«Реми Мартен» - Светлана Полякова

драгоценного организма? Я вряд ли сумею ему помочь, скорее наоборот — вовлеку во всяческие неприятности…

Но сердце все равно тревожно забилось — особенно когда мы все втроем вошли в кафе и незамысловатый парень устроился неподалеку от нас с чашкой кофе.

Тем более, что мой спутник никакого интереса к загадочной фигуре не проявлял и своего с ним знакомства не обнаруживал. Он сидел совершенно спокойно и делал вид, что ему нравится жидкий кофе.

— Саша, вы меня слушаете? — спросил он, вырывая меня из моих подозрительных размышлений. В этот момент я как раз подумала, что гоблин на самом-то деле не бодигард, а киллер, и как только мы окажемся на темной и безлюдной улице, нас обоих просто npистрелят. Причем ладно бы одного Райкова, но этому несчастному киллеру придется взять на душу страшный грех убийства совершенно невинной жертвы, то есть меня.

Я встрепенулась и уставилась на него. Мне даже хотелось поинтересоваться, о чем он говорил. Но вместо этого я судорожно глотнула собственный страх, засевший в горле комком, и кивнула:

— Да, я слушаю…

Он смотрел на меня пристально, как учительница на уроке. «Данилова, ты слышишь, что я говорю? Ау, ты где, Данилова?»

— Тогда почему вы мне не отвечаете?

— А что я должна вам ответить?

— Я только что спросил, выйдете ли вы за меня замуж?

Ничего себе вопрос…

Я была так ошарашена, что даже не сразу ответила:

— Нет. Не выйду.

Он немного помолчал, а потом задал снова глупый вопрос:

— Почему, Саша?

— Потому что это идиотизм, — выдохнула я. — Вы видите меня третий раз в жизни… Я гоже. Мы даже на ты еще не перешли. Вы меня даже не пытались еще обольстить.

— Пытался, — с немым укором посмотрел он на меня.

Нет уж, ни фига не пытались! — обиженно заявила я. — Это нечестно! Так вот сразу — и я должна немедленно согласиться!

— Не немедленно, — пошел он на уступки. — Я не говорю, что прямо сейчас… Но потом, спустя день, два, три, неделю… Вы за меня выйдете замуж?

Вот ведь зануда! От неожиданности я чуть не подпрыгнула на стуле. Ну надо же, как зациклился, в самом деле! Или это особенности «национального олигархизма»? Пришел — увидел — победил… А времени на проявление чувств-с у нас отродясь не было. Деньги надо делать! Да и вообще «вы за меня что, не выйдете замуж? Крутом столько желающих, так что быстрее решайтесь, мадемуазель»…

Конечно, я не была готова к такому ответственному моменту в моей жизни. К тому же мне это скоропалительное предложение показалось унижающим мое человеческое достоинство. Я вскинула голову и посмотрела ему прямо в глаза с дерзким вызовом.

— Нет, не выйду. — сказала я. — Потому что я не желаю быть блажью… А вы сейчас именно блажите.

Я поднялась с места. Он вдруг схватил меня та руку и силой заставил опустится снова на кресло.

— Выслушайте меня. Сашенька, начал он. — Не уходите так. Я уже понял, что некоторой своей поспешностью я вас напугал… Поверьте, я этого не хотел. Давайте поговорим по душам. Хотите, я встану на колени? Только не уходите…

Он снова смотрел с мольбой во взоре» и теперь это меня действительно напугало.

Скорее всего он болен, почему-то пришло мне в голову. Болен какой-нибудь тяжелой формой кататонической шизофрении … В последней стадии! Может быть, у него склонность к навязчивым идеям. Говорят, это бывает. Боже, какую ужасную судьбу Ты мне уготовил! Быть рядом с психом, ночью… Да уж, ничего себе! С одной стороны — какой-то киллер, а перед моими очами распластался псих, за которым этот киллер, возможно, охотится. Дойду ли я сегодня до дома?

Я даже возвела очи к небесам, но небес не увидела. Только белый пластиковый потолок.

— Саша!.. — простонал несчастный и схватил меня за руку.

Так как в нашем тандеме я была единственным здравомыслящим существом, я решила сменить тему. Осторожно высвободив свою руку, я посмотрела в жиденькую кофейную гущу и предложила:

— Давайте погадаем…

Он уставился на меня так, точно это я сейчас несла бред. Потом все-таки решил смириться, тем более что я, дабы не смотреть в его глаза, решительно перевернула чашку на блюдце и целиком сосредоточилась на этой магической чашке.

«Мне кажется, мы крепко влипли», — пропела Земфира из включенного приемника.

— Мне тоже так кажется, — согласилась я с ней.

Он несколько секунд молча смотрел на меня, но потом вздохнул и тоже перевернул свою чашку.

Так мы и сидели друг против друга, разглядывая не очень то чистые донышки. Наконец я решительно изрекла:

— Все. Переворачиваем.

Надо сразу заметить, что я не спец в разных гаданиях, так что грязные разводы ничто моему сердцу не сказали. Я рассматривала полоски и загогулины довольно долго и пристально, но на ум ничего так и не пришло, кроме сравнения моей грядущей жизни с некими мутными и грязными потеками.

Наверное, Райков тоже рассуждал так же, потому что очень печально вздохнул и пробормотал себе под нос:

— Разрази меня гром, если я что-нибудь тут понимаю…

Я решила не падать в грязь липом и предложила ему показать мне чашку. Может быть, у него будущее яснее просматривается?

Он протянул ее мне, наши пальцы на минуту соприкоснулись. Он не спешил убирать свою руку, и прикосновение его было нежным. Самым же ужасным было то, что мне это нравилось. Как будто эта нежность перетекала из его пальцев в мои, а дальше проникала в душу. «Тебе это не нужно, Саша!»

Я покраснела и отдернула руку, сосредоточенно рассматривая райковское будущее.

Предстало оно мне в таких, же, как и у меня, грязных пятнах. Тo есть его тоже ничего хорошего в будущем не ожидало. Эти самые пятна Роршаха определенным образом намекали мне на то, что Райков проведет остаток дней под надежным присмотром психиатра. Впрочем, до этого момента он явно успеет и мою психику довести до болезненного состояния. Поскольку в моем будущем тоже царят нелепые пятна…

— Ну? — поинтересовался он с некоторой интонацией в голосе. — Неужели вы там что-то увидели?

Конечно, я не могла открыть несчастному правду.

— Я вижу, что у вас все будет хорошо. Вас ожидает невиданный успех в делах… Правда, рядом подстерегает и опасность…

Я вдохновенно врала, представляй себя попеременно то сивиллой, то дельфийским оракулом. Он меня слушал, относясь к моим речам почти серьезно. Наконец мое вдохновение иссякло, и я остановилась:

— Все.

Он немного помолчал и спросил:

— Саша, а вы там были?

— Где? — искренне удивилась я.

— В моем будущем?

— Нет! — отрезала я. —