Лорен Маккроссан - Ангел в эфире

– Гос-с-поди, – выдыхает Мег, – огромное-то какое.

– Что верно, то верно, – фыркает Кери, впившись взглядом в перстенек. – Где он откопал такого монстра? Напал на трансвестита?

Час триумфа оказался краток.

Выхватываю футлярчик, захлопываю крышку и, пристально глядя в насмешливое лицо Кери, уточняю:

– Премного благодарна. Между прочим, Кери, ты говоришь о моем обручальном кольце.

– Я так и подумала, – усмехается она, – неудивительно, что ты не можешь решиться, если придется носить такое безобразие.

– Какая ты злюка, Кери! – вступается Мег, дружески похлопывая меня по руке. – Симпатичное колечко.

Кери неторопливо обводит глазами оранжевый наряд моей преданной подруги.

– Симпатичное безобразие.

Меган явно задета: надувается и обиженно складывает руки на груди. Я забираю футляр, отказываясь говорить до тех пор, пока с губ Кери не сойдет триумфальная улыбка: ведь наша защитница справедливости искренне считает своим высшим предназначением наставлять таких дурнушек, как мы, в вопросах изысканности и стиля. Наступило тягостное молчание, и мой взгляд сам собой вернулся к телефону. Коннор давно должен был приехать и позвонить. Что же он тянет? Сначала я ждала его звонка с ужасом, теперь мучусь оттого, что он до сих пор не объявился. Уже девять часов: самолет сел утром – полдня прошло. Откровенно говоря, мне не по себе: такое чувство, будто со мной поступают непорядочно.

– Так зачем было соглашаться, если не уверена? – спрашивает наша сплетница.

– Я, э-э, хм…

– Боялась задеть его чувства?

– Да нет.

– Раньше не сомневалась?

– Нет.

Пригубив вино и облизнув верхнюю губу, Кери продолжает:

– Тогда не понимаю. Вы давно знакомы, так неужели до сих пор не отучились друг другу врать?

– Послушайте, – начинаю я дрожащим голосом и осекаюсь: как подумаешь обо всем на трезвую голову, жуть берет.

«Кого я обманываю?»

– Честно говоря, девчонки, это была оплошность с моей стороны.

Перевожу взгляд с одной на другую. Нижняя челюсть Мег опять отваливается до самых туфель. Кери сидит мрачнее тучи.

– Оплошность? – переспрашивает она. – По-моему, тут невозможно перепутать, Энджел. Ты либо отвечаешь «да», либо «нет».

– Я с тобой вполне согласна, – робко пожимаю плечами. – Пойми, я дала маху. Коннор разбудил меня ни свет ни заря: он собрался ехать – в дверях уже стоял и был как на иголках. Я имела в виду, что согласна подумать, а он не дослушал. Как пойдет на радостях куролесить…

– Да, дело дрянь, – вздыхает Кери.

– Ой-ой, – говорит Мег, – бедняжка Коннор.

– Это я бедняжка: взяла и все испортила.

Наш скептик откидывает за спину прядь волос и прочищает горло.

– Ты обязана поставить его в известность. Нельзя вводить человека в заблуждение: он будет считать, что помолвлен, а на самом деле все вовсе не так. Ты должна ему все рассказать: объясни, что вышло недоразумение, и ты за него не выйдешь.

– Но я не говорила, будто не собираюсь за него замуж, – причитаю я. – Я пока не решила. Мало ли – а вдруг захочу. Надо хотя бы с мыслью свыкнуться.

– Что ж, времени на размышления у тебя предостаточно, – соглашается Мег. – Коннор не скоро приедет.

– Вот именно, – улыбаюсь я. – Значит, пока дело терпит. И вообще, я думаю, нам уже самое время пожениться. Что скажете, подружки?

– Решать тебе, цыпочка моя, – отвечает Кери. – Вы давно встречаетесь. Впрочем, я понимаю твои опасения, ведь не зря говорят: лучшее – враг хорошего. Может, и не стоит рисковать – как бы хуже не вышло.

