Давай, расплачивайся - Екатерина Юдина

кричишь? — в комнате царил мрак и без очков я даже очертания Лонго не видела, но прекрасно ощутила его дыхание на своей щеке.

— А ты что делаешь?! Отпусти! — ладонями опираясь о торс Матео, я зашипела. Изо всех сил попыталась оттолкнуть, но такое впечатление, что о стену опиралась. — Ты вообще знаешь грань в своих издевках? Я тебя в свою кровать пустила, а ты… ты… Да что я тебе такого сделала, что ты опять издеваться начал?

Пальцами сжав футболку Лонго я начала таскать ее из стороны в сторону. Жаждала к чертям на бушующих, яростных эмоциях послать его куда подальше.

— Угомонись, — голос Лонго разрезал тишину мрачностью и ощущением того, что я сильно его бесила. До такой степени, что нежничать со мной у него явно не было ни малейшего желания.

Матео перехватил мои руки. Одну прижал к кровати, а вторую грубо взяв за запястье, жестко опустил вниз. Положил на кровать рядом с моим бедром.

— У меня встал и я хочу тебя выебать. Перестанешь тупить и через пару часов сможешь лечь спать.

Лонго наклонился и я бедром вновь ощутила то огромное и каменное, что было в его штанах. И этого было достаточно, чтобы я вновь закричала. На этот раз уже до срыва голоса и стоило хватке Матео ослабнуть, как я тут же вырвалась и отползла на край кровати. Хотела вообще спрыгнуть на пол и немедленно убежать, но Лонго перехватил меня за лодыжку и без какой-либо мягкости, словно я являлась не человеком, а просто вещью, подтянул меня обратно.

— И с хрена ли ты себя ведешь так, словно не хочешь? — его рука сжалась на моей лодыжке с такой силой, что боль, пронзившая мою ногу, тут же прошла по всему телу.

— А с чего я вообще должна хотеть? — спросила громко, но рвано. Мысли путались и я вообще не могла понять, что происходит. В то, что Лонго действительно намерен взять меня, я не верила. У него девушка есть. Причем, очень красивая. Куда мне до нее? Да вообще до кого-либо?

Рывком подтянув меня на кровати еще ближе к себе, Матео рукой оперся о кровать рядом с моей головой. Вторую ладонь положив на мой живот и прижимая к кровати. Даже таким образом обездвиживая.

— Давай так, — почему-то эти слова прозвучали особенно угрожающе. — Я не собираюсь тебя уговаривать. Поэтому, или ты замолчишь и мы наконец-то потрахаемся. Или я просто на эту ночь найду другую.

— Второе, — тут же выпалила.

Наверное, до меня лишь в этот момент дошло, что телевизор больше не работал. Возможно, света не было, так как в комнате царил полный мрак. Но даже несмотря на это тело прожгло.

— Как скажешь, — Лонго убрал руку от моего живота и медленно отстранился, но все равно в комнате повисло то, что изощренно душило. Я даже некоторое время не могла сделать ни вдоха.

По шороху поняла, что Матео поднялся с кровати. Кажется, переодевался, а я до сих пор не могла пошевелиться. Даже после того, как он ушел.

Лишь спустя какое-то время, я резко села на кровати и дрожащие ладони поднесла к лицу.

Дышать было трудно. Я же… действительно бедром ощутила его возбужденный член? У парней он такой? Дубина какая-то. Жуть.

* * *

Очередная бессонная ночь. Отлично.

Крутясь около печей на подработке, я достала последний противень с круассанами и, поставив его на стол, решила ненадолго выйти на улицу.

На кухне слишком жарко и время от времени я выходила на задний дворик. И, тем более, я в этом нуждалась сейчас. До сих пор штормило от того, что было этой ночью. Что у Лонго в голове? Это он меня унизить хотел таким образом? Изощренно, конечно. И не побрезговал же прикоснуться ко мне.

И чем больше я думала над этим, тем сильнее впадала в ярость. Черта с два я еще хотя бы раз пущу его в свою кровать.

Открыв дверь и, выйдя на улицу, я тут же увидела Лоренцо. Он стоял около ступенек. Курил.

— О, ты сегодня приехал? — спросила, останавливаясь. — Подожди тут минутку.

Вернувшись на кухню, я взяла лоток с сэндвичами и пошла обратно к двери.

Лоренцо работал грузчиком и пару раз в неделю выгружал нам продукты. Когда мы с ним впервые увиделись? Наверное, около двух лет назад и изначально общение у нас не заладилось. Можно сказать, что его вообще не было. В первую очередь по той причине, что внешность у Лоренцо такая, что мурашки бежали по коже. От этого я первое время его избегала. Да и не только я. Тут все девчонки разбегались, когда он приезжал, а меня, как новенькую на тот момент, вечно отправляли принимать продукты, которые он привозил.

И, как бы это не было парадоксально, но со временем я поняла, что он не так уж и плох. Да, грубый и неразговорчивый. Закрытый настолько, что казалось к нему вообще ни с какой стороны не подойти. Еще и огромный верзила с такой внешностью, что кровь стыла в жилах.

Но, например, он мог оставить продукты на крыльце в ресторане, но никогда не давал носить мне тяжелого. Всегда спрашивал, куда нужно отнести коробки и туда их ставил.

Как-то я сделала слишком много сэндвичей и поделилась ими с ним. Позже он помог мне переставить тяжести в кладовой. Иногда приносил что-то сладкое. Так у нас и повелось, что я его кормила. Он мне тоже чем-то помогал.

Но, наверное, больше всего мы сблизились полгода назад. Если это вообще так можно назвать. Из-за ожогов на лице я некоторое время не появлялась на работе. А потом пришла в свитере и в очках. Уже не помнила, что именно произошло в тот день, но мое эмоциональное и душевное состояние было ужасным и я разревелась. Наверное, я тогда больше всего боялась того, что на всю жизнь останусь такой.

До сих пор прекрасно помнила, как сидела на крыльце и плакала. И тогда Лоренцо был рядом. Просто сидел на ступеньках, так, что мы слегка соприкасались руками. И мне до сих пор было стыдно за ту свою слабость, но именно благодаря нему мне тогда стало легче.

Что парадоксально — у моего плюшевого динозавра было такое же имя. Лоренцо. Естественно, это лишь совпадение. Тем более, динозавр у меня появился три года назад, а с Лоренцо я познакомилась два года назад. Но его имя тоже для меня многое значило.

— Вот, держи, — выходя на улицу, я