С любовью, Лола (СИ) - Март Амалия

***

Едва Лола дошла до лифта, ее окликнул зычный, легко узнаваемый голос.

— Эй, подруга! — и подойдя поближе, пышнотелая блондинка, уперев руки в бока выдала: — Ну ты красотка, Штерн. Ну, удивила ваще… Дай-ка пятюню. — Подняла она ладонь вверх.

Не до конца понимая повода для такой радости со стороны подруги, Лола все же хлопнула по выставленной ладони.

— Не просто Кена завалила, но ещё и охомутала по самые помидоры! Ты наверно очень хороша в этом самом, ну, ты понимаешь. — Многозначительно поиграла бровями Инна, слегка убавив звук.

— А, так ты уже слышала.

— Пффф, да эта новость промчалась по нашему офису быстрее сапсана! Девки в отделе уже обмывают тебе кости, так что если твое лицо будет гореть, знай, это наши отчаявшиеся дамочки искренне желают тебе всех несчастий. Я б на твоём месте булавочку-то приколола. А то у них языки злые…Так что, поделишься парочкой фокусов? — ухмылялась подруга. — Мне б не помешало, а то помру старой девой с двенадцатью кошками, отвечаю!

— Эй, а как же тот парень из бара, не срослось? — решила перевести тему Лола.

— Эм… — запнулась блондинка и покраснела. — Нет. Не срослось. — Грустно констатировала она. — Так, а ты чё решила, остаешься, нет?

— Остаюсь. — Радостно сказала Лола.

— Уии, подруга. — заверещала Инна. — Я так рада! И я таааак жду твоих подробностей. Что после пятницы-то произошло? Расскажешь?

— Не здесь. Может на днях пообедаем вместе?

— Конэчно. — Смешно проговорила подруга. — Ладно, я пошла, а то девки весь мозг вынесут. Мне к обеду опрос свести надо по сладким сырам для детей…Там такая пиар компания готовится, ты даже представить не можешь!

— Да, я тоже пошла. Увидимся. — улыбнулась Лола.

Все таки Инна — нескончаемый источник позитива, жаль только с личной жизнью ей не везет. Ну, ничего, и на этот задорный блонд найдется свой Кен, Лола не сомневалась.

Глава 34

Ужин в кругу семьи…Отец семейства во главе стола, мать суетится на кухне, подавая блюда одно за другим, а дети с аппетитом поглощают яства и счастливо улыбаются, рассказывая как прошел их день. Что может быть милее?

Ужин в семье Штерн тоже был пропитан духом традиций: в воздухе витала легкая атмосфера, непринужденные разговоры и домашний уют. Хозяйка, ранее подавшая к столу свой знаменитый яблочный пирог, улыбалась, подливая всем кофе. Пока не прозвучало гнетущее: пообщаемся наедине, Марк Андреевич? Фраза, убившая вечер.

А ведь все начиналось вполне миролюбиво. Марк надел любимый свитер, идеально подходящий к уютному домашнему ужину. Удобные джинсы, в которых появлялся только у сестры. И часы отца, которые не могли сравниться с его дорогими Кавалли, но всегда приносили ему удачу. Увидев его в дверях, Лола улыбнулась и обронила:

— Выглядишь как добропорядочный семьянин.

— Перебор? — взволновано спросил Марк, оставляя поцелуй на ее щеке.

— Пока не знаю. — Все еще улыбалась девушка, приглашая его в дом. — Нервничаешь?

— А ты как думаешь? Знакомиться с родителями девушки это как минимум волнительно. А когда ее отец твой босс…

Лола рассмеялась, легко и звонко.

— Ага, — передразнил он ее. — Посмотрю на тебя в выходные, когда поедем к моим.

— Думаешь, мне тоже стоит нацепить домашний свитер и джинсы? — подкалывала его Лола, все еще широко улыбаясь.

— Ну уж точно не один из твоих сарафанов. Ты вообще в курсе, что сентябрь на дворе? — он оглядел девушку с ног до головы. — Ты в этом сюда приехала?

— Ох, не беспокойся, папочка, на мне был плащ. — Сказала и замолкла. Вроде пошутила про папочку, а как-то по́шло вышло. Краска вмиг залила лицо.

— Если бы мне не предстояла сейчас встреча с твоим отцом, я бы жутко возбудился. — Прошептал Марк на ухо девушке, прижимая ее к себе. — Черт, ты так хороша, когда смущаешься.

