Испорченный... Книга 2 - Екатерина Юдина

— Охренеть, как ты, оказывается стонешь, — Помпей зарычал, сильнее толкаясь. Заставляя меня содрогнуться.

— Иди к черту, — прошептала на выдохе, с очередным содроганием от того, что Помпей делал своими пальцами. Того, как он прикасался к моему лону. Но я все же попыталась стиснуть зубы. Удержать себя под контролем, который раз за разом трещал.

— Нет, стони. Громче, — Помпей укусил меня за плечо и пальцами сильнее надавил на влажные складки. — Веди себя, блять, как девушка. Теперь рядом со мной ты будешь именно такой.

— Ни за что, — я чертыхнулась. Была бы возможность, ударила бы Помпея. Вот только, этой возможности у меня не было.

— Значит, заставлю, — губы Помпея оказались на моей шее. Целовали грубо и жестко, но с агрессивной жаждой. Пропуская по моему телу новые разряды и урагана безумия. Того, что я выдержать не могла. То, от чего еще сильнее сходила с ума.

— Не сможешь… — мои слова сорвались из-за очередного стона и уже дальше я перестала что-либо понимать. Жар и духота волной захлестнули сознание и слова Помпея я плохо расслышала:

— Я уже это делаю.

Ублюдок с великим самомнением. Которому я пока что не могла сопротивляться. Омега внутри меня тянулась к этому чертовому альфе. Вот только, это не могло длиться вечность. Рано или поздно мое сознание прояснится и тогда я уже буду в ответе за свои поступки. После этого Помпей больше никогда не прикоснется ко мне.

Эти мысли разъедали меня, но в тот же момент помогали держать хоть какую-то грань. Вот только, и она в следующий момент растаяла, ведь очередные прикосновения Помпея довели меня до состояния полного помутнения. Сладких и, в тот же момент острых конвульсий. Безграничного пожара внутри моего тела, который неминуемо исходил от низа живота.

Я не знала сколько это длилось. Мне казалось, что целую вечность, но хоть как-то я пришла в себя только ощутив вырвавшийся сквозь зубы рычащий выдох. Рука Помпея, лежавшая на моей шее на секунду сжалась до боли, а тело напряглось. Я почувствовала, как живот и внутреннюю сторону бедер залила горячая жидкость, а после Помпей отпустил меня, и я медленно, потеряв все силы, сползла диван, лицом уткнувшись в мягкую поверхность.

Глава 16 Тело

Сквозь сон, я чувствовала рядом с собой странную вибрацию, но никак не могла открыть глаза. Все тело было тяжелым, и пошевелить даже пальцем было выше моих сил. Почему-то болело бедро. Боль была неприятной, ноющей, особенно, когда от моего дыхания шевелилось одеяло.

— Черт. — вырвалось в ужасе у меня, когда спустя мгновение в голове словно взорвались осколками воспоминания о вчерашнем вечере. Я попыталась резко сесть, но тяжелая рука тут же прижала меня обратно к постели.

Открыв глаза, я увидела в предрассветных сумерках, что Помпей тянулся через меня к смартфону на подлокотнике. Мы по-прежнему были на том же диване, и, судя по всему, по-прежнему обнаженные.

— Слушаю. — голос альфы звучал более грубо после сна, когда он ответил на звонок.

Сердце хотело вырваться из груди из-за паники, которую я сейчас испытывала. Поэтому, пока альфа отвлекся, я просто свалилась с дивана на пол, и, забрав с собой одеяло, выбежала из комнаты.

Найдя ванную, я дрожащими руками захлопнула дверь и с тихим стуком прислонилась спиной к ней, ударившись затылком.

Черт. Черт. Черт.

Меня трясло от осознания того, что вчера произошло. От адреналина в венах и стыда. Это же Помпей. Черт побери. Черт.

В этой ванной комнате были очень большие зеркала. Поэтому, увидев их, я сбросила с тела одеяло и подошла к раковине, опираясь на нее и, наклонившись, посмотрела на свое отражение. Я видела, как у меня расширились глаза, когда прикоснулась пальцами к десяткам отметин, оставленных на моем теле. Помимо синяков и порезов, оставленных после стычки с Помпеем, еще и это. Мое тело было просто в безумно плохом состоянии.

Сумасшествие.

На бедре была отчетливо видна пятерня из синяков. Вот почему оно так болело.

Так или иначе, кожа было чистой, словно кто-то вчера позаботился о том, чтобы протереть меня салфетками.

Плевать.

Я нервно дернула один из ящиков. В нем лежали обычные чистые мужские футболки, и, вытащив одну из них, я натянула ее на себя. Она была слишком большой и закрыла меня до середины бедра, и когда я опустила руки, то почувствовала, как ноют ребра и спина от резких и размашистых движений.

Симптомы течки по сравнению со вчерашним днем, отступили. Я понимала, что она еще не закончилась, но я провела всю ночь в тесном контакте с альфой — и, вероятно, этого было достаточно, чтобы она ненадолго утихла. В конце концов, раньше я всегда проводила ее с одеждой Помпея и мне становилось легче.

Поэтому сейчас я начинала сильнее чувствовать боль, оставшуюся во мне после того, как Помпей избил меня в том отеле. Однако, так как в больницу мне было нельзя, я просто ее старалась игнорировать.

Не успела я открыть другие ящики, чтобы поискать хоть какие-то штаны, как дверь в ванную распахнулась, и я, обернувшись, увидела на пороге альфу.

Он уже надел на себя темные штаны, оставшись с обнаженным торсом. Волосы были небрежно убраны назад. Он подошел ко мне, но не остановился на расстоянии, а оказался так близко, что мне пришлось отступать до тех пор, пока альфа не поставил по бокам от меня руки на раковину и не наклонился к моему лицу.

— Он знает, что ты омега? — произнес внезапно Помпей, сделав некий акцент на слове “он”. Его взгляд из-под опущенных ресниц выглядел холодно.

— Кто — “он”, черт побери? Отодвинься.

— Я говорю про Смерть. — он даже не пошевельнулся, а я после его ответа почувствовала, как под ребрами стало холодно.

— С чего, черт побери, ты такое спросил? — едва произнесла я.

Он перевел взгляд на мою руку.

— Это с ним у тебя метка?

— Нет. — я прикрыла глаза, пытаясь скрыть волнение. С чего Помпей заговорил о Смерти? — Он же предан тебе. Как такое вообще может быть?

Я услышала усмешку.

— Я знал, что ты так ответишь. Похоже, мне придется перетряхнуть все твое окружение. Каждого альфу, с которым ты когда-то виделась. — его рука скользнула по моему плечу, а потом сжала подбородок, задирая лицо вверх и вынуждая смотреть ему прямо в глаза. — Хочешь сидеть дальше взаперти? Тогда молчи. Жди, пока я найду этого выблядка и уничтожу метку. Все равно рано или поздно я сделаю тебя моей.

От каждого