Никому Не Отдам... (СИ) - Бойцова Виктория

— Ты должна была приехать одна! А ты… — Иван не унимается, видимо, бессмертным себя почувствовал. Женщину в таком состоянии злить нельзя, а он это делает. — Ты все ему рассказала, все простила и привезла его сюда! — выплевывает каждое слово, глядя на Олю. — Быстро же ты забыла кто тебя из говна вытащил. Забыла благодаря кому родилась твоя дочь! А я, идиот, ждал, надеялся, что сможешь полюбить меня и отдаться по собственной воле. Я тебя пять лет не трогал, а надо было! Тогда ты бы так просто не отказалась от нашей семьи и не прыгнула к нему в постель!

Я охреневаю! Это как?! То есть Оля с ним не спала ни разу? Смотрю в глаза — он не врет, просто незачем, перевожу взгляд на жену и вижу, как ее щеки заливает краска, а руки тянутся к груди и скрещиваются там щитом — попытка закрыться и защититься, но в глаза смотрит уверенно.

— Какого рожна ТЕБЕ это нужно было? — задаю закономерный вопрос. — В чем твоя выгода от этого брака?

— Картинка! Можно даже ширмой назвать. — Иван сбрасывает мои руки и нетвердой походкой идет в сторону кухни, на ходу вливая в себя очередную порцию алкоголя. — Для бати для моего. Знаешь, что такое быть сыном мента? — оборачивается и оценивающе смотрит на меня. — Не знаешь… Скажу — полный контроль твоей жизни. До сих пор помню фразу: «Будет своя семья, сам будешь порядки наводить!». Случай сам подвернулся — она мне с детства нравилась, а ты придурок, все сам просрал. — Иван оборачивается у окна, я захожу в кухню вслед за ним, а Оля с Марго остаются в узком коридоре. — Ты знаешь, что он приезжал к ЗАГСу? Нет? А я знал! — мужчина с издевкой произносит и смотрит Оле в глаза, ждет реакции, но вместо нее вклинивается Марго:

— Я всегда знала, что ты говнюк! Но, чтобы так… — Оля знаком останавливает тираду девушки.

— Ваня, скажи где Катя. — Оля очень мягко произносит, будто маленького ребенка уговаривает, старается держаться спокойно, но я-то вижу — еще чуть-чуть и с ней случится истерика.

Хочу обнять ее и утешить, но не здесь — неизвестно как Иван на это отреагирует. Я хорошо разбираюсь в людях — Ивана я быстро раскусил, но сейчас он в состоянии далеком от адекватности, поэтому буду осторожнее.

— Катя в надежном месте с моей мамой… Вы ее не найдете, можете не стараться! — Иван злобно оскалился. — Я подстраховался, на случай, если ты, Оля, захочешь выкинуть какой-нибудь номер, вроде этого. — указывает на меня.

Срываюсь и бросаюсь на него, в меня летит бутылка — уворачиваюсь, Иван заводит руку за спину, одно мгновение и в лицо мне смотрит дуло пистолета.

— ИВАН! — раскатистым громом по пустой квартире разносится громкий басистый голос.

Стоящий передо мной мужчина съеживается и, словно, уменьшается в росте, а гонор мигом слетает с него…

Глава 32. Ольга

За час до происшествия

— Виктор! — кричу вслед мужчине, который, не оглядываясь, бежит от меня.

Смотрю на Марго растерянным взглядом, в голове пустота: я сказала, а теперь-то, что делать?

— Что с тобой? — подруга с выпученными от удивления глазами смотрит на меня в ожидании ответа. — Оль, расскажи, может я помочь чем смогу. В последнее время я очень плохо понимаю, что происходит в твоей жизни: ты молчишь — я стараюсь не лезть в душу, но все же мы подруги.

Я развожу руками, не зная с чего начать, Марго подходит ближе и обнимает меня за плечи. Мы всегда старались делиться проблемами, трудностями, да и радостями, хорошо знать, что есть близкий человек, который не осудит и поддержит в случае чего. А самое главное — порадуется с чистым сердцем, когда в жизни все удается. Марго именно такая — ни зависти, ни ревности…

— Давай все же кофе выпьем, а ты потихоньку будешь рассказывать. — девушка заправила кофемашину и усадила меня за стол. — Что произошло с вами после свадьбы, куда возил тебя Виктор?

