Турецкий променад по набережной забытых обид - Люси Фер

мило улыбнуться ему, скрывая, что его слова заставили меня переживать ещё больше.

— Ты хотела знать, долго ли нам ехать… — вспоминает он неожиданно мой вопрос возле лифта.

— Ааа, да… — совершенно не помня подобного, соглашаюсь я с ним.

— Минут двадцать на машине… Или тридцать, если будут пробки… Ну и пешком часа полтора…

— Отлично… — бормочу я, делая вид, что меня не пугает столь долгий пеший подъём.

— Эмма! — радостно восклицает Катя, когда не обнаружив их в холле отеля, мы идём на парковку к черной тайоте пернатого. — Давай сюда свой рюкзак, мы с Андреем уже всё сложили… — пристраивает она его на объёмных баулах, уложенных в багажнике. — Садись вперёд…

— Может там сядет Андрей? — в замешательстве от команды Катерины предлагаю я.

Столь близкое соседство с Орловым слегка меня нервирует.

— Эээ, нет… — цедит девушка, кидая предупреждающий взгляд на своего мужа. — Без моего пригляда он точно какой-нибудь запрещёнки отведает… А ему нельзя…

— Ну, Кать… — недовольно тянет Андрей, подводя глаза к небу, — что ты со мной как с дитём малым?!

— Ты и есть дитё малахольное… — отрезает строго девушка, — знаешь, что нельзя и всё равно в рот тащишь… Или ты против? — переключается она с супруга, озадаченно буравя меня взглядом. — Нет, если ты, конечно, не хочешь…

— Всё нормально… — перебиваю я её и усаживаюсь на переднее пассажирское сидение по правую руку от Орлова.

— Поехали? — обращается через несколько минут к своим пассажирам важный птиц и, заведя авто, плавно трогается с места.

Михаил ведёт машину расслабленно, уверенно маневрируя в потоке разномастных автомобилей. Пейзажи турецкого курортного городка быстро проносятся перед моими глазами, сопровождаемые незамысловатыми мелодиями из магнитолы пернатого.

— Миш… — неожиданно меж сидений показывается голова Екатерины, когда автомобиль преодолев городские пробки, выносит нас на полупустую магистраль.

— По глазам вижу ты что-то задумала… — бормочет Орлов, бросив быстрый взгляд на подругу.

— Давай заедем в пещеру Дьявола… По пути же… — просительно тянет она, хитро мне подмигивая.

— Ты там сто раз была… — не спешит соглашаться с ней Миша.

— А Эмма нет… — кидает она на меня вопросительный взгляд. — Правда ведь?

— Что за пещера Дьявола? — непонимающе хмурюсь я.

— Если быть точнее, то пещера называется Сердце Дьявола… — объясняет Катя. — Там полно сталактитов и сталагмитов… А воздуууух… — тянет она мечтательно.

— Вообще-то она так не называется… — возражает ей Орлов.

— Да кому нужны эти скучные официальные названия… — фыркает Катя. — Я за народные выдумки, они всегда интереснее и красивее… Ну так что, заедем? — бросает она вопросительный взгляд на водителя.

— Я подумаю… — ничего конкретного не отвечает он.

Спустя несколько минут молчания, Орлов неожиданно обращается ко мне:

— У тебя сердце здоровое?

— Да… — озадаченно отвечаю я, умалчивая, что в последнее время в его присутствии оно ведёт себя довольно-таки странно и сказать здорово ли оно, я уже затрудняюсь.

— Хорошо… — скорее сам себе бормочет Миша и сворачивает на просёлочную дорогу, ведущую в какие-то дебри.

— Ура! — кричит Катя, поняв что её просьба была услышана. — Тебе понравится в Сердце Дьявола, — обращается она ко мне.

— Уверена… — киваю я ей головой, хотя сама была бы рада оказаться в другом сердце…

"Когда-то ты считала его дьяволом во плоти…" — напоминает мне внутренний голосок и я предвкушающе улыбаюсь:

— В сердце Дьявола мне точно понравится!..

