Стразы (СИ) - Максимовская Инга

- А без этого украшения, я являюсь просто зверушкой, ведь так? Что меня ждет, если я его не надену? - вопрос который меня занимает, сам срывается с языка.

- Знаки отличия есть у всех зверушек,- нехотя отвечает Беркут.- И поверь, твоя корона – это неприкосновенность.

Пока Лис паркует автомобиль, я молчу. Алекс собран, мыслями он уже на работе. И эта встреча с Олегом его беспокоит. Я вижу это.

- Я вернусь к ужину.- говорит хозяин, когда я выбираюсь из амашины на улицу.- Ты будешь моим десертом, Эмма,- ухмыляется он, заставляя мое сердце трепетать.

Я иду по ярко освещенному холлу к лифтам, с интересом рассматривая атмосферу царящую вокруг. Я буквально чувствую похоть, повисшую в ароматизированном воздухе. Все эти люди, неужели они все приехали сюда, чтобы предаться пороку? Странно, но мне становится весело.

Я получаю ключи у менеджера отеля, который приветливо кивает, при этом рассматривая диадему запутавшуюся в моих волосах.

- Мадам, номер господина Беркута находится в ВИП зоне, наш белл – бой покажет вам где он находится. Будут ли какие либо пожелания?

- Нет, и знаете, я сама найду люкс,- отвечаю спокойно, но в душе ощущаю легкий мандраж, видимо сказывается атмосфера праздничного предвкушения, витающая в пространстве.

На деревянных ногах дохожу до лифта, который закрывает двери перед моим носом, и мне хочется разочарованно застонать. Но, кто – то внутри, видимо меня заметил. И не дает дверцам сомкнуться. Я переполняюсь благодарностью к этому галантному незнакомцу. И даже навешиваю на лицо улыбку.

- Ну же, детка,- голос человека, который ждет меня внутри подъемника, разбивает мой мир на миллиард осколков. Нечем дышать, я хватаю ртом ставший вдруг раскаленным воздух. Мужские пальцы смыкаются на моем запястье, и я безвольно повинуюсь рывку сильной руки Он не отпустит меня. Я это знаю.- Я так долго ждал тебя, Вишенка,- шепчет мне в ухо мой самый страшный кошмар. Евгений. Изменился, заматерел, но это он.

- Отпусти,- хриплю, не в силах сдвинуться с места.

- Я скучал,- ослепляющий удар выбивает из меня остатки воздуха. Я падаю на пол, как раз тогда, когда мой муж нажимает на кнопку «стоп». – Искал тебя. А ты стала блядью. Это же надо – жена политика – дешевая уличная блядь. Ведь именно таких тварей собирает этот извращенец Беркут?

Удары сыплются градом. Я принимаю их молча, молясь чтобы он просто убил меня. Но бог остается глух.

Глава 22

-Ты все так же красива, вишенка,- лицо Евгения склоняется к моему, и я чувствую его дыхание. Тошнота взлетает к самому горлу.- Только характер изменился. Ты научилась не орать, когда я тебя воспитываю. Мне это не нравится, Эмма.

Еще один удар, сверкает в мозгу ослепительной вспышкой. Я ненавижу этого человека. Эту его садистскую улыбку на холеном лице. Я бы убила его, если бы могла. Если бы не чувствовала удушающего ужаса, сковывающего мое тело при одном его присутствии. Я бы избавила мир от еще одного извращенного ублюдка. Но я не могу, потому что боюсь его до одури.

- Как ты нашел меня? - шепчу, чувствуя во рту привкус крови.

- Я тебя не терял, Вишенка,- ухмыляется Арсеньев, - все время наблюдал, как ты катишься к самому дну. Твой удел падать с лестниц, детка.

Я задыхаюсь от боли рвущей мое сердце. Этот монстр отнял у меня единственное, ради чего стоило жить, моего сыночка, моего Ванечку. И сейчас пришел за мной, словно чувствуя, что я восстанавливаюсь, возрождаюсь. Я не могу позволить отнять у меня еще и Алекса. Больше никогда.

- Мне нравилось смотреть, как тебя трахает отребье в том притоне, где правил бал Герыч. Это я сосватал тебя подонку. Ты знаешь, где он сейчас? Его убил твой любимый. Тот, с кем ты трахаешься. Как последняя блядь. Он убийца, Эмма. Ты же не веришь, что он и вправду плятит своим стразам. Не, он порочный больной мерзавец. Ты права, наши прятки закончились. Знаешь, как я психовал, когда потерял тебя. А потом мои связи привели меня к твоему любовничку. Я всегда знал, что Беркут собирает с улиц самых грязных шлюх. Но не думал, что настолько. Представь, как он отреагрует на то, что трахается с детоубийцей? С его то прошлым. Ты ведь не рассказала Беркуту о том, что убила нашего сына. Тварь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Снова удар. Он опрокидывает меня на спину. Я слышу, как кто – то пытается вызвать лифт. И Женька тоже понимает, что у него осталось очень мало времени.

