Возьми меня себе - Мария Летова

всё в нём. Понимание делает меня спокойной, как никогда. Просто быть с ним рядом - это значит чувствовать в груди безумную жажду жизни. Не думая ни о чём, просто делаю то, чего хочется. Я очень и очень редко делала то, что хочется. В своей жизни.

Привстав, кладу руки на его колени. Он напрягается, хватаясь за мои запястья. В голубых глазах вспыхивает предупреждение.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍“Иди к чёрту….”, - шепчу в своей голове.

Подавшись вперёд, быстро провожу носом по линии его челюсти, чтобы набраться смелости. А потом прижимаюсь к его губам своими.

От ощущений что-то взрывается в животе. Что-то, что взрывается там регулярно в последнее время, но теперь ощущения в сто раз острее.

Его губы тёплые. И такие… такие мягкие… я даже помыслить не могла о том, что они такие мягкие!

Максут дёргается и отшатывается, падая на задницу с рычанием:

- Айза!

“Иди к чёрту….”, - повторяю упёрто.

Толкнув его в грудь, забираюсь сверху, действуя так быстро, как только могу. Перекидываю ногу через литой живот, падаю вперёд, упираясь руками в пол вокруг его головы.

Хватает меня за хвост, но уже поздно, потому что я опять прижимаюсь к его губам своими. Целую их в торопливой панике. Отрываясь и снова прижимаясь. А когда легонько касаюсь их языком, он дёргает мои волосы всерьёз.

- Какого хрена ты сегодня творишь? - орёт шокировано.

- Я… извини… - бормочу неискренне, снова подаваясь вперёд и целуя его щёку раскрытыми губами.

- Слезь с меня, быстро… - выпускает волосы и хватает меня за талию, сбрасывая с себя, как психованный.

Цепляюсь за его плечи, обнимая шею руками, и снова целую, следуя за ним.

Перевернув на спину, с силой отталкивает от себя, вписывая в мат мою спину.

Вскакивает, глядя на дверь.

Там, застыв с изумленными лицами…

Стоит Тина и Мира с Дауром в переноске.

Чувствую, что близка к смерти…

- Выметайся, Айза, - требует Максут, широкими шагами направляясь в противоположный от меня угол комнаты. - Чтобы я тебя больше здесь не видел!

Смотрю на его спину, закипая.

- Я же извинилась! - кричу, вскакивая на ноги.

- Выметайся!

- Ну… ну и ладно, - ору ему вслед.

От стыда смотрю в пол и несусь к двери, пытаясь понять, что я наделала…

Глава 24. Айза

От холода хочется бежать.

Так и делаю: торопливо переставляю ноги, мечтая поскорее оказаться в тепле. Ледяной ветер гонит в спину, срывая с сугробов снег и кружа его в воздухе. Трамвайная остановка в десяти минутах ходьбы от дома. Через парк ближе, поэтому сворачиваю в него, на ходу меняя направление и просовывая руки в рукава шубы. Кошусь на забитый детьми каток, проносясь мимо как метеор на негнущихся ногах.

Чёрт, как же холодно…

Пройдя насквозь, оказываюсь на тротуаре и, не сбавляя скорости, припускаю по нему.

В нетерпении считаю шаги, глядя себе под ноги. Но когда вижу освещённую фонарями ограду дома, торможу, впиваясь глазами в припаркованную рядом большую чёрную машину.

От волнения сердце ухает в пятки, но это совершенно напрасно! Потому что внутри никого нет. И поблизости тоже.

Он вернулся.

Он здесь, в доме.

Запрокидываю лицо и выдыхаю белый пар в тёмное небо.

Наконец-то…

Улыбаюсь и зажмуриваюсь, вдыхая полной грудью.

Приглушённые голоса прохожих возвращают на землю. Отойдя в сторону, пропускаю двух мужчин и медленно иду вдоль его машины, проведя варежкой по тонкому слою снега на заметённом окне. Смотрю на дом, передёрнув плечами от холода.

Его не было четыре дня. С учётом того, что до этого я скрывалась от всех почти неделю, я не видела его целую вечность…

А что он?

Ему все равно?

Я знаю, что это не так.

Я знаю, что ему на меня не плевать. Не плевать. Просто знаю. От этого в груди скапливается тепло. Если бы ему было плевать, я бы почувствовала. Потому что я знаю, как выглядит безразличие. Очень хорошо знаю.

Я никогда не думала, что может быть так хорошо в чьих-то руках. Никогда не думала о том, что можно так… хотеть мужчину…

Его губ и рук. Его запаха…

О, боже…

“Где ты был?”, - спрашиваю беззвучно, чертя на стекле кружок.

Я скрывалась все те дни, чтобы дать ему время остыть. Но больше не могу терпеть. Просто не могу больше терпеть. Мне нужно его увидеть. Даже злого. Любого.

Я ни о чем не жалею. Но очень хочу помириться. Потому что жить в состоянии раздора просто невыносимо!

“Невыносимо, слышишь?”, - с обидой и тоской проговариваю в своей голове.

Я скучала. Когда ночью закрываю глаза, представляю, что вокруг меня его руки.

Я могла бы жить в раздоре с кем угодно, но только не с ним.

Мы могли бы… просто забыть обо всём…

Сама я ничего забывать не собираюсь. Я не смогла бы, даже если бы захотела. Ни одной проведенной с ним минуты. Ни в тот проклятый день, и ни в какой другой. Всё что я вытворяла тем вечером, проносится перед глазами в мельчайших подробностях. Мне стыдно, но не перед ним.

Перед ним мне не стыдно, чёрт возьми!

Нет ничего стыдного в том, что я чувствую к нему. И если это ему не нужно, тогда…

Боже…

Я не успела подумать об этом. Или не хотела.

Отряхнув варежку о бедро, поправляю шапку и иду к дому. Дорожка расчищена и выглядит, как траншея. Вдоль неё через каждый метр вмятые фигуры маленьких и не очень ровных снежных ангелов.

Достаю из кармана своё ключ, и отпираю дверь, горя желанием поскорее оказаться внутри.