Ты все поймёшь, когда его не станет (СИ) - Татьяна Семакова

или в принципе? — уточнила на всякий случай, а он задумался, ответив не сразу.

— Для меня. Черт, хороший вопрос, Серафима. Что-то я лажаю по полной… уволь меня.

— И ещё кому-то все пересказывать? — фыркнула в ответ. — Нет уж.

— Ну ты и мне не все рассказала, — заметил со смешком, а я тактично промолчала. — Уволь, я все равно это дело не оставлю, но хоть стыдно не будет.

— Перестань, — ответила с укором. — Извини, что разбудила.

— Гуляешь? — хмыкнул в трубку.

— Гуляю, — призналась, идя по скверу.

— Думаешь, найдёшь что-то, что пропустили криминалисты?

— Почему нет? Сотрудников, например, не допрашивали.

— А какой смысл? — задал вполне резонный вопрос. — Он — руководство, они — подчиненые. Да и рабочий день давно закончился, в офисе могла быть только уборщица, но и та заболела и не вышла. Только время терять.

— Да, ты прав, — сказала задумчиво. — Извини за беспокойство.

Повесила трубку, не дожидаясь ответа, и зашагала бодрее, косясь по сторонам. Из-за темноты появилось неприятеле ощущение, что за мной наблюдают, хотя сквер был абсолютно пуст и ночную тишину нарушал лишь звук моих шагов. Пожалев, что оставила машину, я почти бегом припустилась к дороге, где намечалось хоть какое-то движение, преодолев расстояние в рекордные сроки. Вытерла вспотевшие ладони о брюки, перешла дорогу и развернулась прикинуть траекторию, но совершенно ничего не увидела за деревьями. Развернулась к строению и поняла, что это бизнес-центр и попасть в него так же не получится. Разозлилась, расстроилась и вызвала такси, прождав его на месте минут пятнадцать, но пешком идти не рискнула.

— Куда? — деловито осведомился водитель, когда я села, а я буркнула:

— Покажу, — через три минуты попросила остановить, он недовольно посмотрел через зеркало, а я сунула ему купюру, компенсирующую неудобства, и вышла. Придётся вернуться днём и с биноклем.

Президент что-то скрывает

Я планировала приехать в офис с началом рабочего дня, но проснулась лишь ближе к обеду. Настроения это не прибавило, я торопилась, все валилось из рук, тошнило сильнее обычного и в целом день не обещал ничего хорошего, с таким-то началом.

Сотрудники при моем появлении затихли, перестали шелестеть бумажками и переговариваться, вчерашний парниша, Максим, сидел на своём месте, а я дошла до кабинета, открыла ноутбук и отослала девяти сотрудникам письма с назначенной встречей, собрав их в своём кабинете через двадцать минут.

Что бы там ни говорил Тимур, Саша на столько грамотно построил работу в офисе, что делать, по сути, было нечего. Он разбил всю работу на группы, в каждой из которых был свой «Максим»: честный, порядочный, трудолюбивый сотрудник, следящий за всем и всеми. Был среди них и юрист, и это, к моему удивлению, оказался Кравченко. Смотрел волком, но вслух ничего не сказал. Я представилась, обозначила курс, пожелала всем успехов и на этом, по сути, мои трудовые будни были окончены. На удивление, все присутствующие восприняли меня благосклонно, кивали в такт, выразили соболезнования и поблагодарили за отставку Кораблева, кроме, разумеется, Кравченко, не проронившего ни слова. Когда начали расходиться, я сказала со смешком:

— А Вас, Штирлиц, я попрошу остаться.

Кравченко слегка поморщился и задержался, вновь опустившись на свой стул, сложил руки замком и посмотрел с вызовом:

— Что ещё? Уволите?

— Зачем же? — удивилась в ответ. — Очевидно, Александр считал Вас грамотным специалистом, иначе зачем ему инструктировать Вас незадолго до своей кончины и сообщать номера всех заграничных счетов, к фирме не имеющих никакого отношения?

Адвокат подобрался и кивнул:

— Это так. И я до сих пор считаю, что Кораблева Вы уволили напрасно. Как и меня. Как адвокату зашиты мне нет равных.

— Уверена, это так, — усмехнулась, покрутив в руках карандаш с задумчивым видом, — только Вы не слишком-то старались, Евгений Павлович. Давайте на чистоту, если, конечно, Вы хотите сохранить хотя бы это место. Кораблёв пообещал золотые горы и Вы купились. Это факт и оспаривать его будет глупо с Вашей стороны. Это низко, как в человеке я в Вас крайне разочарована, но понять могу. Но что на счёт моей защиты?

— Так Вас не обвиняют, — удивился в ответ. — Следователь фактически всучил мне личные вещи Александра, разве что не пожурил, что не пришёл раньше. Ну а лишняя суета привлечёт внимание и сыграет против Вас. Я так работаю.

— Что ж, мне не понравилось, — развела руками в ответ, — надеюсь, в делах фирмы Вы проявляете большее участие.

— Свободен? — буркнул, поднимаясь, а я ухмыльнулась:

— Как птица.

Итого, он просто жадный ублюдок. Как и Кораблёв с Шишовым. Марк прав, ни одной достойной кандидатуры на роль убийцы.

Время было обеденное, офис опустел, я воспользовалась моментом и доехала до охотничьего магазина, вернувшись с биноклем. Побродила по довольно просторному кабинету и поняла, что понятия не имею, где он стоял в момент смерти.

— Прямо возле окна. Спиной к нему, — услышала из дверей голос Марка и обернулась. — Собирался заняться примерно тем же, — хмыкнул и достал из рюкзака бинокль. — Твой лучше, новенький. Дай посмотрю.

— В свой смотри, — показала язык, а он слабо хрюкнул и покачал головой.

Я встала возле окна, он подошёл со спины и чуть сдвинул меня в сторону, ухватив за плечи. Замер, не убирая рук, наклонился к уху и шепнул:

— Вот тут.

По спине прошёл неприятный холодок, я покосилась через плечо, а он резко отодвинул меня и сам встал на это место.

— Мы примерно одного роста. Мне будет проще прикинуть траекторию.

«Саша сантиметров на десять ниже» — промелькнуло в голове. Я подняла свой бинокль и уставилась в окно, привстав на цыпочки, а пока настраивала оказавшийся довольно сложным прибор, Марк что-то тихо бормотал себе под нос.

— Хватит бубнить, — не выдержала, пихнув его в бок.

— Это не так просто, как кажется, — сказал, продолжая смотреть в свой. — Наличие винтовки в руках не означает стопроцентное попадание. Расстояние не маленькое. Погода была подходящий, градусов пятнадцать вечером, давление в норме, влажность тоже. Все условия, но… было ветрено. Стрелок настоящий профи, либо был прицелочный выстрел, но тогда Краснов успел бы распластаться на полу и остался жив. На какое-то время. Смотри, — потянул меня за руку и приставил к лицу свой бинокль. — Здание трехэтажное, крыша — идеальное место. Погуляем?

— Пошли, — пожала плечами, чувствуя напряжение от того, что он был так близко. Поискала глазами место, куда можно было сунуть бинокль, распахнула дверцу шкафа и положила его на какую-то коробку.

На мне было платье и туфли, пока мы шли через сквер наряд казался вполне уместным, но едва мы подошли к зданию и