Элизабет Хой - Любовь и тайна

– Вот, возьмите. – Из складок своего широкого халата миссис Роан достала маленькую золотую булавочку в форме розы. – Это подарил мне мой старший сын Джон, – с гордостью сказала она. – Его убили во время Первой мировой войны, когда ему было всего восемнадцать.

Аккуратно скрепив повязку булавкой, Дженнифер подняла голову, пристально посмотрела в лицо своей бабушки и тихо произнесла:

– Мне очень жаль.

– Войны сломали всю мою жизнь... – Старая женщина тяжело вздохнула. – Мой второй сын пропал без вести в 1941 году...

Последовало тягостное молчание. Миссис Роан смотрела куда-то вдаль, поверх головы Дженнифер. Она снова переживала боль от потери близких.

– А ваш третий сын? – наконец не выдержала Дженнифер.

– Откуда вы знаете, что у меня было трое сыновей? – удивленно спросила миссис Роан.

– Миссис Мёрфи сказала. У нее случайно вырвалось... без всякого умысла, – сбивчиво забормотала девушка, боясь отвести взгляд от темных глаз старой леди. Сейчас в них вспыхнули странные огоньки. – Я помогла ей добраться на лодке до Дэррили-Хаус, а она по дороге рассказывала мне о поместье и его истории.

– Да, слуги любят посплетничать, – хмыкнула миссис Роан. Она на минуту задумалась, а потом внезапно спросила: – И что она вам рассказала о моем третьем сьше?

– Что он тоже погиб, – осторожно ответила Дженнифер. – Несчастный случай, кажется, она так сказала. Но миссис Мёрфи мало что об этом знала, в то время она жила в Америке...

– Несчастный случай! – Пожилая дама вдруг дико захохотала. Девушка даже испугалась, не сошла ли миссис Роан с ума, но она быстро успокоилась. – Меня не волнуют подобные рассказы. К тому же они появились куда позже тех событий. – Миссис Роан прикрыла глаза ладонью. Когда она отняла руку, ее лицо точно окаменело. – А теперь, будьте столь любезны, передайте мне бумагу и ручку. Вы найдете их в верхнем отделении бюро.

Пока старая дама писала записку, Дженнифер с тревогой смотрела в ее гордое бледное лицо. Само имя Мартина, казалось, воздвигло между ними непреодолимую стену. Как теперь снова наладить отношения? Девушка оглядела комнату, точно надеялась, что вещи ей чем-то помогут. На бюро лежал толстый слой пыли – его добрый месяц не протирали. Стол занимал поднос с едой – сандвичами с ветчиной и нарезанными помидорами. Огонь в камине затухает, скоро потребуется подбросить новую порцию торфа. Вот оно! Миссис Мёрфи появится не скоро, и Дженнифер может предложить старой миссис Роан свою помощь.

– Могу я еще чем-нибудь вам помочь? – спросила девушка как можно мягче, когда старая женщина передала ей конверт с запиской. – Вам нужен торф для камина.

– Именно его-то я и пыталась принести, когда подвернула ногу на лестнице!

– Тогда я могу сходить за новой порцией. А может, мне заварить для вас чашечку чая? Скоро время ленча, – обрадованно продолжала Дженнифер.

– Я собиралась съесть эту ветчину, – с сомнением произнесла миссис Роан. – Мне не хотелось бы вас задерживать...

Но девушка уловила в ее голосе нотку мольбы. Она подошла к камину и взялась за ручки большой плетеной корзины.

– Просто скажите мне, где хранится торф.

– В углу оранжереи. Миссис Мёрфи приготовила там большой запас торфа и носит мне понемногу каждый день. Но право же, дитя мое, – запротестовала вдруг старушка, – не понимаю, зачем вы так тревожитесь обо мне...

– У меня много свободного времени, – заявила Дженнифер и поскорее пошла к двери.

Возражений не последовало. Девушка сходила за торфом, затем протерла обеденный стол и убрала остатки прежних трапез – яичные скорлупки, зачерствевший хлеб. Ванную комнату заботливая миссис Мёрфи переделала в небольшую кухню. Дженнифер нашла там электрическую плитку, чайник и посуду. В ванне, полной холодной воды, плавал пакет с яйцами и сливочным маслом. Тут же была и бутыль с молоком. В корзине под умывальником хранились хлеб и сырные крекеры.

Через полчаса на сковородке аппетитно скворчал омлет. Миссис Роан упросила Дженнифер разделить с ней трапезу. За омлетом последовал чай с бисквитами. За время ленча настроение старой дамы снова улучшилось.

– Расскажите мне о себе, – попросила она.

Дженнифер очень хотелось рассказать миссис Роан всю правду о себе. Но осторожность пересилила. Слишком многое было поставлено на карту. Если она сейчас объявит себя дочерью Мартина, то все погибнет. Кроме того, старая леди может и не поверить ее рассказу. Казалось, она искренне верит, что ее младший сын погиб много лет назад. Когда они узнают друг друга получше, наконец решила Дженнифер, тогда и наступит время для откровенности.

Поэтому девушка ограничилась рассказом о своем детстве и юности, прошедших в квартире над магазином тканей в Эшфилде. Однако она постоянно ловила себя на том, что невольно сбивается на тему отношений миссис Роан с ее детьми.

– Так, значит, ваши родители умерли, – печально вздохнула старая дама, когда рассказ Дженнифер подошел к концу. – Мне очень жаль вас, моя дорогая. Но, как я погляжу, вы весьма храбрая девушка. В наше время молодые люди не такие независимые... Вы должны прийти ко мне еще раз, – предложила миссис Роан, когда Дженнифер убрала тарелки со стола.

Девушка оглядывалась в поисках новой причины задержаться здесь хотя бы ненадолго. Однако миссис Рран уверяла, что с ней теперь все в порядке.

– Передайте миссис Мёрфи, что она может не торопиться. Лучше всего, если она заглянет ко мне около восьми вечера. Я знаю, она еще должна успеть приготовить обед для мужа. А я, пожалуй, прилягу и немного вздремну. Лодыжка уже не болит. Уверена, это всего лишь маленькое растяжение.

– Вы не хотите вызвать доктора? – изумленно спросила девушка.

– Ради бога, только не это! – с ужасом воскликнула престарелая леди. – Врач заставит меня вернуться в Карбэрри. Поэтому я всеми способами стремлюсь избегать докторов и назойливых друзей, которые не одобрят мое одиночество в старом доме. Вот почему я так тщательно скрываю мое присутствие в Дэррили-Хаус. Знаете, в деревнях новости разносятся быстро. Поэтому, мисс, прошу вас, будьте осторожны и никому не говорите о нашей встрече.

– Я не скажу никому ни слова, – пообещала Дженнифер. – Хотя мне и не по себе от мысли, что вы живете здесь совсем одна. Ведь в Дэррили-Хаус нет даже телефона...

– Ну, это мое дело, – недовольным тоном ответила миссис Роан. Затем добавила уже более мягко: – Дитя мое, вы проявили сегодня ко мне невероятную доброту, я в долгу перед вами. Но раз вы пообещали сохранить мою тайну, то, пожалуйста, сдержите слово.

Девушка кивнула:

– Можете на меня положиться. Я не подведу.

– Не сомневаюсь. – Но пожилая женщина явно была чем-то озабочена. – Вы остановились в коттедже О'Кэррола? – наконец спросила она.