Полина Маслова - Как заполучить чужого мужа

Наверное, поэтому Феликс и приснился мне. Мы были на какой-то набережной, не виденной мной прежде. Шел снег. Феликс молча смотрел на меня и плакал. Мне было больно, тоскливо, но я почему-то знала, что ничем не могу помочь ему и мы встретились в последний раз…

Я проснулась от странного звука, доносившегося откуда-то снизу. Полежав немного с открытыми глазами, я вернулась из печального сна и сообразила, что нахожусь в квартире Вадима, уже день — сквозь шторы пробивались лучи, образовывая на паркете неровные полоски, словно солнце расписалось в том, что все, случившееся со мной, явь… Внизу гудел пылесос — видимо, как и говорил Вадим, пришла женщина навести порядок.

Не торопясь, я приняла ванну, оделась, а потом спустилась вниз. Мрачноватого вида женщина чистила ковер в гостиной. Я задумалась о том, как это принято у богатых — просто ли здороваются они со своей челядью или же, напротив, считают своим долгом разговаривать с простыми людьми?.. Ответа я не знала и потому, просто поздоровавшись, прошла на кухню. Там лежали пакеты с продуктами. Я взяла персик, надкусила его — во все стороны брызнул сок, и я испуганно покосилась в сторону гостиной. Горничная продолжала уборку, не заметив моей неловкости. Казалось, она не замечала и меня.

Я доела персик, пытаясь понять значение своего сна: почему плакал Феликс?.. Может быть, ему все-таки станет больно, когда он узнает обо всем? Или — наоборот — больно будет мне, если в итоге ничего у меня с Вадимом не получится?.. Я сжалась, испугавшись собственных мыслей. В самом деле, с чего это я так ликую? Ну, случилось, я понравилась ему, он даже переспал со мной, но ведь это еще не значит, что отношения будут продолжаться, что он не передумает, что моя жизнь в корне переменится… Он всего лишь предложил мне переночевать в своей городской квартире. И, между прочим, уходя, не сказал, когда придет и придет ли вообще…

Зазвонил телефон. Я вздрогнула. Горничная вопросительно посмотрела на меня:

— Подойти?

— Да. Конечно. Она взяла трубку:

— Алло?.. Минуту… — взглянула на меня: — Вас…

Это был Вадим:

— Проснулась?

— Да… — ответила я и прибавила поспешно: — Скоро поеду домой…

— Зачем? Оставайся. Я заеду вечером.

Я осторожно перевела дыхание, чтобы — не дай бог! — вздох облегчения не услышался на том конце провода.

— Ну, тогда я просто съезжу домой переодеться и вернусь…

— А зачем тебе тащиться в Химки?.. — сказал Вадим, и мне показалось, что я слышу, как он улыбается. — Деньги — если вдруг тебе что-то понадобится — в спальне, в секретере. В центральном ящике… Повернешь ключик и увидишь…

— Не надо, — запротестовала беспечная девочка.

— Нет, надо, — твердо возразил Вадим. — Не будь ребенком. Не деньги портят человеческие отношения, а их отсутствие. Запомнила?

Как это оказывается просто: просчитывать наперед его реакции и подавать правильные реплики.

— Запомнила, — ответила я в трубку. — Но, Вадим… У меня есть свои деньги.

— Много? — весело поинтересовался он.

— Нет, не очень… — смущенно призналась я.

— Ну, вот видишь?.. А мне хочется, чтобы сегодня вечером ты была безумно красивая… Как быть?

— Как?

— Пойти и купить себе чего-нибудь эдакое…

— Но я не знаю твой вкус…

— Зато мы узнаем твой!.. — засмеялся Вадим. — Ну все. Хоп! До вечера!

— До вечера…

Продолжая улыбаться, я положила трубку, после чего снова надкусила сочный персик и поднялась наверх. Повернув ключ, торчащий из секретера, я выдвинула центральный ящик и, как и обещал Вадим, увидела деньги. Их было много, очень много: две банковские пачки стодолларовых купюр. Таких денег я никогда в своей жизни не видела… И, поворачивая ключ, рассчитывала не более, чем на несколько сотенных бумажек…

Я опустилась на край кровати и задумалась. Конечно, количество оставленных денег не имело прямого отношения к степени влюбленности Вадима. И даже к его щедрости. Все это говорило лишь об одном: Вадим любил заботиться о других, это доставляло ему удовольствие… Мне вдруг стало жаль его…

Из денег, оставленных Вадимом, я взяла пятьсот долларов. Прежде, чем отправиться по магазинам, я позвонила Феликсу и назначила ему встречу в кафе «Цитрус» на Маяковской. Я знала, что здесь любили встречаться Алена и ее подруги. Мне было приятно сознавать, что я иду ее дорожками, пью кофе там, где любит его пить она, сплю с тем, кого любит она…

— Кафе не из дешевых, — заметил Феликс, усаживаясь напротив меня на черно-белом диванчике, окрашенном под зебру.

— Я тебя пригласила — я заплачу, — ответила я и, улыбнувшись, рассказала ему все.

Феликс слушал внимательно. В отличие от Феликса из моего сна он не проронил ни слезинки. Наоборот — мягко улыбался, как учитель, принимающий экзамен у лучшего ученика и радующийся правильному ответу.

— Надеюсь, ты не взяла все деньги?

— Конечно, нет.

— Долларов пятьсот, не больше?

— Ровно пятьсот.

— Умница, — кивнул он. — Ты сама хоть понимаешь, какая ты умница?

— Не-а. Мозгов не хватает.

Феликс улыбнулся моей шутке и принялся за салат из морепродуктов.

— Слушай, а дальше что? — Дальше — больше.

— Я имею в виду не деньги.

— Я — тоже. Во всяком случае, не только деньги… Будь умна и осторожна. Легка. Разнообразна.

— Разнообразна? — переспросила я. — В смысле, в постели?

Феликс вдруг рассмеялся:

— Ты удивишься, но это как раз не обязательно… Для этого есть другая категория барышень… А ты — для того, чтобы он любил тебя… Так что поражай его многогранностью характера, а не… — он не стал продолжать, полагаясь на мою понятливость, и спросил: — А как он, кстати, в постели?

— Феликс… — растерянно протянула я. — Все нормально. Какая тебе разница?

— Просто интересно, — он пожал плечами. — У тебя появились секреты от меня?

— Это не секрет… Но…

Но мне не хотелось болтать об этом — вдруг потом мне будет стыдно смотреть на Вадима?

— Я не умею рассказывать о таких вещах… — закончила я. — Все в порядке, я же сказала… Он…

Я вспомнила, с какой нежностью Вадим обнимал меня, и замолчала, твердо решив, что не стану рассказывать об этом Феликсу. В конце концов это были детали, и они принадлежали только мне.

— На самом деле, я не знаю, как он ко мне относится… — сказала я, мягко меняя тему. — Надолго ли это… Серьезно или нет… Не знаю.

— А ты не торопись. Мы все узнаем со временем…

— От Зины?..

— Конечно. Она — наша рука на пульсе. Понять, как Вадим относится к тебе, можно только по реакциям его жены.

— Ты перескажешь мне все, что узнаешь от Зины, ладно?

— Разумеется. У меня нет от тебя секретов, — заметил Феликс.