Разрушая твои границы (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна

Мы направились к воротам, а навстречу нам вышла симпатичная ухоженная женщина, кажется, я видела её вчера. И не успела я что-то сообразить, как услышала:

— Привет, сынок.

Сынок? Что? Он меня к родителям привёз? И ничего не сказал? Я его убью. Перевела на него взгляд, прожигая в черепе дыру. Подпалить и сжечь на костре. Такая подстава.

— Привет, мам, это тебе, — протянул букет и конфеты, нежно поцеловав женщину в щеку.

Так вот, кому второй букет и конфеты. Она глянула на пакет и искренне улыбнулась. Любимые конфеты? Так мило.

— Я привёз её, — глянув на меня с опаской, произнёс он.

— Здравствуйте, — только и смогла выговорить я от волнения, — Марина.

— Светлана, приятно познакомиться.

— И мне, — улыбнулась в ответ.

— Пойдёмте в дом. Марина, у вас такое лицо, Лёша что, не сказал вам, куда вы ехали?

Я помахала головой из стороны в сторону.

— Она бы не поехала, — перебил он маму.

— Вижу, вы доверяете моему сыну, Марина, раз поехали с ним в неизвестное место.

Я замялась, а ведь она была права. Доверяла. До сегодняшнего дня. Больше он от меня не дождётся доверия.

— Сегодня он исчерпал весь лимит доверия, — улыбнулась я ей.

— Это я хотела с вами познакомиться, — продолжила Светлана.

Забрав мой букет и передав оба Лёше, она отправила сына поставить цветы в вазу и сделать кофе.

— Пойдёмте, прогуляемся, Марина, — указала она на каменную дорожку, уходящую за дом.

Я впилась когтями в ладошку, ожидая её вопросов. Что она хотела узнать? Зачем привозить меня сюда, знакомиться, если я послезавтра уезжаю.

— Букет… это Алексей вам подарил? — Я махнула головой, — просил прощения за вчерашнее?

— У него уже до этого были косяки. Вчерашнее — это не единственный случай, это скорее итог, — у мамы Светы расширились глаза.

— Не единственный? — удивилась она. — Что вы с ним сделали, Марина? Я думала, он знает, как завоевать девушку, а тут всё наоборот.

— Я не его девушка.

— Я знаю — коллега, правильно? — Я махнула головой, — он вам нравится, Марина?

Ого, как резкого она сменила тему разговора. Зачем ей это? Что-то я не готова рассказывать Светлане, кто мне нравится и что между нами.

— Извините, но я не хочу это обсуждать, — отвертелась я.

— Я и так знаю, что нравится. Я же мать.

— Я вам ничего не говорила, — подмигнула я женщине. — Что вы выращиваете в этом парнике? — Указала на небольшое ограждение в конце участка.

— Огурцы и помидоры. Люблю летом свои, свеженькие. Хотите посмотреть.

— Да, у моих родителей тоже есть дача, — поддержала я разговор темой огородов и посадок. Все люди в возрасте тают от этой темы.

Мы осмотрели грядки, благо Светлана больше не возвращалась к обсуждению Алексея.

— Мам, кофе готово, — крикнул в окно Лёша.

— Да, идём, — ответила женщина.

— Можно один вопрос, Светлана? — направляясь к дому, спросила я.

— Да, конечно, — с любопытством посмотрела она.

— А конфеты это были ваши любимые или просто так?

— Любимые, — непонимающе махнула головой.

— Извиняется?

— Да, — улыбнулась она, поняв, к чему я веду. — А знаете за что? — Я отрицательно махнула головой. — Я пожурила его за то, что отправил вас домой вчера ночью в незнакомом городе и даже не позвонил, узнать добрались ли вы.

— Я сама ушла, — успокоила я её.

— С пьяным-то конечно, каши не сваришь… — посмотрев хитро на меня, сказала она.

— Давайте всё останется между нами, — предложила я, как раз, когда мы подошли к дому. И надо же было Лёше открыть дверь в этот самый момент. Ничего не сказал, но, вытянув губы вперёд, пристально посмотрел на меня, потом на маму.

— Пошли уже пить кофе. Я кекс испекла, — перевела разговор женщина.

Мы все зашли в очень светлую просторную гостиную. На весь дом разносился аромат выпечки и свежесваренного кофе. Интерьер в доме был создан со вкусом, при этом чувствовалось, что этот дом любят. Фотографии, свежие цветы, одинаковые оттенки мебели и предметов, камин.

