Роковое возмездие - Мэри Ройс

молекула этого мира была наполнена ей. Она была реальной, но не я. Меня можно было сравнить с призраком. И такое состояние хуже смерти.

Лишь пару недель назад я узнал, что она жива. Облегчение скрутило меня колючей проволокой и, проскользнув сквозь душу острыми шипами, позволило жить. Тогда я впервые за долгое время вдохнул свежий воздух. Вот только моя ломка усугубилась, когда я узнал об этой чертовой помолвке. Я испытывал острую необходимость увидеть Солу, но она оставалась недосягаемой для меня. Парадокс гребаного мира. Когда я думал, что потерял свою розу, она была жива, а сейчас, когда она совсем рядом, лишь раз прикоснувшись к ней, я словно обжегся могильным холодом.

– Рафаэль, – рассеивает туман моих мыслей Уго, и я в очередной раз затягиваюсь сигаретой, – твои желания незаконно быстро сбываются.

Я выдыхаю горечь табачного дыма и вижу, как к нам приближается…

– Гектор, мать его, – хрипло срывается с моих губ, и я шумно вбираю воздух, чтобы не всадить ему пару двоек по непроницаемой роже.

Молча обмениваемся рукопожатиями, и я кивком указываю ему отойти подальше от лишних глаз.

– Паршиво выглядишь, Росси. – Оборачиваюсь, одаривая его раздраженным взглядом. На что Гектор со смешком вскидывает руки вверх. – Я просто проверил, слушаешь ли ты меня.

Отворачиваюсь и, не сбавляя хода, достаю новую сигарету. Мне нужно отвлечься. Не стоит поддаваться на провокации. Сейчас все против меня.

– Прибереги язык, пока он еще на месте. Босс не любит, когда его выставляют дураком, – дразняще произносит Уго, идущий вместе с Гектором позади меня.

– Ты назвал своего босса дураком?

– Раф, может, к черту уговор? Больно много треплется паренек.

– Заткнитесь! – цежу сквозь зубы, наконец, зайдя за угол особняка. Останавливаясь, озираюсь по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии ненужных ушей, прикуриваю сигарету и смотрю на Гектора.

– Уго, – выдыхаю клуб дыма, – оставь нас.

– Я начинаю ревновать, – усмехается Гирландайо, но выполняет мою просьбу.

– Ты допустил ошибку, – продолжая курить, я вновь ловлю взгляд Гектора, – и ее достаточно, чтобы в твоей голове зияла дырка.

– Я сказал ей про флешку. Она знает про нее и в любой момент может забрать, – спокойно сообщает Гектор, но уголки его губ предательски дергаются вверх. Он прекрасно знает, что меня злит.

– Меня не волнует, что она знает о флешке. Напомнить твою задачу? Сола должна была посмотреть содержимое!

– Еще есть время. Джиа посмотрит.

В три затяжки докуриваю сигарету и сминаю окурок в кулаке. Не могу слышать это имя. Я похоронил его много лет назад. Мудак. Думает, провоцировать меня сейчас – лучшая идея?

– Хочешь, чтобы ты не узнал свою рожу в зеркале? – интересуюсь на удивление спокойным тоном и делаю медленный шаг к нему навстречу.

– Хуже твоей вряд ли получится.

Делаю резкий выпад и хватаю Гектора за грудки, пользуясь тем, что застал врасплох, но он быстро сбрасывает мои руки.

– Рафаэль, сомнения делают тебя слабаком, – с насмешкой в глазах твердо выговаривает Гектор. – Возьми себя в руки. Такими темпами я трахну ее быстрее тебя.

Секунда, и глаза застилает красная пелена ярости, запуская внутри необратимый процесс. А уже в следующее мгновение мой кулак глухим ударом разбивается об его челюсть. Разминаю пальцы и едва сдерживаю порыв повторить, ведь сейчас хруст его костей кажется самым сладким звуком. Я в курсе, что он прикасался к Соле. Но также знаю, что она никогда не будет принадлежать ему.

Гектор не отвечает мне ударом и лишь демонстративно вытирает пальцем появившуюся из губы кровь, тут же облизывая его.

– Думаю, Джиа не откажется залечить мои раны поцелуем. В роли медсестры она будет еще слаще.

Прикусываю язык до металлического привкуса. Дыхание учащается от одной мысли, что их губы сливаются в грязном поцелуе. Ублюдок!

– Дешевая провокация, – качаю головой, сжимая пальцами губы после язвительной усмешки.

– Но очень эффективная, – скалится ушлепок.

Я закипаю от гнева, едва не срываясь, но все же заставляю себя промолчать и возвращаю себе самообладание. Спецназовец еще нужен мне. Поправлю ему челюсть в другой раз. Вот только в груди по-прежнему вспыхивают молнии ревности.

– Делай лишь свое дело, ты дал слово.

– Я давал обещание не тебе, Раф. Я отдаю долг дону де Сандро. Не забыл? – интересуется с издевкой. – Я не давлю на нее, Джиа посмотрит флешку, когда посчитает нужным. Но тебя злит не это, а то, что она доверяет мне, тебя же и видеть не хочет. И не захочет, даже если все узнает. Тебя не было рядом.

– Заткнись, Гектор.

Ублюдок бьет по больному. Правда вообще жестокая штука. И сейчас пульс долбит в висках, выбивая меня из равновесия. Потому что я начинаю вспоминать, что ей пришлось пережить. Сердцебиение ускоряется, и острый жар, разливающийся под кожей, вырывает из груди шумный вздох. Я ослабляю верхние пуговицы рубашки. Но мудак не останавливается.

– Она не может простить не ложь, а то, что ты оставил ее одну. Только теперь она не одна.

Мои зубы сжимаются с противным скрежетом, тем не менее я не отвожу пристального взгляда от Гектора, убрав руки в карманы брюк. Впитываю каждое его слово. Выжигаю их в памяти. И, когда придет время, вырежу на его коже каждую гребаную букву, которая сейчас причиняет мне боль. «Не здесь, Раф, не здесь и не сейчас», – повторяю словно мантру, ритмично сжимая спрятанные в карманах кулаки.

Гектор поправляет пиджак и делает шаг вперед, склоняясь к моему уху.

– Армия научила меня бороться. И я не остановлюсь, слишком глубоко в душу запала мне эта девушка. А тем временем ты будешь расплачиваться за свои ошибки. – Больше не задерживаясь, ублюдок обходит меня. Однако перед тем, как удалиться, бросает мне в спину: – У всего есть своя цена. Время покажет, кто и чем расплатится.

Я поворачиваюсь, наблюдая, как исчезает между кустами фигура Форкса.

– Ты всего лишь средство для достижения цели, Гектор. – В последний момент он останавливается, но не оборачивается. – Так что да. Время все расставит по своим местам.

Кивнув, спецназовец скрывается за кустами, после чего я прочищаю напряженное горло и