Рина Зелиева - Купаясь в солнечных лучах. Часть 1.

- Ищи. Кто знает? - ухмыльнулся Азар.

- Найду. Не сомневайтесь. Но вы... Вы у меня еще при жизни на сковородке жариться будете. Клянусь.

Смех, догоняющий мою спину, я им еще припомню. Я буду мстя, и мстя моя жестока. Но это потом. После. Первостепенное, главное - найти Ризвана, теперь, когда я все знаю. Я смогу все ему объяснить. Он МОЙ, также как я ЕГО. Никто не имеет права нас разлучать. Мы поздно это поняли, поздно нашли друг друга, но, важно, что встретились, что поняли. Это чудо. Чудо, которое происходит не с каждым.

И для Никитки Риз стал настоящим отцом, которого у моего сыночка никогда не было. Ладно, Риз сердит на меня, но не на ребенка, он не поступит с ним плохо, утешала я себя. Еще тлела во мне надежда. Я верила - в этот раз я не ошибалась.

И не ошиблась. Он вернулся, правда, неожиданно и на несколько минут, чтобы взять какие-то очень нужные для него вещи. Риз обнял Никиту и шепнул ему на ухо:

- Я не тебя бросаю. Держи, - он впихнул ему в ручку какую-то бумажку. - Я всегда буду рядом, - и подмигнул.

- Риз, пожалуйста, умоляю, поговори со мной, - с болью и тоской, воскликнула я.

Мы стояли у самой входной двери. Все время, которое Ризван собирался в дорогу, я бегала за ним, словно привязанная, и не могла найти подходящего момента, чтобы начать разговор. Никитка очень мешал, а муж меня упорно игнорировал. Но вот еще минута, и он исчезнет из моей жизни. Я должна что-то сделать, что-то сказать.

Но стоило мне взглянуть на его побелевшее лицо, как мои в мольбе протянутые руки, безвольно упали. Горящие отчаяньем глаза потухли, решимость переубедить Ризвана покидала меня, казавшись призрачной. Это невозможно. Не сейчас. Не в этом его состоянии. Он будет глух ко всем увещеваниям и объяснениям. Я не понаслышке знаю, что такое разбитое сердце, преданные чувства. Когда сила горя и обиды затмевает разум.

Куда девалась его твердость, его мужество, властность. Он выглядел потерянно и жалко, как человек, не сумевший удержать своими слабыми руками величайшее на свете счастье. Остекленевший пустой взгляд, скорбно поджатые губы. Мука была написана на каждой черточке его лица, такого дорогого и любимого. Внезапно оно прояснилось, и Риз злобно рассмеялся.

Бледный как смерть, с горящими ненавистью глазами. Его взгляд метал молнии, белые зубы оскалились, казалось, он готов был меня загрызть.

- Нам не о чем с тобой говорить. Ты все объяснила без слов. Вся эта страсть, это безумие - всего-навсего хорошо продуманный фарс. Арсен и Азар открыли мне глаза. Ты все правильно рассчитала. Тебе Азар рассказал про завод? Это все вы вместе с ним придумали? Что он тебе обещал? Деньги? Много денег? Что ж. Бери. Забирай все. Могла бы просто попросить, сколько тебе нужно. Я бы дал. И отпустил. Так было бы честнее.

Я выпрямила спину и сверкнула глазами. Столько ярости было в них. Как он может во мне сомневаться? Как может так низко думать обо мне? Если любишь, то веришь. Он просто обязан поверить мне. И плевать хотела на его разбитое сердце и раненое самолюбие. Мне тоже не сладко. Я не должна выглядеть виноватой. Я же ни в чем перед ним не виновна.

- Почему ты веришь им, а не мне? Ты даже объяснить мне нечего не дал.

- А нечего объяснять. Я тебя предупреждал. Ты помнишь мои условия?

- Я помню, Риз. Но все не так...

- Все так. Так, как и должно было быть.

Гулко стучало в висках. Волны боли от сердца разливались по всему телу. Меня крутило и выворачивало от невозможности все изменить. От беспомощности. От нереальности его убедить. Да он даже слушать меня не хочет.

Никитка убежал в свою комнату. Он сообразительный мальчик. Понял, что взрослым нужно одним разобраться в своих отношениях. Ах, если бы еще я знала: как.

- Я люблю тебя, Риз, - выкрикнула, терзаемая безысходностью, пожалуй, впервые в жизни говоря это мужчине. - Но ты меня, наверно, нет. Потому, что не веришь. Потому что не помнишь. Ничего не помнишь, что между нами было. И не помнишь, что обещал никогда не бросать меня.

Однако, достоинство женщины - слабая преграда бешенству Ризвана.

- Забыть, как ты стонала в моих объятиях, как кричала от удовольствия? Я знаю, ты не играла. Нам хорошо было вместе. Чего тебе не хватало? Забыть теплоту твоего тела, вкус твоих губ? Никогда, пусть я не проживу и года, но тебя, Лелька... женщину из женщин, самую желанную, твое нежное имя, твое лицо мне забыть не удастся. Других я и вспомнить не смогу. Да и не было никого. Только ты. Я тебя ждал. Тебя искал. А ты... Для тебя наш брак - всего лишь секс и решение твоих проблем. Было слишком хорошо... Заскучала?

Он прикрыл на мгновение глаза. А когда открыл, то уже смог взять себя в руки. Тихо вымолвил:

- Угрызения совести замучили? Значит, осталось что-то человеческое... Не переживай так, я справлюсь. Знаю как... Избавиться от этого наваждения можно лишь одним способом...

Он поднял с полу объемную сумку и выскочил за дверь. А я осталась стоять с приоткрытым ртом, оглушенная, потрясенная до глубины души.

Никогда мужчины мне не признавались в любви, так. Точнее так, и никто. Я цепенела, погружаясь в себя. Растеряла весь свой пыл, уверенность и категоричность. Вообще, все. Просто выпала. В осадок. Я знала. Я чувствовала. Но как важно это услышать. Чтобы это сказать в такой момент, нужно действительно много. Много силы воли и смелости. Много душевности и способности любить. Безгранично и исступленно. Отдавая все свое сердце и душу, всего себя до последней капли крови, капающей из нанесенной раны. Он меня любит? Любит. Риз...

Но как же бороться против всего мира, который против нас? Я пока не знаю. Но, обязательно, найду решение.

Глава 13.

Цена счастья.

Не говори,

Что мир сошёл с ума,

Что озабочены все

Только собой.

Не до любви,

Когда в душе зима,

И обесточено всё

Страстью людской.

Песня Алевтина Егорова.

Я металась по квартире, заламывая руки. Уже прошло две недели, как Риз ушел от меня. И не было от него никаких известий. Я не знала, где он. С кем. Что делает и собирается делать. Какое-то время я надеялась, что он успокоится, одумается. Ему просто нужно время. Потом мы сможем спокойно без эмоций поговорить. Да о чем это я? Без эмоций? Когда чувства просто распирают, как можно обойтись без них?