Крис Мэнби - Тайная жизнь Лиззи Джордан

— Да ни за что. Жаль, что он пока не готов уйти на пенсию. Я сама по глупости дала ему потратить неделю на запись демоленты со своими песнями, просто чтоб успокоился. Думаю, Лиз, ничего подобного ты не слышала, и надеюсь, никто не услышит. Это мрак. Полное фуфло. Сердечные раны, несчастная любовь, слегка приправленная сатанизмом, и вампиры, добавленные просто так, до кучи. Весьма Оззи Осборн.

— Чего?

— Именно так я и сказала после прослушивания. Это полное говно, сказала я ему. Мой бизнес — делать деньги, а не ошибки. В общем, теперь он запишет новые композиции одного талантливого парня из «Бой-Зон», пару классических хитов Берта Баккара, несколько песен Мадонны и версию «Come on Feel the Noize» группы «Слэйд». Я обещала ему, что одна песня его сочинения станет бонус-треком, который можно будет услышать, если крутить диск еще два часа после окончания последней песни.

— Вряд ли это хорошая идея, — сказала я. — Если он так увлечен сатанизмом, как ты говоришь, то Митчелла тут же обвинят в развращении нашей неоперившейся молодежи, путем воздействия на подсознание тех, кто покупает его пластинки. Разъяренные родители пойдут на штурм звукозаписывающей компании, требуя крови и возврата денег.

Кажется, я поняла, какое из требований пугало ее больше всего.

— Не исключено, что ты права, — согласилась она. — Хотя трудно назвать неоперившимися птенцами четырнадцатилетних девок, которые бросались на него на прошлой неделе, когда он раздавал автографы в «Tower Records»[18]. Ей-богу, Лиз, ты таких и слов-то не слыхала. Если уж кто кого портит, так это они меня. Представляешь, одна из них попросила у меня прикурить косяк! Сегодняшние дети не имеют представления о том, что такое мораль. Секс, наркотики и рок-н-ролл? Да в старших классах им вся эта чушь уже неинтересна. Ты чувствуешь? — усмехнулась она. — Я уже говорю так, будто готова уйти на пенсию в долину Нэппи.

Долиной Нэппи мы когда-то прозвали кварталы возле Клепем Коммон, где красивые женщины рожали в год по ребенку, пока их мужья соблазняли нянек или посещали гей-клубы при раздевалках крикетных полей (прошлый министр Уэльса сделал их общедоступными).

— Не могу представить, что ты или Митчелл живете в Клепеме, — сказала я.

— Мне кажется, ему бы понравилось жить рядом с Коммон, — сказала Мэри и скривилась так, будто она съела что-то нехорошее.

— Ты что, замуж за него собираешься? — возбужденно спросила я.

— Будь реалисткой, Лиз. Если Митчелл теперь женится, то продажа пластинок тут же упадет, — она указала большим пальцем в сахарницу. — Огромная часть его привлекательности для орд вопящих и захлебывающихся гормоном девиц — в постоянном ощущении его доступности. Они должны иметь возможность представлять себе, что его можно заполучить. Помнишь, группе «TakeThat» не разрешалось даже иметь подружек, чтобы не расстраивать фанов? Так и было прописано в контрактах.

— Так как же он появился с тобой на страницах «Хелло!»?! Ты сама не нарушаешь ауру его доступности, просто находясь рядом с ним?

— Необходимо соблюдать баланс, — объяснила Мэри, — между образом Митчелла доступного и образом Митчелла, который боится женщин.

— А-а. Так, значит, это не настоящая любовь? — прощупывала я.

— Да любовь это, любовь, — раздраженно ответила Мэри. — Но он остается моим клиентом, хотя он и мой любовник. Рано еще выбирать ткань для подвенечного платья. На первом месте его карьера, а потом уж мои чувства.

— Жаль.

— Но ведь речь идет и о моих деньгах тоже, — сухо заметила она. — Зарабатывает он — зарабатываю я. К тому же я, как ты знаешь, не очень верю в брак и во всю эту чушь типа «счастья в личной жизни». Во всяком случае, после всего того, что я насмотрелась.

— Как твои родители? — машинально спросила я. На самом деле я никогда не видела родителей Мэри. Один раз в конце семестра я издали видела ее мать, она сидела в «мерседес» — кабриолете около ворот колледжа, стуча наманикюренными ногтями по кожаной обивке руля, и ждала, когда Мэри принесет чемодан. Но я достаточно знала про них, чтобы понять, что если кто-то и посеял у Мэри сомнения по поводу брака, то это именно те люди, которые ее вырастили.

— У папы новый роман, — вздохнула она, подтверждая мои подозрения. — Представляешь, Лиз, он думает, что мы об этом не знаем. Вот дурак. Это же очевидно, черт возьми. Как только он западает на новую девку, так тут же садится на диету и берет абонемент в спортзал, в ответ на что мать красится в блондинку и идет в «Browns»[19] снимать мужика. Они ничем не лучше остальных. Не знаю, что они не плюнут на все и не разведутся. Хотя знаю. Потому что каждый из них боится, как бы другому в итоге не достались все деньги и дом на Пальма-де-Майорка. Ладно, а как твои родители?

— Как всегда. Все еще вместе. Не разводятся, потому что отец завел себе новый сарай, в котором можно прятаться, когда мама выходит на тропу войны, — пошутила я.

— Тебе повезло, что у тебя такие родители, — пробормотала Мэри, уставившись в кофе, словно ожидала, что в пене начнут формироваться слова. Мэри всегда твердила мне, какие у меня замечательные родители, но она видела мою мать только один раз, и уже после климакса (пять долгих лет, когда после каждой уроненной на ковер крошки еды все ждали грома небесного, сформировали у меня несколько иной образ матери).

— Ладно, а могу ли я надеяться на встречу с этим твоим замечательным парнем, прежде чем его звезда закатится и тебе, наконец, разрешено будет выйти за него замуж или бросить его? — спросила я, возвращаясь к более жизнерадостной теме.

— Конечно, я тебя познакомлю, — пообещала Мэри. — Но ты же знаешь, как это трудно. Я хочу сказать, что мы с тобой почти не видимся из-за моей сумасшедшей работы. А выбрать вечер так, чтобы в это уравнение вставить и Митчелла при том количестве мест, где он должен появляться, практически невозможно.

— Тогда, может, мы все увидимся на каком-нибудь его выступлении, — взволнованно предложила я. — В VIP-зале какого-нибудь шикарного клуба. Отличная мысль. Я всегда хотела быть VIP- персоной.

— Да. Посмотрим, что я могу сделать, — рассеянно ответила она без особого энтузиазма. Возможно, ей уже надоели люди, которые просили ее с ним познакомиться. Конечно, я бы и сама хотела, чтобы мой парень был знаменитостью, но я понимала, что если при этом ты сам не знаменитость, то можно почувствовать некоторую неловкость. Я имею в виду, что если вы идете на светскую вечеринку с кучей звезд, то никого на самом деле не заботит, появишься ли там лично ты. Фактически большинство не возразило бы, если б твоя половина явилась туда в одиночестве.