Лайан Конуэй - Ослепленная звездой

Лейн невольно улыбнулась.

— Ему нравится владеть собой, но, по-моему, в душе он человек мягкий.

Макс направился к двери.

— Не надо разрушать моих иллюзий. Я предпочитаю шоколад с орехами. Теперь отдыхай и ни о чем не беспокойся.

У Лейн и сил не было, чтобы о чем-то беспокоиться. Около пяти вернулся Патрик, который принес суп и рогалики. Лейн постаралась изобразить благодарность.

— Еще две таблетки на ночь, — велел он, — затем по две три раза ежедневно, пока не выпьете весь пузырек. Давайте еще раз измерим температуру.

— Вы хотите сказать, что уже измеряли?

Он кивнул, вставляя ей термометр под язык.

— Вы не заметили, потому что бредили. Мы сняли с вас мокрую рубашку и поставили термометр под мышку.

Лейн страдальчески замычала.

Патрик понял ее.

— О да, Фергюс помог мне. Вы немного метались. Он заменил рубашку тем, что на вас надето.

Лейн снова замычала и возбужденно покачала головой. Патрик поправил термометр и улыбнулся, глядя на ее огорченное лицо.

— Ну-ну, не надо на меня сердиться! Он сказал, что видел все это и раньше, между прочим.

Лейн пришлось сдержать свое возмущение, пока Патрик не вынул термометр, после чего ей хватило сил хлопнуть по постели и произнести:

— Мерзавец!

— Понимаю, — посочувствовал Патрик, — в наши дни рыцарство большая редкость. Все же отдайте ему должное, он столько времени провел с вами сегодня днем, что опоздал на съемку. Аксель сказал, что больше никогда не будет связываться со звездами экрана.

— О, нет! Господи!

— Фергюс переживет это. Все, между прочим, из-за жары. Теперь послушайте меня, девочка. Хотя глазки ваши смотрят веселее, вам еще долго из этого вылезать. Пейте побольше воды из этих бутылок и постарайтесь поесть. Понятно? Думаю, у нас еще обнаружатся больные, так что кормить вас с ложки я не буду.

Лейн поблагодарила его за проявленную заботу.

Когда врач ушел, она попыталась думать о еде, но, потерпев фиаско, ограничилась стаканом воды. Головная боль ослабла, но по-прежнему болели суставы. Горячий ветер, залетавший с балкона, не приносил облегчения. Через некоторое время Лейн заснула относительно спокойным сном. Один раз ее разбудил смех за дверью, но она заснула снова, с готовностью подчиняясь требованию своего организма.

Когда она окончательно проснулась, в комнате было темно, только на балконе что-то светилось. Лейн громко зевнула, потянулась и начала шарить в поисках столика возле кровати. Но тут источник света на балконе стал передвигаться, и, к своему удивлению, она разглядела длинные мужские ноги, направляющиеся в комнату. Фергюс закрыл за собой балконную дверь и, убедившись, что она проснулась, подошел к постели.

— Свет не беспокоит?

Спросонья Лейн буркнула «нет», но, когда луч фонаря упал ей на лицо, закрылась ладонью.

— Что ты здесь делаешь? Который час?

Он выключил фонарик.

— Без четверти двенадцать. Ханна спит без задних ног, и я решил составить тебе компанию и пройтись по завтрашним эпизодам.

Глаза Лейн начали привыкать к темноте.

— Я не слышала, как ты вошел.

Фергюс примостился на краешке постели.

— Боюсь, я не постучал. Ты так хорошо спала все это время. Как себя чувствуешь?

— Как ни странно, чуточку больше стала походить на человека.

— Тогда тебе пора поесть.

Она нахмурилась.

— Тебя Патрик прислал?

— Нет.

Лейн по-прежнему пребывала в замешательстве.

— Тогда возвращайся к Ханне. Со мной все в порядке, правда.

— Сначала мы что-нибудь съедим. — В голосе его слышалась серьезная озабоченность.

Напряжение оставило Лейн.

— «Мы» — в смысле нашего королевского величества?

Он улыбнулся.

— Кому-то надо набираться сил.

Он взял термос и налил в чашку немного бульона. Первой ее реакцией на еду было отвращение.

— Хоть чуть-чуть, — просил он.

Лейн сморщила нос, но чашку осторожно взяла.

— Давай, давай.

Глубоко вздохнув, Лейн пригубила и даже сделала глоток. Оказалось, ничего отвратительного в бульоне не было, и она благополучно выпила его. Фергюс уже держал наготове хлеб и налил еще бульону.

— Не лезет, — пожаловалась она.

— Рот маленький?

Он начал отламывать маленькие кусочки и класть ей в рот. Она бросала на него обиженные взгляды, какими обычно пользовалась Ханна, чтобы укорить отца. Впрочем, на него эти взгляды не действовали. Лейн с трудом проглатывала маленькие кусочки, и он тут же подносил чашку с бульоном. Вот так вышло, что вместо Патрика с ложечки ее кормит Фергюс. Умяв половину рогалика, Лейн заметила:

— Видишь ли, я уже достаточно большая девочка.

— Разумеется, — согласился Фергюс дружелюбно, продолжая следить, чтобы она ела.

— Я все съела, теперь ты доволен?

— Почти. Остались две таблетки, которые не выпила раньше.

Проглотив таблетки, Лейн спросила:

— Почему ты делаешь это?

Он пожал плечами, забрал у нее стакан и только тогда ответил:

— Ну, я как бы в долгу у тебя.

— Что это ты мне задолжал?

— Сегодня ко мне подошел Макс и сказал, что он гей, и, хотя были времена, когда он был подвержен искушениям, вы с ним «просто добрые друзья». Словом, прошлой ночью меня слегка занесло.

— Это я должна извиняться, Фергюс. — Лейн отважилась дружески хлопнуть его по колену. — Мало всего, так еще из-за меня у тебя неприятности с Акселем.

Он накрыл ее ладонь своею.

— Весь день сегодня мне жужжали в уши по поводу тебя. Ну а Акселю я ответил, что он не имеет права выгнать меня из фильма и кем-то заменить, потому что, во-первых, есть надежный договор, а во-вторых, мне известно из авторитетного источника, от самого автора, что роль писалась специально для меня. — Смущенная Лейн пыталась убрать руку, но Фергюс не выпустил ее. — Акселю пришлось согласиться, что только Фергюсу Ханну или его двойнику под силу создать образ прожигателя жизни, пьяницы и сексуального маньяка вроде Леннокса.

Лейн закрыла лицо ладонью и сползла на подушку.

— Хочешь, чтобы я опять заболела? Вот что ты делаешь!

Фергюс наклонился к ней и отнял ладонь от лица.

— А в действительности я хотел бы узнать об этом побольше.

Лейн отвернулась, чтобы не видеть его.

— Ты сам это говорил о себе, а не я, и сделал собственные выводы.

Зависла пауза, и сердце Лейн заныло, когда она услышала:

— Значит, я попал в точку, так получается?

Она нервно тыкала пальцами в угол подушки.

— По-моему, ты должна ответить мне, — настаивал он.

— Я бы предпочла сейчас поспать, — буркнула Лейн и легла на бок.