У меня есть твое фото - Крис Карвер

— Ты так выглядишь. Ты прекрасен.

Они улыбнулись друг другу.

Аня хотела сказать так много всего. Ей хотелось признаться в том, что их отношения с Майковым вышли на новый уровень. А еще — что она не хочет терять Эрика, она никогда не сталкивалась ни с кем настолько чистым душой и прекрасным, она не могла его потерять.

Ей нужен был такой друг. И она готова была стать для него другом тоже

* * *

Игорь честно пытался не нервничать, но Аня ушла. По делам. К Эрику.

Ему было приятно, что она призналась в этом, хотя не обязана была перед ним отчитываться. Но ей было неприятно, что она вообще общалась с этим парнем.

Он пытался поработать. В итоге испортил набросок и случайно разорвал его на куски. Случайно. На мелкие кусочки.

Потом он хотел прилечь на послеобеденный сон, но Буся разбесился в гостиной, и ему пришлось ловить мелкого проказника, уговаривая не ронять елку на пол.

В итоге кот вышел только благодаря шуршанию пакетика с «шебой» и важно прошествовал на кухню, как будто был здесь королем мира.

Оставив Бусю разбираться с лакомством, Игорь упал в кресло и включил телевизор. Шел выпуск новостей, но мысли Майкова были далеко. Он смотрел на подушки и вспоминал, как вчера вечером Аня откидывала на них голову, распластавшись под ним — красивая и полностью обнаженная. Смотрел на ковер и думал о том, как они целовались на нем, перекатываясь, словно подростки. Смотрел на шкаф и представлял, как она, танцуя в коротких шортах, вытирает с него пыль или просматривает названия книг, выбирая что-то для чтения перед сном.

Аня заняла всю его квартиру. И все его мысли тоже, потому что не было ни секунды, когда он не думал бы о ней. А еще ее запах. Она ведь не пользовалась никаким духами, но ее сладкий запах, нежный и мягкий, преследовал Игоря даже во сне.

Наевшийся Буся запрыгнул к нему на колени и спугнул улыбку идиота с его лица.

Игорь перевел взгляд на телевизор и увидел… себя.

Его единственное фото, которое Вика в прошлом году установила на его сайте, красовалось на экране в свежем выпуске новостей культуры.

Вне себя от ярости он прибавил звук.

Голос ведущей был звонким и резал слух. Игорь закрыл глаза, впитывая ее слова, как острые лезвия бритвы, забирающиеся ему под кожу.

— Кто он — будущий Леонардо да Винчи или обычный преступник? — спрашивала ведущая. — Игорь Майков — художник, благодаря которому живопись снова вошла в моду, — личность загадочная и скрытная. Пока его фанаты с рьяной страстью скупают с полок магазинов скетчбуки и краски, Майков старательно прячет подробности своей личной жизни. Но почему?

Слухи ходили разные, и Игорь об этом знал.

Кто-то говорил, что он мошенник и присваивает себе чужие работы. Кто-то — что он гей и прячется — от буллинга. Воображение — штука хорошая. Но Вика всегда говорила — пока ты молчишь, они будут копать.

Они накопали.

— Тайна оказалась достаточно примитивной и грустной. Влюбленные девочки, заткните уши, если хотите избежать разочарования в кумире. В юности Майков пережил смерть возлюбленной и, как сообщает источник, сам оказался виновником трагедии…

Не слушай, не слушай, НЕ СЛУШАЙ, — умолял он себя. Но это было так трудно. Сплетни, желтая пресса, надкусанные кусочки чужой личной жизни… Все это было чуждо ему. Он просто хотел жить в своем мирке, тихо и спокойно. Просто рисовать и наслаждаться этой работой.

Неужели он многом просил?

Это не должно было так задевать. Всего лишь очередная чушь журналистов. Но они затронули Сашу. Они откуда-то узнали о ней…

Он с трудом мог дышать. В горле встал ком и, вскочив на ноги, Игорь с размаха швырнул пульт прямо в телевизор. Голос ведущей булькнул и затих на потухшем экране.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 15

В доме было темно. Аня включила свет в прихожей и, пока раздевалась, ее преследовало острое чувство, что что-то случилось. Серьезно, если бы в нашем мире существовали дементоры, то Аня решила бы, что они наведались сюда по пути в Азкабан.

— Игорь? — позвала она.

Никто не ответил. Аня прошла в гостиную, включила свет еще и там.

Буся встретил ее, потираясь о ноги. Она погладила его, попутно извиняясь за то, что так долго отсутствовала и не купила его любимый паштет.

Первое, что бросилось ей в глаза — разбитый телевизор. Огромная трещина красовалась на громадной плазме, а рядом валялись запчасти от сломанного пульта.

Майков лежал на диване, глядя в потолок.

Аня застыла на месте.

Таким она его уже видела. Видела совсем недавно, буквально несколько дней назад, когда он скорбел о Саше в своей мастерской. А когда выходил — был чернее тучи, хмурым и наэлектризованным, что казалось — тронь его и взорвешься. Он бился током, даже если она стояла в другом конце комнаты.

Вот и сейчас.

Она не знала, можно ли ей к нему подходить. Разговаривать с ним. Спрашивать.

Прошло не меньше минуты перед тем, как он наконец посмотрел на нее. Потом молча протянул ей планшет.

Аня взяла его и сняла с блокировки.

В браузере был открыт новостной сайт. Аня видела его прежде — Лелику нравилось копировать броский и наглый стиль одного из редакторов. Но сам он не дорос до подобных статей и все его потуги выглядели жалко, как, впрочем, и сам Лелик.

Она начала читать.

И все встало на свои места.

Писали об Игоре и о Саше. И было так много грязи, так много лжи в его сторону, что она едва не захлебнулась злостью.

— Ты должен подать на них в суд! — заявила она.

Игорь сел. Все его тело будто вмиг усохло и стало хрупким, как стекло. Он сидел, как старик, как уставший от жизни путник. Ей было больно на него смотреть.

— Я не хочу, — ответил он.

— Но это все неправда! — Аня ткнула пальцем в планшет. — Ты не виноват в том, что с ней случилось. Они пишут, что ты знал этих ребят, а еще — что стоял в стороне и не защитил ее…

Лицо Майкова побледнело еще больше.

— По-твоему, я не знаю, что там написано? — сказал он таким ледяным тоном, что Ане стало холодно. — Я прочел это пару десятков раз.

— Игорь, — она села перед ним на пол, взяла его руки в свои. — Ты не можешь жить в своем мире вечно. Тебе придется давать