— Хотелось бы мне тоже в таком доме жить, — ахнула я.

— А вы где живёте, Марина? — спросила Светлана.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Пока мы пили кофе, я рассказывала, где я живу и выросла, кто мои родители. Светлана очень быстро расположила к себе. Мы находили всё новые и новые темы для разговора. Она была очень начитанной и грамотной. Теперь я понимала, в кого её сын. Нечасто встречаешь человека, с которым можно просто так разговаривать на разные темы и ты просто влюбляешься в него.

Поэтому, когда Лёша предложил уже ехать домой, я удивилась тому, как быстро пролетело время.

— Лёша, иди, мы сейчас придём с Мариной, — сказала Светлана сыну.

Он забрал мой букет и направился к машине.

— Марина, я не буду лезть в ваши отношения, вы взрослые люди и сами разберётесь, чего хотите. Возьмите мою визитку, если захотите просто поговорить или нужен совет, можете смело звонить. И это не означает, что я сразу побегу рассказывать всё Лёше. Скорее, наоборот, из меня лишнего слова не вытянуть ни вам, ни ему. В вас кое-что есть. Я это рассмотрела. Рассмотрит ли мой сын, я не знаю. Это его жизнь и его выбор.

От её слов, у Меня мурашки побежали по рукам. Это было очень трогательно, искренне, открыто смотря в глаза.

— Спасибо, мне очень приятно, — убирая визитку в сумочку, сказала я, — но я думаю не совсем уместно звонить маме мужчины, который, — запнулась, подыскивая другое слово, — с которым я работаю.

— А вы воспринимайте меня не как маму, а как Светлану.

— Хорошо, спасибо.

— Пойдёмте, Мариночка, Лёша уже нас заждался, — взяв меня под руку, пошла в сторону ворот.

— А вы спелись, я мог только Марину привезти и уезжать, — усмехнулся он.

— Всего хорошего, Марина, — чмокнула меня в щёку, и я пошла в машину. Она же что-то шепнула ему, отчего Лёша закатил глаза и улыбнулся.

— Пока, мам, — только услышала я.

Когда мы в город вернулись, уже стемнело, я забрала свою машину и поехала в отель под предлогом собираться.

В один день всё окончательно перевернулось. Его отношение ко мне, к своей маме, всё это было так искренне, не наигранно, увидеть его такого… Что-то поменялось, мне стало не комфортно с ним наедине. Смотреть на него. Шутить. Мне хотелось скорее уехать из этого города. Не приходить завтра на работу и вообще пропасть.

Лёша же, как назло звонил и писал.

— Мне кажется или ты от меня бегаешь? — спросил он на следующий день, встретив меня в коридоре.

Семнадцатый кирпич. Алексей

— Тебе кажется, — кинула она мне в ответ, — я спешу.

— Подожди, — перегородил ей дорогу, — я что-то сделал не так?

— Нет, всё нормально. Я просто… — бегала глазами, явно выкручиваясь и подыскивая причину, — не доделала то, что ты просил.

— Это может подождать, — не отставал я.

— Нет, не может, — обогнув меня, вышла из кабинета.

Что могло случиться за ночь? Мы вчера провели целый день вместе. Она уехала от мамы в нормальном настроении. А с утра приехала хмурая. Молчит. Избегает меня. Может что-то случилось дома? В таких ситуациях, если человек сам не хочет говорить, то лучше не лезть. Обедать со мной отказалась, уехала с Артёмом.

Брала любое задание, лишь бы не находится со мной в одном помещении. А я не понимал, чем её обидел.

Вечером, я, наконец, отловил её и предложил прогуляться.

— Эээ, — начала выкручиваться она, — я не могу, мне надо собираться.

— Ты вчера собиралась, — перебил девушку.

— У меня много вещей. Я не могу… У меня дела… Извини, — и направилась на выход.

— Что с тобой происходит? — успел схватить её за локоть и остановить.

— А что со мной происходит? — распахнула глаза и уставилась на меня, будто ничего в её поведении необычного не было.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты молчишь целый день, бегаешь от меня.

— Мне… просто грустно от вас уезжать, — опустила она глаза, — не хочу об этом думать, хочу чем-то себя занять, — глубоко вздохнув, выдохнула она.