Империя Греха - Кент Рина

— Джейн! — Гвен щелкает пальцами перед моим лицом.

— Э... да?

Она смотрит на меня разноцветными глазами, которые, кажется, находятся в каком-то собственном мире.

— Ты не ешь и не слушаешь. Ты плохо себя чувствуешь?

Если быть на грани гипервентиляции — это плохо, то, конечно, я думаю, что нахожусь на одной из стадий выше этого. Может, я близка к панической атаке. Иначе, почему Гвен расплывается и почему, черт возьми, эта дама все еще смотрит на меня?

Возможно, это один из переодетых мужчин, чтобы я их не заподозрила. Возможно, они прыгнут передо мной, как в моих самых страшных кошмарах, и скажут, что веселье закончилось.

— Джейн?

На этот раз Крис зовет меня по имени.

— Я... я в порядке.

— Ты уверена? — он проводит рукой перед моим лицом. — Выглядишь бледной.

— И ты дрожишь.

Гвен смотрит на мои пальцы, сжимающие вилку и нож, и да, они дрожат.

Неужели я до конца жизни буду такой на людях? Бледной, дрожащей, неспособной взять свою жизнь в руки?

Нет. Я уже контролирую свою жизнь. Теперь я сама по себе.

— Да, — говорю я более уверенным голосом, медленно пытаясь стереть женщину и остальной ресторан из моего периферийного зрения.

Присутствие Гвен и Криса помогает, потому что я могу использовать их как костыли.

Мне неловко называть их так, даже мысленно, но мне действительно не за кого было бы держаться, если бы их здесь не было.

— Ты вообще слышала хоть слово из того, что мы сказали? — спрашивает Гвен.

— Конечно. Крис насмехался над тобой из-за Натаниэля.

Лицо Гвен краснеет, и она играет ложкой в своей тарелке. Она действительно совсем не тонко чувствует Натаниэля. Он старше ее на восемнадцать лет и является лучшим другом и партнером ее отца. А еще ее боссом, которому она всегда жалуется на излишнюю строгость, но все это кажется ей недействительным. Как будто не существует никаких препятствий, и ее чувства к нему имеют полноценный смысл.

Прошло около двух недель с начала ее стажировки, и эти чувства, кажется, становятся сильнее с каждым днем.

И самое ужасное, что Натаниэль самый стоический, отстраненный человек из всех, кого я знаю. Он холоден до предела и кажется рабочей машиной, поэтому я беспокоюсь, что ее чувства будут односторонними.

Никогда не думала, что стану беспокоиться о ком-то еще, кроме Бабушки и моей кузины, но Гвен из тех, кто прыгает перед тобой и не дает выбора, кроме как подружиться с ней.

И что самое интересное? Она не решила дружить с кем попало, хотя могла бы. Эта веселая, хотя и немного странная девушка выбрала меня.

Не кого-то другого. Меня.

Осознание этого заставляет меня почувствовать себя особенной, теплой и пушистой.

— Во-первых, это Нейт. Ты единственная, кто называет его Натаниэлем, Джейн. Во-вторых, Крис завидует, что я прохожу практику у управляющего партнера У&Ш.

— Мне не чему завидовать, поскольку я прохожу практику у восходящей звезды У&Ш, Нокса. Того самого Нокса, у которого ты хотела стажироваться, но не смогла.

Гвен громко ставит чашку на стол.

— Дело не в том, что я не смогла. Дело в том, что Нейт был непростым.

— Неважно. Я с Ноксом, и мы так весело проводим время с делом Белл, пока ты гниешь в корпоративном праве.

Она направляет на него ложку.

— Не надо тыкать меня в это.

Крис направляет столовый прибор в ответ.

— Я определенно буду. Это будет так хорошо смотреться в моем заявлении в юридическую школу.

— Как и все крупные корпоративные дела, которые я веду с Нейтом.

— Скучные корпоративные дела.

— Они НЕ скучные. Не смей называть то, чем занимается Нейт, скучным, или я убью тебя во сне.

— Но это именно так! Ни одно из них не сравнится с тем весельем, которое я получаю с Ноксом. Ты бы видела, как он готовит дело, это так стратегически и безжалостно.

— Нейт стратегичен и безжалостен. Никто не сравнится с ним, даже мой отец.

— Нокс лучше.

