Раскаяние - Екатерина Орлова

вспомнил о Роуз, распростертой на моей кровати. А еще хотелось выгнать этого делового партнера из конференц-зала, запереть дверь и закончить то, что начал дома. Но, судя по настроению Розали, в ближайшие пару часов этого точно не произойдет. А может, и пару дней.

— Что вы скажете, мистер Мун? — обратилась ко мне Розали, делая вид, что безумно увлечена бумагами.

— Мисс Стар, я полностью доверяю вашему мнению.

Перед тем, как сказать это, мне пришлось прочистить горло, потому что мой голос звучал бы слишком уж хрипло. Это могло выдать мои мысли.

— Прекрасно. — отозвался Пьер. — Это станет замечательным началом нашего сотрудничества.

Мы по очереди подписали контракт, пожали друг другу руки, и Пьер вышел. Розали начала быстро собирать документы трясущимися руками. Я подошел ближе и коснулся ее локтя.

— Роуз…

— Извини, Джордж, у меня уйма работы, — ответила она, продолжая суетиться.

— Роуз, нам надо поговорить.

— Нет. Я уже сказала тебе: это было ошибкой, и она не должна повториться.

— Не называй это ошибкой.

Я начинал злиться. Ее влекло ко мне, но она упорно [мч1] сопротивлялась этому. Я не собирался дать ей выйти из конференц-зала, пока мы все не выясним. Даже если бы мне пришлось удерживать ее силой.

— Это она и была, Джордж.

Роуз сложила все документы в аккуратную стопку, подняла ее и прижала к груди, собираясь выйти. Я преградил ей путь. Она подняла на меня взгляд и вздернула подбородок, видимо, намереваясь спорить до последнего. Что ж, я был готов к этому сражению. Я лишь был не готов отпустить ее после того, что произошло в моей спальне.

— Ни черта подобного. Ты хотела меня. И все еще хочешь. Зачем сопротивляться этому притяжению? Просто поддайся ему, Роуз. И посмотрим, куда все это заведет нас.

— Никуда, Джордж, не заведет. Только в тупик. Мы это уже проходили.

— Роуз, я допустил огромную ошибку, позволив отцу управлять мной. Но я все исправил.

— Прямо герой, — язвительно усмехнулась она.

— Да при чем здесь герой, Розали? — я повысил голос. — Я сделал это ради тебя! Если бы не ты, твой отец уже жил бы в трейлерном парке!

— О, какое одолжение! — Она начала распаляться. Гнев окрасил ее щечки красным, а в глаза добавил огонь. — Ты прямо благодетель чертов! — крикнула она. — Чего ты теперь от меня ждешь, Мун? Что я забуду все, что произошло, и кинусь в твои объятия?

— Я не прошу тебя кидаться! Я прошу лишь дать нам второй шанс! Мы любим друг друга, и наши отношения заслуживают второй шанс! Я не прошу тебя жертвовать собой, только давай попытаемся все нала…

— Мисс Стар… — послышался неуверенный голос Тома. Видимо, парень заметил напряжение в комнате, а потому не стал продолжать свою речь.

— Томас, выйди и закрой дверь, — сказал я, не отводя взгляда от Роуз.

— Но…

— Пошел на хрен, Том! — крикнул я.

— Да как ты смеешь? Он мой помощник! — крикнула Роуз, когда послышался щелчок закрываемой двери. — Будешь командовать своей девицей!

Она попыталась обойти меня, но я снова преградил ей путь и сжал в объятиях. Ее руки были заняты документами, поэтому она не смогла сразу оттолкнуть меня, и, когда попыталась сделать это, я прижал девушку сильнее, зажав между нами ее руки.

— Роуз, остановись. Давай все обсудим. Поужинай со мной.

— Нет, Мун. Иди к черту. Я достаточно доверилась тебе. И то, что было сегодня утром, ничего не значит.

Я наклонился ниже, держа свое лицо в паре сантиметров от ее.

— Значит, Роуз, и ты это знаешь. Именно поэтому ты такая нервная.

— Я не нервная, — уже тише ответила она, уткнувшись взглядом мне в грудь.

— Ты на взводе, детка, и я знаю, как помочь с этой проблемой.

— Иди на…

Договорить она не успела, потому что я закрыл ей рот своими губами. Она упиралась примерно минуту, а потом, вздохнув, расслабилась и позволила себя поцеловать. Девушка приоткрыла свой сладкий ротик, и мой язык проник внутрь, касаясь и пробуя ее. Губы Розали стали мягче, прекратив сопротивление, и она ответила на мой поцелуй. Он не был диким, как утром. Это был нежный, мягкий, сладкий поцелуй. Мы как будто пробовали друг друга впервые. Роуз тихонько простонала мне в рот, и мой член уперся в ее бедро, требуя свободы. Но я понимал, что для секса в конференц-зале посреди дня было пока рановато. Немного позже я планировал нагнуть ее на всех поверхностях нашего офиса. Только нужно будет разобраться, как отключить камеры в коридорах.

Как только я углубил поцелуй и переложил руки ей на талию, Роуз резко меня оттолкнула и прошагала к выходу. Опешив, я даже не сразу сообразил, что она уходит. Девушка, не поворачиваясь, распахнула дверь и закончила предложение:

— На хрен! — и так хлопнула дверью, что задрожало стекло.

— Блять! — воскликнул я, вцепившись в свои волосы.

Я подошел к окну и попытался сосредоточиться на тучах, проплывающих по небу, в ожидании, когда уймется стояк. Вы играли в детстве в игру, пытаясь угадать, на что похожа туча или облако? Что я спрашиваю? Конечно, играли. Так вот, я был вынужден двадцать минут играть сам с собой в эту игру, чтобы успокоить мои уже почти черные шары. Эта женщина умеет причинить боль. Я стоял, смотрел на это природное явление и пытался построить хоть какой-то план по завоеванию Розали. Отпустить ее я бы не согласился ни за какие деньги мира. Она была моя и точка.

Вторая половина дня прошла в более спокойном режиме, и уже в семь часов вечера я был дома. Приняв душ и поужинав, я развалился на диване за просмотром чемпионата по футболу, но едва ли улавливал то, что там транслировали. Я весь день не видел Розали. Со слов моего нового помощника я знал, что целый день она с Томасом и финансовым директором составляла смету по проекту Пьера. Она делала все, что от нее требуется на работе, с таким рвением, будто от этого зависит как минимум ее жизнь.

В восемь часов позвонил Пьер.

— Джордж, я принимаю ваше предложение. Роуз поработала отлично, только пару моментов по смете нужно доработать. Я отправил на электронную почту тебе и Розали то, что нужно изменить.