Перед глазами проносятся воспоминания о доме у озера, но особенно яркие о том, что происходило в «землянке». Щеки заливаются краской стыда, как могу рассказать подруге, что так низко пала и переспала с мужчиной в первый же вечер, проведенный вместе. Да, он мой муж, но брак должен был оставаться фиктивным. Это определенная грань, за которую я не должна была переступать. Однако случилось то, что случилось. Теперь просто жутко стыдно понимать, что сама себе спутала все карты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Понятно! — Марго с улыбкой хлопнула в ладоши и откинулась на стуле. От нее сложно что-либо скрыть, особенно, если все написано на моем лице яркой краской «Было!». — И что теперь?! Я ведь правильно поняла твое смущение: у вас с Лядовым случился секс?

— Да, — киваю головой в знак согласия. — Что теперь? Теперь все по-прежнему, это ничего не меняет! Марго, не хочу я сейчас о Викторе и наших отношениях, у меня ребенок пропал — нужно делать что-то.

Вскакиваю со стула и начинаю расхаживать по кухне взад вперед — благо место позволяет, голова начинает работать, а мысли плывут в нужном направлении. Подруга внимательно наблюдает за мной скрестив руки на груди, но молчит, не решаясь нарушить мой мыслительный процесс.

— Я поеду туда! И сама поговорю с Иваном, если будет нужно — уеду с ним, но дочь будет при мне! Виктору Катя чужая, он не будет…

— Не пори горячку! — обрывает Марго мою нервную тираду.

Да, я нервничаю, ступор после бегства Виктора прошел, теперь беспокойство накатило с новой силой — не могу найти себе места.

— Виктор заберет Катю у Ивана, к тому же ты можешь помешать ему, если поедешь. Ну, что ты сделаешь Ивану? Ничего! Вспомни, как он тебя чуть не изнасиловал, думаешь, теперь его что-то остановит, если ты с ним уедешь?

— Марго, что делать? — реву белугой и умоляюще смотрю на девушку. — Я не могу просто сидеть здесь и пить кофе, пока мой ребенок там!

— Кстати о кофе — он давно готов. — Марго встает и спокойно идет к кофемашине, возвращается с двумя чашками кофе с ароматной сливочной пенкой, расставляет их на столе и также безмятежно занимает свое место. — Тебе не нужно ничего делать. Виктор справится, он умный мужик с возможностями. Поверь, он найдет рычаги давления на Ивана!

— Рычаг давления… — произношу одними губами, а в моём тревожном мозгу зарождается план. — Я сейчас!

Делаю несколько быстрых шагов к барной стойке, на которой оставила свой телефон. Открываю справочник и ищу нужный номер, палец быстро бегает по холодному стеклу, пока, наконец, не останавливается на нужной строчке. Замираю, словно этот звонок сродни прыжку в ледяной бассейн, сейчас соберусь с силами и прыгну!

«Детский сад! — проносится в голове. — Берешь и звонишь!»

Нажимаю на вызов, в нерешительности смотрю на экран и, только после первых двух тихих гудков, решаюсь поднести трубку к уху.

— Оля! Здравствуй! — ответил довольно бодрый мужской голос, я опешила, ведь ожидала, что мужчина болен. — Я уж думал, что ты уже совсем забыла старика!

— Владимир Емельянович, я не хотела вас беспокоить… Инна Юрьевна сказала, что вы болели, но… — я запинаюсь, не знаю с чего начать и как рассказать мужчине, что натворил его сын. — Я не знаю к кому еще обратиться за помощью…

Набираю в грудь больше воздуха и в течении следующих десяти минут рассказываю бывшему свекру о том, что произошло в последнее время, в подробности не вдаюсь — и этого достаточно.

— Диктуй адрес! — в голосе мужчины слышны стальные нотки, он зол, а это значит, что его сына ничего хорошего не ждет.

Четко произношу улицу, номер дома и квартиру, что называл Иван. По другому с отцом Ивана не разговаривают — он не любит сентиментальности, все строго, четко и по делу. Он сам, что называется «структурный», того же требует от людей, которыми себя окружил.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Если Катя с Инной, я сам привезу тебе девочку — не переживай!

— А мне… что делать? — не успеваю закончить фразу, потому что в трубке послышались короткие гудки.

Марго, сидящая за столом вопросительно смотрит на меня, а я для себя уже все решила — не могу и не буду сидеть сложа руки!

— Поехали! — говорю девушке и выбегаю из кухни, чтобы взять сумку.