«Господи, пусть он меня убьет»- мысленно молю я. Я не верю, что Алекс убийца, это неправда. Не может быть правдой. – Пусть только ничего не сделает Алексу.

Арсеньев берет меня за шею, и поднимает на ноги, а потом с силой бьет гооловой об лифтовую панель. Так сильно, что искры сыплются из глаз.

- Пусти,- хриплю, пытаясь вырваться из захвата стальных пальцев,- я скжу ему. Расскажу Алексу все. Он заботится обо мне.

- Я могу легко уничтожить Беркута, и ты это знаешь,- спокойно отвечает Евгений, когда лифт дернувшись, начинает движение,- но пока рано. Пока

Это его «Пока» звучит, как приговор. Я стону, привалившись спиной к стене лифта. Я больше не боюсь за себя.

- И я это сделаю. Он ходит по краю, со своим бизнесом. Торговля телом наказуема в нашей стране. Ты принадлежишь мне, вишенка. И я теперь точно знаю где ты. Как думаешь, что будет Беркуту, за похищение жены известного политика?

Арсеньев смеется, задрав голову к потолку, а я борюсь с ледяным ужасом. То, что он говорит, заставляет меня умирать от страха.

- ты только представь, Эмма. Заголовки газет «Владелец секс – отелей украл жену Евгения Арсеньева» - это же бомба. Засажу подонка, в тюрьме любят сутенеров. Я позабочусь, прослежу, чтобы Беркуту оформили достойный прием, а тебя запру в психушке до конца дней. Ты же оттуда сбежала, детка.

- Я не пойду с тобой,- хриплю из последних сил.

- Ты мне сейчас не нужна. У меня совсем другие планы. Алекс подобрал мне горячую зверушку. Она так орет, когда я тружусь над ней. Сколько у тебя осталось времени по контракту? Месяц? Этот ублюдок не пользет блядей больше четырех месяцев. Это его фишка. Я дарю тебе этот месяц. Хотя это мне стоит определенных нервов. Он ведь тебя трахает, и знаешь, я жутко завожусь от этой мысли. А потом ты вернешься. Сама. Ты будешь жить в собственном аду, вишенка. Я тебе это общаю. Снова станешь Эммой Арсеньевой – верной женой и подругой. Я продолжу «дружить» с Беркутом, объявлю похитителем этого вонючего мудака Герыча. И стану мучеником, а ты королевой в глазах репортеров.

- А если нет? – мой вопрос Евгения злит, я вижу как его глаза наливаются яростью, но больше не боюсь. Не знаю почему. Что – то мне подсказывает, что он не в состоянии справиться с моим хозяином, и вся его бравада наносная.

- Я превращу твою жизнт в ад. А Беркута просто сотрут с лица земли,- рычит он в мое ухо, как раз тогда, когда кабина лифта замирает на последнем этаже отеля.

Я смотрю, как Арсеньев приглаживает рукой растрепавшуюся прическу, запахивает дорогой пиджак, пытаясь прикрыть небольшие кровяные пятнышки на белоснежной рубашке. Он снова улыбающийся балагур, успешный богатый человек и душа компании. Но я то знаю кто скрывается за дорогим фасадом. И этот монстр снова хочет отобрать у меня то, что я люблю больше всего на свете.

- Лучше тебе сказать, что не знаешь, кто над тобой поработал, Вишенка. Скажи, что забыла надеть диадему,- на прощание говорит Арсеньев.

Я с облегчением выхожу из лифта.

Я не позволю ему отобрать Алекса.

Я знаю, что Беркут его сломает, как спичку. Твою мать, я в этом не уверена.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Потому что слишком хорошо знаю своего бывшего мужа. Этот чертов ублюдок сдержит свое слово. Уничтожит Алекса. Это станет его идеей фикс. И тогда пострадают все: и Лис, и Кристина, и Лидия. Все эти люди, хорошие люди, пострадают из - за меня. Я не могу этого позволить.

Но и вернуться к Арсеньеву не могу. Это равносильно смерти. Никогда. Я просто возьму деньги, которые Алекс заплатит мне через месяц и исчезну.