— Нет, Нейт лучше, и как доказательство он управляющий партнер.

— Только потому, что он старше.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Эй!

— Я просто говорю. Нокс лучше.

— Нет, Нейт.

— Нокс.

— Нейт.

Они оба скрещивают руки и смотрят друг на друга так пристально, что между ними проскакивают искры.

У обоих есть тенденция начинать спор или дебаты, которые продолжаются несколько минут. Обычно я сидела бы и наблюдала, потягивая воду.

Но выбранная тема сегодня меня просто распаляет. Я хочу вступить в спор с Крисом и встать на его сторону, но что тогда? Защищать Нокса?

Какого черта я должна это делать?

Не похоже, что он взялся за дело Сандры по доброте душевной. Возможно, это его способ добиться славы, стать публичной фигурой перед вспышками камер.

Прошло одиннадцать дней с тех пор, как я сказала ему, что он не может трахать меня. Что я найду ему замену.

Это был вызов, в основном пустой и злобный, потому что он был до невозможности высокомерен. Но, может, он воспринял это как правду, потому что с тех пор он не писал мне, чтобы встретиться в комнате снабжения.

Он вообще мне не пишет.

И не разговаривает.

Сначала я игнорировала его так же, как и он меня. В то время я считала, что это все часть игры, своего рода толчок и притяжение.

Но это оказался только толчок.

Если я не поднимаюсь к нему на этаж, чтобы пошпионить, я целый день не вижу его.

В какой-то момент я разозлилась настолько, что подумывала сделать именно то, чем угрожала. Отправиться в бар и переспать с кем-нибудь. С незнакомцем. Со случайным человеком.

Может, это ослабило бы все напряжение, скопившееся в моей груди.

Но опять же, я бы не стала делать что-то подобное из злости. Это просто неправильно.

Как и все в последнее время.

Даже мой плейлист «Старое-Доброе» уже не звучит, как раньше. Песни слишком грустные, слишком бесцветные.

А они и не должны быть такими. Они самое яркое, что есть в моей жизни. То, что дает мне силы пережить день, создать больше систем и просто выжить.

Это то, что всегда было моей целью, верно? Выжить.

— Джейн, ты выбираешь.

Голос Гвен возвращает меня в настоящее, и тут я замечаю, что они оба смотрят на меня после своего сеанса глазирования.

— Да, ты выбираешь, Джейн. Разве Нокс не лучше?

— Нет, точно Нейт. Не смей выбирать никого, кроме Нейта.

Я делаю глоток воды, успокаивая сухость в горле, и говорю прямо противоположное тому, о чем думаю:

— Я выберу Натаниэля. Он более опытный и уравновешенный.

Гвен хлопает обеими ладонями по столу.

— Спасибо!

— У тебя ужасный вкус на адвокатов, Джейн. — Крис смотрит на меня сбоку. — Вы обе съедите свои слова, когда он выиграет дело Белл.

Гвен откидывает волосы назад.

— Это если он выиграет. Слышала, что Мэтью Белла поддерживает мафия.

Я поперхнулась своей водой, она хлюпает через нос и разбрызгивается по моим коленям.

— Господи, Джейн. Ты в порядке?

Крис предлагает мне салфетку, но я не могу сосредоточиться на ней, потому что все, что я слышу, это слова Гвен.

— Ч... что?

Я смотрю на нее с выражением, которое, должно быть, похоже на сцену из фильма ужасов.

— Мафия.

— Какая мафия, Гвен? — мой голос захлёбывается, как и внутренности.

— Русская, кажется? Не знаю точно. Я подслушала, как Нейт говорил об этом с Аспен на днях, не то чтобы я шпионила за ними или что-то в этом роде. Клянусь, я просто проходила мимо, и ладно, может, я специально осталась, чтобы послушать, о чем они говорят, когда они вместе, но это не значит, что у меня был какой-то злой умысел или что-то в этом роде. Клянусь моей священной ванилью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Гипер активная речь Гвен отходит на второй план, и на поверхность всплывает нечто гораздо более мерзкое. Кажется, меня сейчас вырвет.

Или я упаду в обморок.

И я не могу допустить этого в присутствии Гвен и Криса, иначе они узнают, что я сломалась. Поэтому я встаю как можно медленнее, потому что если я сделаю это быстрее, то точно окажусь на полу.