Он поцеловал ее за ушком, вызвав мириады мурашек, потом в шею, слегка отодвигая лямку сарафана. И очень хотел продолжить, но в коридоре послышались шаги.

Марк вмиг подобрался, вспомнив где и зачем сегодня находится. По коридору, широко улыбаясь, к нему шел человек, которого он глубоко уважал, его босс, генеральный директор DS Marketing, а по совместительству ещё и отец его девушки. И хотя Марк был человеком уверенным в себе, а с Дмитрием Николаевичем рабочие отношения у него складывались благоприятно и даже доверительно, ладони мужчины все равно вспотели. Незаметно потерев их о джинсы, мужчина протянул руку для приветствия.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Дмитрий Николаевич. — Просто начал он.

— Марк, рад тебя видеть. Уж позволь мне немного фамильярности, раз ты пришел сегодня как гость, а не сотрудник. — Сильное рукопожатие переросло в дружеские похлопывания по спине. — Проходи, я проведу для тебя небольшую экскурсию.

Экскурс оказался действительно небольшим. Они прошлись по коридору, где отец представлял работы своей дочери, трогательно называя их настоящим искусством. Лола шла позади них и в обычной манере покусывала нижнюю губу. "Она тоже волнуется" — с улыбкой подумал Марк. Картины были прекрасны. Наполнены жизнью, энергией, цветом. На минуту мужчину одолела ревность, ведь он знал, кому посвящены эти работы, Лола рассказывала. Но он быстро пришел в себя. Скоро она снова начнет рисовать. И то, что выйдет из-под ее кисти будет лучше, ярче, сочнее, потому что их она посвятит ему.

От мысли, что Лола сидит в его квартире, после очередной бессонной ночи, вся в краске, за мольбертом, выводя угловатые формы, которыми знаменует их любовь, у Марка снова завязался узел в грудной клетке. Не это ли пресловутая любовь? "Черт, отсыпьте мне ещё, я не наелся".

Дмитрий Николаевич подталкивал гостя дальше, в столовую, где уже был накрыт стол. С кухни доносилась музыка и звон посуды, явно намекая, что ужинать они будут вчетвером. Марк не задумывался ранее, что и у Штерна может быть женщина, а у Лолы наверняка есть мать. Просто об этом они никогда не говорили. Каково же было его удивление, когда из открывшейся двери, с огромным блюдом в руках появилась Нина Витальевна, царица всея офиса.

— Надо было догадаться, — шепнул он Лоле. — Когда я прошлый раз приходил, именно она открыла дверь.

— Марк Андреевич. — Сухо поздоровалась женщина.

— Нина Витальевна. — Тем же тоном ответил ей Марк.

— Надеюсь, все это останется в кругу семьи. — В своей неизменной поучающей манере произнесла она.

— Можете быть спокойны, я не любитель сплетен.

— О, это я знаю. Зато любитель…

— Нина! — резко оборвал ее Штерн. — Работа осталась на работе. Расслабься, садись отдыхать. И спасибо тебе за ужин. — Дмитрий Николаевич смягчил тон и приложился с поцелуем к кисти женщины.

Нина Витальевна зарделась и расцвела. От прежней чопорной секретарши не осталось и следа.

Ужин проходил легко и непринужденно. Марк немного рассказывал о семье, упомянув сестру и то, что она растила его одна, после смерти родителей. И об институтских временах, хотя был уверен, что Штерн прекрасно знает, какое он получил образование. А потом Дмитрий Николаевич стал вспоминать каким ребенком росла Оля, не преминув ещё раз напомнить о ее талантливых работах. Когда же пришло время десерта, Штерн поднялся и пригласил Марка пообщаться отдельно в его кабинете.

Стараясь оставаться спокойным, Летунов улыбнулся Лоле и направился в комнату испытаний, как он сам охарактеризовал предстоящее действо. Странное предчувствие не оставляло его.

— Скажи мне, Марк, — наливая порцию бренди в бокал, начал Штерн. — Насколько все это серьезно? И это не вопрос с подвохом, где отец хочет услышать, как безумно в его дочь влюблен юноша. Я просто хочу понять, насколько перспективны ваши отношения. Если это просто лёгкий роман — что ж, хорошо, тогда я буду спокоен, что через пару месяцев дочь вернется к своей размеренной безопасной жизни в другой стране. Но если все гораздо серьезнее…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Что…что если, это действительно серьезно? — он взял бокал из рук Штерна.