Все делают это (СИ) - Вильде Арина

Кажется, в эту минуту кроме нас больше никого не существует вокруг. И становится так хорошо. Из головы выветриваются все лишние мысли. Есть только я и он. Мой мужчина. Желанный мужчина. Я разворачиваюсь к нему лицом и, не успевая подумать о том, что творю — впиваюсь страстным поцелуем в губы.

Денис словно этого и ждал. Он зарывается руками в мои волосы, кусает нижнюю губу, а потом просовывает свой язык и творит в моем рту нечто невообразимое.

Мне мало. Так безумно мало всего лишь этих поцелуев. Хочется большего. Хочется раздеть его, снять с себя всю одежду, хочется, чтобы он погрузился в меня.

— Просто охуеть, — рычит мне на ухо, — вот это реальный сногсшибательный поцелуй. Прямо как название коктейля.

Я плавлюсь рядом с ним, плавлюсь, плавлюсь… а потом у меня произошло минутное отрезвление.

— Что ты сказал?

— Говорю, это мой самый лучший поцелуй в жизни!

— Нет, не то. Коктейль. Как он называется?

— Крышесноный или сногсшибательный. Не уверен, что гугл правильно перевел.

Я закрываю глаза и резко выдыхаю. Пусть это будет не то, что я думаю.

— Ты ведь не заказывал выпивку с красной карты бара? — пытаясь перекричать музыку, спрашиваю я.

— С красной? Кажется, да, с красной. А что?

— А то, что все напитки с красной карты с наркотиками! — после этих слов мой мозг снова улетает в далекие края, я притягиваю Дениса, желая снова почувствовать вкус его губ, и все. Провал.

* * *

Пробуждение было самым ужасным в жизни. Кажется, совсем недавно я обещала себе, что больше никогда не буду пить. Я пытаюсь перевернуться на спину, но натыкаюсь на горячее тело. Голое тело, понимаю я, так как рука натыкается на чей-то утренний стояк.

Я резко теряю остатки сна, а мои глаза от неожиданности распахиваются и, уверенна, норовят вылезти из орбит.

Я поворачиваю голову вбок и натыкаюсь на Дениса. Голого, спящего Дениса. С огромным синяком под глазом.

Мамочки, что же это такое?

Я приподнимаю одеяло, чтобы убедится, что и на мне нет ни единого кусочка одежды, обвожу взглядом комнату и понимаю, что мы совершенно точно не в нашем гостиничном номере. Этот захудалый, обшарпанный номер, со стареньким телевизором и зелеными шторами на окнах, определенно не может быть полулюксом отеля, где мы остановились. Да он даже эконом-номером быть не может!

Я закрываю глаза в надежде, что это всего лишь страшный сон, и я вот-вот проснусь. Щипаю себя несколько раз за руку, но ничего. Ни ужасная комната, ни голый Денис никуда не делись.

Рядом послышался стон. Я поворачиваю голову в сторону мужчины. Он зашевелился, открыл глаза, моргнул несколько раз и с недоумением впился взглядом в потолок.

— Ты что-то помнишь? — шепотом спросила я.

Денис вздрогнул, как будто совсем не ожидая, что кроме него в постели может быть кто-то еще. Оторвался от разглядывания потолка и повернул голову в мою сторону.

— Соня? — прохрипел он. — Где мы? Что происходит?

— Хотела бы я знать, — нахмурилась, силясь вспомнить хоть что-то из вчерашнего дня. Но в голове лишь темнота.

Так, я проснулась, игнорила Дениса. Потом неудачная встреча…

— Я голый, — произносит это так, как будто он как минимум покрылся чешуей.

— Я тоже.

… прогулка по городу, бар. Точно, бар!

Воспоминания быстро возвращаются ко мне, но не все. Ровно до того момента, когда я, как обезумевшая самка богомола, целуюсь с Денисом, пытаясь сожрать его.

— Черт! Я вспомнила! — поворачиваю голову в сторону лежащего рядом мужчины. — Я доверила тебе заказать нам выпить, а ты заказал какую-то бадягу с наркотой и нас накрыло. Последнее, что помню, как мы танцевали. А ты? Ты что-то помнишь? — спрашиваю с надеждой.

Денис хмурится, трет переносицу, несколько минут молчит, а потом выдает:

— Помню, как мы целовались. Кажется, мы переспали.

