Джули Гаррат - Название игры - Любовь

— Знаешь, ведь я почти ничего не знала о «Формуле» до того, как приехала сюда, а потом послушала тебя, Воана и, кажется, знаю теперь все.

Она рассмеялась.

— Наверное, тебе было скучно слушать, как мы говорим о машинах, о колесах, о моторах?

— Нет, — покачав головой, ответила Мэгги. — Я же привыкла к этому. Ты забыл? Правда, старые машины не совсем то, что «Формула-1».

— Твой отец не такой, как Оскар!

— Нет. По крайней мере, мне так кажется. Лучше с ним не ссориться, правильно?

— В данный момент он делает все, чтобы Филипп Анджелис разорвал контракт с Бассетти и играет с огнем.

— Он его получит?

— Если заплатит, — скривился Рейф. — Но все равно этот год для него неудачный. — И он пожал плечами. — Впереди еще восемь этапов, и он думает, что имеет смысл рискнуть.

— Ты будешь скучать по всему этому, если бросишь гонки? — спросила Мэгги.

Рейф подался вперед и поудобнее устроил больную ногу, прежде чем ответить.

— Не больше, чем по гипсу, когда его с меня снимут, — сухо проговорил он, глядя Мэгги в глаза.

— Шутишь, — не поверила она. — Будешь скучать.

Рейф долго молчал, переведя взгляд на деревушку на противоположном склоне. В ней было домов сто — белых, розовых, желтых, все под черепичными крышами. Потом он вновь повернулся к Мэгги.

— Вот это называется жизнью. Это реально. А гонки — не реальность. Быть пилотом — значит играть роль. Участвовать в шоу.

— Рисковать жизнью, — еле слышно добавила Мэгги.

— Я никогда не думаю об опасности.

— Да если бы думал, то давно бы сошел с ума.

— Что с тобой? Может быть, полазаешь с Воаном?

— Не думаю, что смогу долго выдержать его пение.

— Он тебе нравится? Вы как будто неплохо ладите?

— Да, — кивнула Мэгги. — С ним весело.

— Не то что со мной.

И Рейф посмотрел на больную ногу.

— Мне была нужна передышка, и я ее получила. У меня как будто появились два братика.

— Но ведь ничего не изменилось?

Ничего не изменилось, и Мэгги отлично это понимала. Две недели в обществе малознакомых людей. Рейф прав. Но она не жалела, что приехала. По крайней мере, она не волновалась за него, не воображала Бог знает чего… Он живой, не парализованный, голова в порядке.

— А должно было?

Теперь она тоже не сводила глаз с деревни напротив.

— Хорошо, что ты приехала.

— Погуляем?

— С удовольствием. Только давай не ограничиваться садом. Пойдем подальше.

— Там камни. Дорога неровная… Может быть, не стоит рисковать?

— Надо когда-то сделать первый шаг, — с раздражением проговорил он. — Не оставаться же мне инвалидом на всю жизнь. Я собираюсь вновь стать мужчиной.

— Ты и так мужчина, — улыбнулась она.

— А мне кажется, будто младенец в пеленках. — Он поднялся, хотя это далось ему нелегко. — Я хочу быть нормальным человеком… Как Воан… Захотел и побежал.

— Ладно. Пошли.

И она с улыбкой протянула ему руку.

— Поглядим на Воана… Надеюсь, в эту жару ему пришлось потрудиться. С удовольствием посмотрю, как он мучается.

— Ты говоришь, как Оскар Херрик.

— Черт! Я провел с ним столько времени в последние годы, что не мог не перенять хоть что-нибудь.

Они вошли с балкона в дом, и, куда бы ни хотели направиться, везде перед ними были лестницы. Мэгги стоило большого труда не показывать беспокойства, особенно когда Рейфу пришлось пересекать натертый пол в просторной комнате.

Но когда они вышли из дома, стало еще хуже. Опять ступени, но на сей раз неровные, каменные. За калиткой дорога стала лучше.

Рейф взглянул на часы.

— Уже пять.

— Возвращаемся?

Мэгги посмотрела на него и увидела капли пота у него на лбу. Слишком он себя перегружает. Наверное, устал, хотя они прошли всего сотни две ярдов.

Однако выглядел он неплохо. Швы с пореза над глазом уже сняли. Оскар прислал врача из Монте-Карло. Синяки почти незаметны. Мэгги подумала о том, что, похоже, чем чаще она на него смотрит, тем сильнее влюбляется.

Он остановился и оперся на костыли, а потом кивком показал ей на голое дерево впереди.

— Видишь дерево?

— Да.

— Хочу сегодня дойти до него.

— Ладно.

— И каждый день буду уходить немного дальше.

Радуясь, что он не позволяет себе сдаваться, она не могла отвести от него глаз.

— Тебе надо почаще надевать желтое.

— Да?

— Ты похожа на желтую розу из тех, что цветут у нас на балконе.

Сверху послышался крик. Кто-то звал их.

— Э-э-э-й! Я ту-у-ут!

Склон горы рядом с ними круто уходил вверх, и на нем почти не было растительности, кроме редких пучков травы и нескольких колючих кустов. И он был похож на хорошо укатанную лыжную трассу, до такой степени его обтесали падавшие сверху камешки.

Мэгги прикрыла глаза ладонью, потому что узнала голос.

— Воан! — Она повернулась к Рейфу. — Ради Бога, зачем он туда забрался?

— Пошел верхней дорогой. Там развилка. Одна дорога ведет в Сан-Мартин, а другая — в никуда. Горная тропинка. Ты только посмотри на этого дурака… Там же узко, а он еще раскачивается. — Взяв костыли в одну руку, Рейф приложил другую руку к губам, чтобы Воан услышал его. — Слезай! Воан! Слезай! Обвалится!.. — Он повернулся к Мэгги. — Известняк. Все может быть…

— Отсюда прекрасный вид! — крикнул в ответ Воан.

— Иди вниз, дурак!..

Рейф выглядел испуганным.

Мэгги затаила дыхание, когда Воан, подражая канатоходцам, раскинул руки и пошел по узкой стене.

— О, нет. Неужели он не понимает?

— От него до нас сто футов, — почти не разжимая губ, прошептал Рейф. — Не сегодня, так завтра он доиграется… Честное слово.

Так и случилось.

Не прошло и минуты, как Мэгги услыхала изумленный крик и увидела покатившийся вниз камень, тучу камней, увлекших за собой Воана.

Рейф оттолкнул ее, но вся эта страшная груда остановилась в углублении всего футах в десяти от них.

Они посмотрели наверх.

Мэгги прижала ладонь к губам.

— Дурак! Я его предупреждал!

— Помогите… Снимите меня… Какого черта?..

Когда камень рухнул, Воан покатился вниз, но его падение было недолгим, так как он повис на одном из ближайших выступов, зацепившись за него рубашкой. Болтая в воздухе руками и ногами, он очень походил на пойманную в паучью сеть муху, которая изо все сил старается вырваться на волю.

— Если он не утихомирится, то на него рухнет вся громада сверху, — прошептал Рейф.

— Нет. Я ему помогу.

— Что? — не поверил своим ушам Рейф, а Мэгги уже бежала вверх по тропинке. — Вернись!