Анджела Моррисон - Спой мне колыбельную

— Отрывок с басами написан в том же ключе. Все получится. Мы постоянно поем его с «Молодыми голосами Эмебайл».

Мэдоу откидывает свои прямые волосы от лица. Это привлекает внимание Дерека. И Блейка тоже. Она морщит свои мерцающие красные губы.

— Не расстроятся ли «Молодые голоса Эмебайл», если мы споем с вами?

Нужно запомнить, как она пользуется своим телом. Голова наклонена, бедра отставлены, центр тяжести перенесен точно на грудь. Все это смотрит очень естественно. Я чувствую себя доской, стоящей рядом с ней.

Глаза Блейка неотрывно смотрят на Мэдоу.

— Они в Китае.

Сара хмурится за его спиной.

Дерек берет перчатки, которые я разглядывала.

— Я разберусь с этим. — Его рука касается моей. Почему не Мэдоу?

Этот парень должно быть магический, потому что через пять минут, когда мы встречаемся, чтобы порепетировать, энергия Терри бьет ключом.

— Хор молодых парней из Эмебайл выступает после нас. Их наставник только что пригласил нас спеть с ними пробный вариант.

Когда наши хоры поют вместе, звук заполняет все: неакустические стекла, хром и цементный пол. Нас — восемьдесят, их — пятьдесят. Я стаю в центре, впереди. Я слишком высока для всех стоящих рядом. Дерек стоит позади и поет мне в ухо. Это значит, что он всего на пару дюймов ниже меня. Он рисуется, поет партию сопрано. Я бы послушала, как он поет тенором. Могу поспорить, что это заставит ледник, который видно из окна, рассыпаться в мелкую крошку. Наверняка, он мог бы и камни расщепить в мелкую гальку. Я благодарна, что он не выкладывается в полную силу. Его тенор был бы тем, с чем я уже не смогла бы справиться.

Может быть, я уже слышала его? На их последнем диске был один отрывок с красивым соло тенора. Это, по-любому, Дерек. Мэдоу заграбастала место подле него. Она поет лучше, чем обычно. Догадываюсь, что все, что ей необходимо — это небольшое вдохновение. Что вообще она может делать в хоре, состоящем из одних девчонок?

После выступления ребята водят нас по главным достопримечательностям, начиная с ледяного дворца, заставленного забавными фигурами. Мэдоу скользит по льду рядом с Дереком. Он ловит ее руку.

— Полегче, ладно?

Она цепляется за него.

— Спасибо.

Он отпускает ее ладонь и выбегает вперед нас всех.

— Смотрите.

Он разбегается на ледяном полу и скользит через весь холл к узкому коридору, который ведет прямо к выходу. Его канадские корни просачиваются наружу. Может, он играет в эту неловкую игру с камешками? Не могу представить его делающим передачу в хоккее.

Затем Блэйк повторяет за Дереком. Сара пытается и почти падает, но Блэйк ловит ее. Мэдоу знает, что если попробует, то окажется на заднице, поэтому стоит и просто смотрит. Я пробую и оказываюсь на своей.

Дерек уже рядом, помогает мне подняться, прикасаясь ко мне снова.

— Ты в порядке? Мне нужно было тебя предупредить. Здесь скользко.

— Скользкий? Лед? Я запомню.

Я смотрю на него. Не могу оторваться. Он, действительно, такой милый? Действительно, отличающийся от всех парней, которых я когда-либо знала? Это невозможно. Отличное поведение. Хорошее впечатление. Международная гармония. Вот и все. В глубине души он такой же, как все парни. Все они такие, кроме Скотта. Бедняга Скотт. Он кажется таким далеким.

В лифте мы поднимаемся на самую вершину горы и выходим на дикую, продуваемую всеми ветрами смотровую площадку. Даже во всей своей одежде я заледенела в считанные секунды. Чувствую себя хорошо. Каждая часть моего тела наполняется этой «жарой».

— Нам лучше не перемерзать, — объявляет Леа.

Мы все соглашаемся и утиным шагом направляемся обратно к дверям.

Парни ведут нас в кафе ресторанного типа, где они ели обед с хором, пока мы разыскивали милое местечко.

Леа оглядывается, уголки ее рта дрожат.

— Что вы, ребята, делали в другом ресторане, если честно?

Блэйк смотрит на меня, затем на Дерека.

— Дерек слышал, что вы хотели здесь побывать. А вообще он выискивал Бет.

Дерек с силой пихает его локтем.

— Заткнись, ты, придурок.

Сара поворачивается ко мне.

— О-о-оу, Бет, у тебя, оказывается, есть фанат.

Я смущена так, что моя шея покрывается красными пятнами, но Дерек похоже нисколько не смущен. Он откашливается так, будто что-то застряло у него в горле, и улыбается.

— Она поняла это, когда мы переписывались в первый раз.

Я стараюсь собраться с мыслями, пока он и Блэйк сдвигают вместе два стола.

Сара указывает на стол рядом с нами.

— Посмотри туда.

Большие чашки какао, сдобренные слоем крема. Швейцарский какао. Запрещено. Еще нам нельзя шоколад. Никакого крема. Никакого сыра, пока мы не выступим. В Швейцарии это сущие муки.

Парни тоже озираются на рядом стоящий стол.

— Вам нельзя молочные продукты, как им нам? — Я беру стул.

Дерек садиться рядом со мной.

— Ага. У нас сегодня гала-концерт в честь открытия. Нужно держать дыхательные пути в чистоте и порядке.

Блэйк закатывает глаза на Дерека.

— Какая прекрасная шутка! — Он бросает меню на стол. — В ад с чистой дыхалкой. У меня их несколько.

Дерек кивает головой и поворачивается ко мне.

— Ты придешь сегодня вечером на концерт?

Я начинаю объясняться, но Мэдоу плюхается рядом с ним и похлопывает его по руке.

— Мы не хотели бы это пропустить.

— Великолепно. — Он улыбается ей, но затем снова поворачивается ко мне.

— Я найду тебя после.

Трое из нас проскальзывают вместе с Мэдоу. Я чувствую себя виноватой, но концерт просто замечательный. И зачем надо было проделывать такой долгий путь, скрываясь в гостиничном номере? Как только «Парни из Эмебайл» заканчивают петь, каждая девушка в аудитории начинает визжать. Парни захватили это шоу. Скорее, Дерек захватил всех. Он какой-то магический. Каждый в этой гигантской аудитории был обращен к нему и получал удовольствие. Как бы мне хотелось, чтобы они показали больше, чем три номера.

— Итак, леди. — Леа собирает в кучу весь свой официоз, в то время как находится в самовольной отлучке, как и остальные из нас. — Нужно вернуться до того, как кто-нибудь нас раскроет.

— Эй. — Это он, Дерек, протискивается через толпу перед нами. — Вот вы где.

— Отличное выступление. — Мэдоу снова касается его.

— Вам всем понравилось? — Он изящно выскальзывает из ее руки, оборачивается и фокусирует взгляд на мне. — Что ты думаешь?

— Те духовные песни, что вы пели, были прекрасны. — Я могу смотреть на него, когда говорю о музыке. — Очень отличается от нашего пения.

— Это круто. Ты можешь быть милой. Мы зажжем это шоу.