Киваю, закусив губу.

– А раз сомневаешься, значит, ты не из тех, кто спешит выскочить замуж.

– Только имей в виду, цыпуль: отказом ты его без ножа зарежешь, – испуганно встревает Мег. – Ты же сама рассказывала, как он обрадовался; ну вот, дня не прошло – а ты уже решила обломать парня.

Пока подруги дискутируют, мне остается слушать скрепя сердце.

– Ну, на этот счет не беспокойся: Коннор быстро оправится, – небрежно отмахивается наша ехидна.

– Слушай, кроха, вы ведь с Коннором идеальная пара, – уверенно заявляет Мег. – Лучшего мужа и желать не приходится, да и из тебя получится отличная невеста, даже не сомневайся.

– Только не забывай принять в расчет, что свадьбой все не закончится. У вас впереди будущее.

– И я о том же: не отказывай хорошему человеку – всю жизнь себя корить будешь.

Такое чувство, что я попала на теннисный турнир: одна посылает аргумент, другая его берет, я считаю подачи.

– Поговори с ним, – настаивает Кери. – Поделись своими сомнениями.

– А если он ее бросит? – возражает Мег, качая головой. – Предложения, между прочим, не каждый день делают.

– В прошлом месяце мне трое делали предложение, – ухмыляется красотка, – и ни одному я не ответила согласием. Говоря по чести, двоим я вообще не сочла нужным отвечать.

– Наверное, не знала, как их зовут, – ворчит Мег, а в глазах так и беснуются чертенята. – У нас другая ситуация.

– Господи, ну я не знаю, – хватаюсь за голову. – Я очень люблю Коннора, только вся эта белиберда с замужеством на меня как снег на голову свалилась. Да еще и он в отъезде – я совсем запуталась. С одной стороны, мне кровь из носу надо с ним посоветоваться, а с другой – не знаю, как все преподнести.

– Ничего не говори! – взвизгивает Мег.

– Скажи, что он неправильно понял, – перекрикивает ее Кери.

Звонок! Звонок!

Все затаили дыхание, три пары глаз устремлены на телефон Кери, вскакивая с дивана, делает Мег знак, хватает замшевый плащ и, крепко стиснув запястье подруги (та свободной рукой пытается ухватить оставшиеся в коробке кусочки пиццы), тащит ее в коридор.

– Куда вы? – жалобно вскрикиваю я, понимая, что теперь придется самой расхлебывать ужасную кашу, что я заварила сегодня утром, объясняя своему парню, будто невестой я сделалась по ошибке, которую хочу исправить.

Ну спасибо, подруженьки.

– Это конфиденциальный разговор, в таких делах третий лишний, – кивает на телефон Кери, увлекая толстушку за собой.

Исчезли быстрее, чем школьники с последнего в учебном году урока…

– Смельчаки сваливают, когда жарко, – ворчу я и отвечаю дрожащим голосом; – Да, алло.

Жду, затаив дыхание. На том конце провода молчат – наверное, какой-нибудь телефонный хулиган. Ну, камикадзе, погоди! Добалуешься ты у меня.

– Алло, – повторяю уже настойчивее. В трубке щелчок – и отвечают:

– A1lo, allo, oui, Angelique, c'est maman a l'appareil. Cа va?[23]

Черт, мамуля.

– Oui. Јa va, maman.[24]

Спасибо мамуле, что я знаю французский, а все потому, что она больше английского языка ненавидит только саму Англию. Конечно, это не классический слог Пуаро, а скорее сленг, за что мне частенько попадало на уроках французского языка в старших классах. Честно говоря, с тех пор как я окончила школу, редко выпадал случай попрактиковаться – кроме, разве что, разговоров с мамулей. Видите ли, на радиостанции, где Уэльс считают «заграницей», не слишком велик спрос на «беглый» французский. В лучшем случае я могу заказать по-французски круассан в пекарне за углом – к этому и сводится вся моя разговорная практика.