понятно, в чем причина десятиминутной тишины в салоне.

У кое-кого, пальцем не буду показывать на длинноного, гордость задета. Вот он и пыхтит, энергично по рулю постукивая.

— Может, Назарчик, — улыбаюсь, хлопая его по плечу. — Ты мне ни капельки не нравишься. Здорово, правда?

Ой, кажется, ему не здорово. Или не верит словам моим правдивым?

А вообще, поражаюсь я таким людям. Корону на голову напялили — и всё, считают, что мир у их ног. Самому-то точно никто всерьез не нравится. Вон он какой любвеобильный. Наверно, для половины университетских девчонок был временным таксистом. Подвез, зашел на чай с кексом и свалил, мусор по пути не захватив. Ещё удивляться вздумал, почему я не повелась. Да потому что знаю много. Видела. И мозги имеются. Умею спокойно реагировать на красивую мужскую мордашку.

— Здорово, правда? — передразнивает он меня, одной рукой начиная по карманам брюк хлопать.

— Что? Снова телефон потерял? Ты его на шнурок и себе на шею повесь. Буренки с колокольчиком бегают, а Назар с мобильником будет.

— Колокольчиком поделишься? — пыхтит он.

«Не вздумай вестись. Не смей поддаваться на его провокации. Сейчас ты на коне скажешь слово в ответ, тебя с этого коня под зад спихнут».

— Гордость свою, которую ты своим бредом испугала. Ее ищу.

— Аа-а-а. Так это не гордость. Это мания величия. Ничего страшного, если потерял. Не переживай, жить сможешь.

Лошадка сделала прыжок и эффектно перепрыгнула через высокий барьер.

— Одна минута тишины, Немцова. Шестьдесят секунд, и я найду, что тебе ответить.

— Бабники и такую информацию знают? А я думала, они только на деревьях кричать умеют.

А чего это он недовольный? Первый ведь начал. Я, что ли, его просила про ревность какую-то заливать и про любовь дурацкую?

Смотрю, а мы уже к дому моему подъехали, но, кажется, выходить пока не собираемся. Суханов дверь не разблокировал и руки от руля не убрал.

— Ладно, креветка, план такой: с завтрашнего дня ты превращаешься в милую зайку и прекращаешь умничать. Не забывай, мы зефирная парочка, дышать друг без друга не можем. Ну, ты должна знать, что и как делать.

— Откуда? Да я никогда не…

Блин.

Дайте мне флаг в руки, наденьте барабан на шею и отправьте в озеро топиться. Только это спасет меня от резко изменившегося в лице Назара.

— Никогда не… Креветка, что ты никогда не делала? — и снова усмешка отвратная в голосе.

— С дураками не связывалась.

— А если честно?

— Если честно, это не твоего ума дела, противный. Не смей, — угрожаю ему указательным пальцем, когда он рот только собирается открыть. — Серьезно, не вздумай.

Страшно представить, что его извращенный мозг может выдать.

— Хорошо, не буду. Но думать об этом ты мне не запретишь.

— Детский сад.

— Ты всё поняла, любовь моя? Нам проколы не нужны. Отвадим Любаню, убедим парочку ненормальных женатиков, и я снова стану свободным хулиганом.

— Еще раз меня так назовешь, станешь хромым хулиганом. Слушай, мне интересно, зачем тебе это? Нет, я поняла, что тебя типа достали. Но отвалить столько денег за фальшивую девушку? До такой степениЛюбаню боишься?

— Там другая весовая категория.

— Стоп! Стоп! Стоп! Какая еще категория?

Немая пауза, как в лучших фильмах перед взрывом бомбы.

— Суханов, ты мне точно всё рассказал?

— Конечно всё. — Щелчок, и двери открыты. — Не кипятись, креветка, не то сваришься. Ты ж Любашку видела. Вот я и говорю, другая весовая категория. С тобой сравнил. Ты ведь у меня пушинка. А вообще, хватит на морозе стоять. У меня организм слабенький, потом будешь горчичники мне ставить на голое тело. Засмотришься