— Нет, — подскакиваю на кровати, забыв о том, что под ним я совершенно голая и выставляя грудь, а всеобщее обозрение. — Не может этого быть. Мы не могли переспать. Только не это!

Голова безумно кружится, и, кажется, меня начинает жутко тошнить. Я смотрю на Дениса и замечаю его взгляд, направленный на мою грудь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Мог бы отвернуться для приличия! — возмущенно пыхтю, прикрываясь одеялом. — Меня тошнит и меня смущает, что я ничего не помню.

— Меня тоже. В смысле, смущает, что я ничего не помню. Возможно, это был самый лучший секс в моей жизни, а я не помню даже как добрался до кровати.

— Я знаю, как проверить был ли у нас секс! — вскрикиваю и под ошалелым взглядом Дениса сбрасываю с себя одеяло.

— О Боже, женщина, у меня и так встал от одного взгляда на твои прекрасные сисечки, а ты решила добить меня окончательно, — стонет он.

Я же совершенно не обращаю внимания на мужчину рядом, мне срочно нужны доказательства того, что вчера ничего такого не случилось, и я могу спокойно жить дальше.

Смотрю на свои ожоги, которые покрылись корочкой и с облегчением выдыхаю. Если бы мы вчера переспали, то они определенно не выглядели бы так хорошо. К счастью, логическое мышление меня никогда не подводило. Ну, почти никогда.

— У нас не было секса. Видишь? — указываю пальцем на свои поджившие раны.

Денис сглатывает, обводит взглядом мое тело с ног до головы, а до меня наконец-то доходит, что я вообще-то лежу тут перед ним полностью обнаженная. Боже, я реально потеряла мозги где-то по пути в кабинет своего босса в первый же рабочий день.

— Я вижу твой идеально выбритый лобок, но это ведь не показатель того, что у нас не было секса.

Я ударяю этого нахала кулаком в грудь и подымаюсь в поисках своей одежды.

— Подожди, — тянет меня назад за руку, и я вынуждена вернуться в постель. — Болит? — спрашивает Денис и кончиками пальцев аккуратно проводит по месту ожогов.

Я забываю, как дышать. Из головы выветриваются остатки сна, а тело бросает в дрожь. Когда губы мужчины проводят дорожку из поцелуев от ключицы к шее, я твердо решаю — будь что будет. Я устала сопротивляться этому притяжению, устала сдерживать свое желание рядом с этим мужчиной, устала от мыслей и фантазий о том, как это могло быть.

Я поворачиваю голову и ловлю губами его поцелуй.

— Ты такая сладкая, девочка моя. Так хочу тебя. Сейчас. Здесь. И я умру, если ты опять остановишь меня.

— Нет, — срывается с губ вместе со стоном, так как Денис прикасается уже далеко не к ожогам, — не остановлю. Не сегодня. — и в этот момент он просовывает один палец внутрь меня.

Глава 16

Мне достаточно лишь нескольких прикосновений, поцелуев и осознания того, что Денис рядом со мной совершенно голый и возбужденный, чтобы завестись на столько, что, казалось, еще секунда и я взорвусь, разлетевшись на мелкие осколки по комнате.

Я откидываюсь на подушку и закрываю глаза, подымая бедра на встречу его пальцам, чувствуя, как бесстыдно вытекает из меня на простыни влага.

— Нет, открой глаза, — приказывает мой мучитель и вводит второй палец, надавливая на чувствительные точки.

Ох, божечки, не умереть бы здесь!

Делаю как говорит и натыкаюсь на бездонный взгляд темных глаз, отмечая, что сейчас выражение лица мужчины напоминает хищника, поймавшего свою жертву в сети.

Мне безумно мало чувствовать всего лишь пальцы. Я хочу его всего. Хочу чувствовать на себе тяжесть его тела, хочу, чтобы его дыхание щекотало мне шею, а губы терзали мои соски.

— Хватит этих прелюдий, — хватаю мужчину за руку, — просто возьми меня уже, иначе я не выдержу и изнасилую тебя.

Дениса не нужно долго упрашивать, он и сам уже на пределе, хотя я еще даже ни разу не дотронулась до его вздыбленного члена.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он проводит рукой по бедрам, животу и останавливается на груди, сжимая ее и дразня. Втягивает в рот мой сосок, в то время как устраивается между моих ног, раздвигая их как можно шире. Я чувствую, как его член трется о мою плоть и по всему телу пробегают мурашки.