Эстер Росмэн - Колыбельная для мужчин

Может быть, несчастной девчушки уже нет в живых… Зак густо покраснел и добавил уже не так уверенно…

– Я… ничего не знаю. Но ведь… столько людей занимается ее поисками… Наверное, они… В конце концов…

Он и сам почувствовал, как неуклюже и наивно выглядело это объяснение. А в глазах Кэтрин стояла нестерпимая боль. Она вынула из сумочки носовой платок, вытерла заплаканные глаза и мягко сказала:

– Я очень надеюсь, что так и будет, Зак! Надо надеяться! Иначе невозможно жить…

Кэт взяла руки Закари и переплела свои длинные тонкие пальцы с его. Он почувствовал, как по всему телу будто бы пробежал электрический ток. Кэтрин неожиданно показалась ему такой юной, хрупкой и легко ранимой. Зак даже стал сомневаться, действительно ли перед ним его мачеха. А она встала, поднялась на цыпочки и нежно поцеловала пасынка в щеку.

– Спасибо, что понял меня, Зак, – прошептала она. – Мне сейчас так нужен верный друг!

Зак смотрел в глаза мачехи, чувствовал тепло ее частого, нервного дыхания и хотел, жаждал нового поцелуя…

Но Кэтрин вновь улыбнулась и отпустила его руку. Потом собрала свои вещи, разложенные на столике, сунула под мышку газету и пошла по желтой дорожке к отелю. Зак остался стоять у бортика бассейна, оторопело глядя ей вслед, не в силах понять, что произошло…

Острая боль подобно кинжалу пронзила грудь Уитта. Несколько мгновений он не мог вздохнуть. Ощущение было такое, будто чья-то сильная рука сдавила ему горло и принялась душить. Куда, черт побери, запропастились эти таблетки? Шатаясь, Уитт подошел к столу и выдвинул средний ящик. Там лежал нитроглицерин. Он вынул коробочку, высыпал на ладонь сразу три таблетки и проглотил. Потом сел за стол и, облокотившись на него, сжал виски руками. Так прошло минут десять. Ему стало легче.

Хорошо, что никого рядом не было! Только доктор Мак-генри знал о том, что Денверс-старший страдает болезнью сердца. Но он нем как рыба. Для всех остальных это оставалось тайной…

Уитт поправил галстук и нажал на кнопку селектора.

Секретарь доложил, что в вестибюле дожидается мистер Роджер Фелпс.

– Фелпс? Пусть заходит!

Фелпс раньше был агентом ФБР. Потом вышел на пенсию и открыл собственное бюро по расследованию преступлений. Уитт не питал больших иллюзий относительно его талантов. Но все же решил испробовать и этот вариант.

Войдя в кабинет, Фелпс плотно закрыл за собой дверь и сел напротив Денверса. Пытливо посмотрев на хозяина отеля, спросил:

– Чем смогу быть полезен, мистер Денвере?

– Вы уже, наверное, сами догадались. Исчезла моя дочь Лонда. Вот уже месяц, как полиция и ФБР пытаются обнаружить хоть какие-нибудь следы, но все безрезультатно. Впрочем, я всегда считал, что компетентность этих служб равна нулю или приближается к подобному уровню.

Фелпс Молча сделал глоток кофе из чашечки, предложенной ему Уиттом.

– Мне вас рекомендовали как в высшей степени опытного и квалифицированного специалиста, мистер Фелпс, – вновь заговорил Денвере.

Тот учтиво кивнул головой, но опять не произнес ни слова. Уитта это начало раздражать.

– Скажите мне честно, мистер Фелпс, – сказал он почти грубо, – стоит ли мне платить вам немалые деньги, если ФБР и полиция так и не смогли что-нибудь сделать?

Фелпс чуть выгнул левую бровь и спокойно ответил:

– Вы хотите отыскать свою дочь? Давайте займемся этим.

– И вы верите в успех?

– Если поиски окажутся безрезультатными, я ограничусь авансом.

– Но ведь это пять тысяч долларов!

– Разве это много?

– Ну вообще-то говоря, не очень.

– Вот и прекрасно. Если вы согласны, то у меня будет одна-единственная просьба: все члены вашей семьи должны быть со мной предельно откровенны. Никаких секретов. Тем более лжи.

Справедливо. Однако должен предупредить: вы можете допрашивать каждого из нас, пока мы в Портленде. Но через некоторое время я намерен перевезти среднего сына, а позднее, возможно, и всю семью, на ранчо близ Бенда. Иначе могу потерять не только Лонду, но и… Закари. Уитт всегда спотыкался, произнося это имя. Оно вызывало в нем целую бурю эмоций и сомнений. Закари – сын Полидори?! Да нет же! Все это гнусная клевета! Он не верит ей. И сейчас отправляет сына на ранчо только потому, что Заку нужен отдых и свежий воздух. А затем и вся семья переберется туда!

– Поэтому, – продолжал он после краткой паузы, – вам лучше всего начать как раз с него, то есть с Зака.

– Того самого молодого человека, которого, как утверждают, избили двое бандитов в отеле «Орион»? Когда он был у проститутки. Я не ошибаюсь?

– Не ошибаетесь. Это правда. Полиция уже допрашивала ту девку. Ее, кажется, зовут Софи…

– Я тоже с ней говорил.

– Ну, и что же она сказала?

– То же, что и полиции. Не очень много. Но ее слова могут в некоторой степени послужить алиби для вашего сына. Правда, у меня есть ощущение, что она лгала.

– Только ощущение?

– Поверьте мне, мистер Денвере, эта девчонка явно многого недоговаривает. Но я сумею ее, как говорят, расколоть. А что касается Зака, то с ним, как вы советуете, я встречусь в первую очередь. Да и беседы с остальными тоже не буду надолго откладывать. Пока они еще не упаковали чемоданы и не уехали на ранчо. Кстати, как быть с вашей женой, мистер Денвере? Она останется здесь или уедет с детьми?

– Уедет, – не очень уверенно ответил Уитт после некоторого раздумья.

– А вы сами?

– Мне надо заниматься делами здесь, мистер Фелпс. Так что приходите в любое время.

Дотошность сыщика начинала все больше выводить Денверса из себя. Он вопросительно посмотрел на Фелпса, ожидая, когда тот наконец уймется и прекратит его мучить. Тот, видимо, почувствовал это.

– Хорошо. У меня остается только одно, последнее пожелание к вам лично и ко всем остальным членам семьи: стопроцентная честность при ведении дел со мной.

– Это я вам гарантирую.

– Извините, мистер Денвере, я опасаюсь, что вы не до конца меня поняли. Имеется в виду, что если по независящим от меня причинам кто-либо из членов вашей семьи останется недопрошенным, то это не отразится на сумме моего гонорара.

– Вы получите деньги полностью.

Детектив изобразил на лице невероятно фальшивую улыбку и встал.

– Хорошо. Будем считать, что мы отлично поняли друг друга.

– Будем считать, – отозвался Уитт, довольно бесцеремонно выпроваживая гостя из кабинета.

5

Сухой ветер дул с полей, неся с собой облака пыли и запах дизельного топлива от работавшего неподалеку трактора. Солнце палило нещадно. Но Зак не замечал этого. Впервые за последние недели он чувствовал себя совершенно свободным.