Мария Бомон - Шоко Лад и Я

— Но то, что я думаю, к теме не относится. Очевидно, Шоко Лад просто хорошо вписалась в дух времени.

Не имею ни малейшего понятия, что такое дух времени. А потому не уверена, должна ли чувствовать себя польщенной, ведь непонятно, во что я там «вписалась».

— Вероятно, нам нужно присоединиться к процессии. Итак, у кого-нибудь есть идеи?

— На самом деле никто ничего не знает о Шоко, и это самое интригующее, — начал Крис.

— Да, продолжай, — подбодрил его Льюис.

«Нет, остановись немедленно!»— взмолилась я.

— Ну, она может быть кем угодно. Не знаю даже… Например, стриптизершей из Сохо, отошедшей от дел директрисой школы из Танбридж-Уэллса или просто занудной секретаршей и старой девой. Ничего личного, Диди, — извинился он перед самой занудной в офисе секретаршей и старой девой, проигнорировав меня. — А что, если попросить психиатра прочитать книгу и составить психологический портрет этой женщины? Или же можно использовать излюбленный способ бульварной прессы и предложить награду любому, кто выследит ее.

— Не уверен, что мы сможем выделить деньги на награду из нашей прибыли, но мыслишь ты в верном направлении, Крис, — сказал Льюис, а я вжалась в стул и попыталась незаметно уползти под стол. — Эми, ты молчишь уже довольно давно. Что ты думаешь по поводу феномена Лад?

Проклятие, теперь я уже стала феноменом. Я застыла, так и не доведя до конца попытку исчезнуть, и теперь на стуле находилась лишь половина попы.

— Хм… э… — Черт возьми, о чем я могу думать? У меня сейчас лишь одно желание: чтобы идиотская шумиха с феноменом Шоко Лад закончилась навсегда. — Хм… — И почему каждый раз, стоит мне открыть рот в присутствии Льюиса, я не могу издать никаких звуков, кроме невразумительного мычания? — Э… — Нужно что-нибудь сказать. Скорее произнести любое предложение, состоящее из подлежащего и сказуемого. Или по крайней мере вымолвить хоть какое-нибудь слово. — А… я предпочитаю Бриджит Джонс.

— О, потрясающе! — сказал Льюис, хотя подозреваю, что на самом деле он вовсе не имел в виду «потрясающе», ведь я уловила в его голосе нотку сарказма. — Давайте оставим идею с Шоко Лад. Ты права, она слишком актуальна для еженедельного периодического журнала.

Да, это явно сарказм. Я слабо улыбнулась. Хотя мне хотелось лишь одного — разрыдаться от отчаяния. Полагаю, мое состояние заметили все присутствующие.

— Если бы ты доверилась мне раньше, — сказал Льюис, с трудом сдерживая слезы. — Но я понимаю, ты просто не могла этого сделать. — Он сидел рядом с больничной койкой, нежно поглаживая мою руку. — Я виню только себя, — продолжил он. — Если бы я хотя бы ненадолго отвлекся от своих собственных жалких проблем, то увидел бы, что ты страдаешь от невероятно редкой болезни — как правило, она заканчивается фатальным исходом и известна как синдром Хоффлингера. Симптомы ее не только невыносимая боль, но и ужасная, унизительная неспособность произнести что-либо, помимо несвязного бормотания.

Я сняла кислородную маску с лица и проговорила:

— Э… а… ум… хм…

— О, милая моя, как давно я ждал этих слов! Я тоже тебя люблю.

Льюис наклонился ко мне, и я вытянула губы для поцелуя. А затем он прошептал…

— Можно унести?

Я взглянула на угрюмую официантку и кивнула. Пока она убирала со стола, я постоянно напоминала себе: пора, наконец, перестать тешить себя бессмысленными мечтами о Льюисе. По всей вероятности, он думает, будто я полная идиотка. К тому же не будем забывать: у него есть чудесная Роз. Я взглянула на часы: два сорок пять. Да, опоздала. Ну и ладно. Я растягивала этот час обеденного перерыва как можно дольше, поскольку на работу возвращаться не хотелось. Презрительное отношение Льюиса, ухмылки Диди, интимные подробности звездной жизни Джулии… Уж не говоря о существующей опасности нарваться на телефонный разговор с разозленной Лизой или, что еще хуже, ужасно взволнованной Мэри. Но нельзя же вечно торчать в закусочной. Я оставила небольшие чаевые на столе и надела пальто.

Выйдя на Уордор-стрит, я услышала, как зазвонил мобильный, и даже не сразу поняла, что это мой телефон. На мобильник мне звонит только один человек — моя сестренка, ведь я не оставляла свои координаты никому, кроме нее. Интересно, что понадобилось Лизе? Хотя вряд ли стоит долго гадать: конечно же, она мечтает расправиться со мной.

Я вытащила телефон из сумки.

— Привет, Лиза.

— Это я, Эми, — услышала я мамин голос.

Как, черт возьми, она раздобыла мой номер? Скорее всего, видела его у сестры. Но тогда о чем еще могла проболтаться Лиза?

— Мам, привет, как ты? — спросила я, пытаясь справиться с внезапно охватившей меня паникой.

— Плохо. Вчерашний день был сущим кошмаром.

— Понятно… Новость Лизы шокировала тебя?

— Дело не в твоей сестре. Лучше скажи, ты разговаривала с отцом?

— Да, у нас была долгая беседа.

Поверьте мне, пятиминутный разговор в гараже можно считать невероятно долгим, если речь заходит о папе.

— И?..

— Мам, нет никакой интрижки, честное слово.

— Ты его спрашивала?

— Конечно, не напрямую… Но могу поручиться чем угодно. У папы и в самом деле много работы. А ты слышала о его новом изобретении? Чудные разноцветные вешалки, которые помогут разделить…

— Сегодня он ушел из дома, надушившись перед уходом лосьоном после бритья.

— Ну и что тут такого?

— Он никогда не делает этого. И к тому же твой отец направился в Бирмингем присмотреть новые станки для фабрики — по крайней мере он так говорит.

— Мам, поездка в Бирмингем не будет считаться доказательством в суде. Может быть, это действительно командировка.

— Я хорошо знаю твоего отца, Эми, с ним происходит что-то неладное.

— Я его тоже знаю, мам. Пойми же, наконец, он не встречается с другой…

— Алло… Эми, алло.

— Пора идти, мама. — Мне удалось вставить слово. — Я на важной встрече.

— Неправда, я слышу звук уличного дви…

— Перезвоню позже, пока. Я захлопнула телефон, когда вдруг мое внимание привлекла абсолютно невероятная сцена в баре.

Что, черт возьми, отец делает в Сохо? Во-первых, он же вроде должен быть в Бирмингеме. Во-вторых, сомневаюсь, чтобы он сумел без посторонней помощи найти район Сохо даже на карте.

А еще важнее: что папа забыл в модном баре под названием — я бросила взгляд на вывеску — «Куба Либре»? Да еще с молодой женщиной, которая годится мне в старшие сестры.

Они сидели за столиком, о чем-то увлеченно беседуя. Папа ведет с кем-то разговор? Невероятно. Конечно, она блондинка, и довольно хорошенькая… Та самая женщина, которая может увести мужа из семьи, обнаружив его уязвимое место… Мне почему-то бросилось в глаза, что на девушке были надеты босоножки на шпильках и с завязками. Аккуратные ноготки покрыты светло-вишневым лаком. Отец же нарядился в свой лучший костюм, он надевает его лишь на свадьбы, похороны и собрания в клубе консерваторов. Казалось, я даже с улицы чувствовала аромат его «Олд Спайса».