Дейрдре Перселл - Последнее лето в Аркадии

— Даже не знаю… — пробормотала она, делая щедрый глоток. — Я должна поехать с мужем. Надо только спросить Кольма, захочет ли он остаться. Пусть сам решает.

— Чинуши, нахлебники, гады! — все больше распаляясь, восклицал ее муж. Он вскочил с места и начал метаться по комнате. Солнечные зайчики, порой падавшие ему на лицо, заставляли его раздраженно морщиться.

Хотя я и сочувствовала Фергусу, мне было трудно подавить мысль, что в его поведении есть нечто нарочитое. Вот бы удивились его поклонники, застав своего любимца с таким перекошенным от ярости лицом! В движениях Фергуса, в том, как он шагал и размахивал руками, все казалось театральным, словно и здесь, среди друзей, он играл роль. Впрочем, кто их разберет, этих актеров?

Мне было также непонятно, с чего это Фергус решил сорваться домой. Ведь все решено и своим отъездом он ничего не исправит.

— Ты уверен, что тебе нужно возвращаться? — спросила я. — Ведь ситуация ясна, а за отдых уже уплачено. Съемок не будет, зато можно наслаждаться отпуском с друзьями, расслабиться и обо всем забыть. Не собираешься же ты вломиться в кабинет продюсера и устроить ему разнос? Вряд ли это заставит его пересмотреть решение.

— Не говори ерунды, Тесс. Я еду, и точка. Пусть знают, что я не буду сидеть сложа руки. Я в бешенстве! Нужно увидеться с агентом, выяснить, чья это затея. — Фергус едва не подпрыгивал на месте, стараясь втолковать мне свою точку зрения. — Проклятие, я девять лет снимался в этом сериале. Я — Честер Малоун, вся моя жизнь посвящена этому персонажу. Меня называют Честером таксисты, торговцы за уличными лотками, даже банковские служащие! — Фергус перешел на визг. — Я остался без работы! Кому я нужен?!

Я осторожно взглянула на Мэдди. Ее парализовал страх. Я знала, сколько труда и терпения подруга вложила в своего мужа, поддерживая, ободряя, вселяя оптимизм. Вся ее жизнь трещала сейчас по швам. Мне не хотелось, чтобы она бросалась за ним, словно покорная собачонка, зализывая его раны.

— Я поеду с мужем, — горько сказала Мэдди. — Я обязана. Я должна. Ему понадобится моя помощь, — твердила она как заклинание.

— Дорогая, — хмыкнул Фергус, — может, тебе лучше послушаться друзей и остаться? Нет смысла нам обоим погружаться в это с головой.

— Но, Фергус…

— Даже не спорь! — рявкнул он, наклонившись к жене. При этом из его рта вылетел сгусток слюны и угодил Мэдди на щеку. — Ты остаешься, это решено.

Мэд неуверенно посмотрела на меня, затем на Риту, даже не сделав попытку стереть слюну мужа со щеки. Та каплей двинулась вниз к подбородку. Мэд встала, качнулась и направилась к бару, где трясущимися руками налила себе новую порцию. Я видела игру Фергуса насквозь. Он старался выглядеть раздавленным ситуацией, отбрыкивался от помощи жены, без которой уже не умел обходиться, тем самым вынуждая ее самое принять решение, рвануться за ним, утешать и быть опорой. А ведь ей тоже необходима поддержка.

Честно говоря, в тот момент у меня было сильное желание влепить Фергусу пощечину. Пришлось напомнить себе, что я лезу не в свое дело. Мое вмешательство могло лишь усугубить ситуацию.

Рита, напротив, усмотрела в заявлении Фергуса лазейку, чтобы отдохнуть чисто женской компанией. Она подмигнула мне, затем повернулась к нему.

— Ты верно говоришь, Фергус. Зачем вам мучиться вдвоем? Я уверена, что скоро ты получишь новую роль, причем лучше прежней. Пусть Мэд и Кольм остаются, мы за ними приглядим. — Теперь Рита подмигнула Рики.

— Да, моя душечка, ты права, — закивал ее муж, открыв новую бутылку пива и погладив круглый живот.

— Значит, решено. — Тон Джерри дал понять, что он считает дискуссию оконченной. Он встал и подошел к бару, окинул взглядом бутылки. — А раз это последний вечер в полном составе, давайте выпьем коньяку. Все согласны?

Но даже коньяк, как бы хорош он ни был, не сумел поднять нам настроение. Мэдди, перебравшая джина с тоником, окончательно напилась, дело окончилось тихими всхлипами в кресле, в которое она забралась с ногами. Короче, час спустя мы все, унылые и подавленные, разбрелись по комнатам.

В постели я придвинулась ближе к мужу и обняла со спины.

— Надеюсь, сейчас твои мысли уже далеки от офиса?

— Прошу, не начинай сначала, Тесс. Мне надоели эти постоянные расспросы. — И хотя он не высвободился из моих объятий, поза его была напряженной. Будто я обнимала здоровенное полено.

Я не собиралась сдаваться, хотя и сильно при этом рисковала. Язык тела свидетельствовал о том, что мое упорство может дорого мне обойтись.

— Но я твоя жена, Джерри. Прошу, будь со мной откровенным. Ты такой закрытый. — Я мягко помассировала его плечи и шею. Я совершенно не думала о сексе, просто желала, чтобы муж расслабился.

Обычно в последнюю неделю отдыха, когда Джерри немного отпускало, у нас бывал неплохой секс, да и случался он чаще, чем обычно. Но в тот день я вовсе не жаждала любовных ласк.

Боже, наверное, я произвожу впечатление совершенно холодной особы, да? Будто единственное, что меня волнует, — психологическая атмосфера. Это не совсем так. У нас с Майклом в сексе все было чудесно. Ярко, страстно. Зато с Джерри… спальня была просто спальней, а секс — рутиной, которая иногда преподносила приятный сюрприз, хотя и крайне редко. Даже в те годы, когда Джерри еще не был с головой погружен в работу, секс случался лишь от случая к случаю. Мне это даже нравилось, хотя порой и вызывало чувство вины. Словно мы не такие, как все молодожены. А уж если послушать Риту, которая на протяжении многих лет получает несказанное удовольствие в объятиях мужа, мы с Джерри просто ледышки.

Наверное, смерть Майкла забрала с собой и какую-то часть меня. Часть страстную и пылкую.

— Отстань, Тесс. — На сей раз Джерри сбросил с себя мою руку, хотя и не грубо. — Сама знаешь, расслабляться я начну лишь с завтрашнего дня. А сегодня я очень устал. Сначала перелет, потом этот жаркий пляж. Давай спать, дорогая. — Он коротко поцеловал меня и натянул простыню до самых ушей.

Наутро, оставив Джека, Тома и девчонок барахтаться в бассейне под присмотром Джерри и Рики, мы, три подруги, отправились провожать Фергуса до самолета. Аэропорт Перпиньян оказался очень небольшим и малолюдным, что само по себе было подарком. Не пришлось долго бродить в поисках кассы, натыкаясь на толпы туристов. Здесь отсутствовали барьеры между залом досмотра и залом прилета, а взлетная полоса виднелась из половины окон здания. Путь от такси до самолета занимает в таких аэропортах не более пяти минут. Всегда бы улетать на тех же условиях! Наверное, лет пятьдесят назад именно так и выглядел любой аэропорт. Никаких циклопических построек, бесконечных толп, указателей и табло, стоек, десятков лент для багажа…