Глава 24

— Ничего не выйдет… — возвращается к нам Орлов, который отправился за билетами, едва его автомобиль был припаркован перед величественной скалой, — У них сегодня короткий день… Через пятнадцать минут закрытие, посетителей уже не пускают…

— Вот чёрт! — ругается Катя, зло ударяя ладонью по своему сидению. — Я уже настроилась…

— Очень жаль… — соглашаюсь я с ней, пожимая плечами. — Никогда не видела сталактитов и сталагмитов…

— Да, ладно вам, девчонки… — отмахивается от наших сожалений Андрей, — было бы там на что смотреть…

Расстроенную тишину, повисшую в авто после новостей пернатого, разрезает его неожиданное предложение:

— Там… — указывает Орлов рукой на небольшую палатку со сладостями, — продают одно из самых вкусных мороженых в городе… Уверен, оно подсластит вашу печаль… А мы с Андрюхой пока в одно место сгоняем… — выходит он из машины, утягивая за собой жалобно смотрящего на разрекламированный магазинчик друга. — Мы скоро… — кричит ваный птиц на ходу и скрывается из вида.

— И правда вкуснятина… — бормочу я спустя пару минут, уплетая фисташковое лакомство.

— Ага… — вторит мне Катя, ловя языком ванильную каплю с подтаявшего рожка.

— А почему ты не разрешаешь Андрею есть сладости? — задаю я девушке давно назревший вопрос.

— Знаю, что со стороны я выгляжу как Дюдюка Барбидокская… — печально улыбается Катя, задумчиво глядя вдаль. — Но от мысли, что Андрея не будет рядом, меня прошибает озноб… Я так боюсь его потерять…

— У него что-то со здоровьем? — не совсем понимая её, уточняю я.

— Именно… Сапожник без сапог: других лечит, а себя калечит… — тяжело вздыхает она и переводит на меня доверчивый взгляд. — Мы оба всегда хотели много детей… Сначала как-то особо и не старались, положившись на волю случая… А спустя несколько лет взялись за наследников основательно… Вот только успехом это предприятие так и не увенчалось… Я думала, причина во мне… Честно сказать, по молодости всякие глупости творила… Но врачи сказали иначе… После обследования Андрея, нас-то и ожидал сюрприз…

Катерина на некоторое время замолкает, погрузившись в неприятные воспоминания, но затем резко выныривает из прошлого и продолжает:

— Диабет в начальной стадии, язва двенадцатиперстной кишки, предынфарктное состояние… И куча сопутствующей чепухи, которая также неприятно звучит… Уж там-то о детях все мысли и улетели… Мужа бы в нормальное состояние вернуть, а уж, как дальше жить разберёмся… Андрей и сам тогда испугался, я видела… — горько ухмыляется она, — сам же врач, лучше других всё понимает… Да только состояние стабилизировал, как снова-здорово… Плюшки и сладости и иже с ними… Хоть кол на голове отеши, всё сухомятничает и ерундой страдает… Приходится быть начеку, хоть порой и перегибаю палку…

— Ему с тобой повезло… — улыбаюсь я Кате, пытаясь её подбодрить.

— О, перестань… — отмахивается она от моих слов, — нам просто повезло найти друг друга… А это в наше время большая редкость…

— Согласна… — киваю я, доедая порядком истаявшее мороженое.

— Идут… — повторяет за мной Катя и поднимается, чтобы помахать идущим вдали мужчинам.

— Пляши… — подходя, крепко обнимает жену весёлый Андрей, — Миха договорился, Сердце Дьявола ожидает вас…

— Как? — перевожу я удивлённый взгляд на Орлова, но тот что-то активно печатает в телефоне, не обращая на слова друга ни малейшего внимания.

— О, поверь, лишние Ататюрки ещё никому карман не жгли… — хитро подмигивает мне друг пернатого, намекая на турецкие лиры,